Читаем без скачивания Порок и добродетель (Звонок из преисподней) - Вера Кауи

Она тренировалась в вождении американской машины с Уинтропом или Сетом-младшим, пока не убедилась, что может ездить по Бостону самостоятельно – полный кошмар, как ее уверили, потому что бостонцы не соблюдают никаких правил уличного движения, кроме своих собственных. Но она долго изучала карту города, и, когда выяснила, что американские машины, по сути, ездят сами по себе, давая ей возможность сосредоточиться на дорожных знаках, она стала выбираться все дальше и дальше за пределы города. Наконец на третьей неделе после отъезда Брэда она рискнула двинуться в Конкорд и на ферму.

Энни ей страшно обрадовалась.

– Я сразу поняла, что вы полюбили это место, – заметила она, выразив как раз нужную долю сожаления по поводу отсутствия Брэда. – Моя собственная сестра, так она тоже замужем за человеком, который постоянно путешествует; всю свою замужнюю жизнь видит его от силы раз в месяц. – Смешок. – Да и то сказать, мистер Брэд никогда долго не засиживался на одном месте.

– Расскажите, какой он был мальчиком, Энни. Вы знаете его всю его жизнь, так ведь? Расскажите мне о нем.

Она знала, что доброжелательная Энни расскажет ей то, о чем она боялась спросить свекровь: правду, а не сказку. Энни любила Брэда, тут сомневаться не приходилось, но, в отличие от его матери, она не закрывала глаза на его недостатки. Для Энни Брэд был человеком, а не божеством.

– Настоящий хулиган, – со смешком начала Энни, раскатывая тесто для пирогов. – Всегда проказничал. Падал то с дерева, то с лошади, костей себе переломал – ужас! Чем опаснее, тем больше ему нравилось, особенно если мать возражала. Ей достаточно было только сказать «Нет!», как он немедленно шел туда, куда ему идти запрещали. – Она задумчиво вздохнула. – Он всегда умел обойти ее, да и сейчас может, кстати сказать, как, впрочем, любого другого. Он просто неотразим, наш мистер Брэд. Но сердце у него доброе. Я не обращаю внимания на то, что люди говорят о нем и его матери… – Она неожиданно замолчала, смутившись, как будто сказала что-то лишнее.

– Я знаю, что они очень близки, – заметила Джулия.

– Ну, леди Эстер всю свою жизнь строит по мистеру Брэду! – с облегчением согласилась Энни, как будто Джулия отпустила ей ее грехи.

– Ну, раз нет отца… – осторожно начала Джулия, стараясь навести Энни на интересующую ее тему.

– Это просто ужасно. И он был таким хорошим человеком, мистер Уинтроп. Сердце доброе, как и у сына, хотя и несколько прижимист насчет денег. Совсем не как мистер Брэд, этот последний цент отдаст. Но это плохо, когда у мальчика нет папы. Есть вещи, которым только отец может научить сына, мать не может… – она снова замолчала, нарезая круглые толстые круги теста. Джулия молчала, не желая сбивать ее с мысли. – Но нельзя винить леди Эстер за то, что присматривает за сыном; некоторые говорят, она здесь перебарщивает, но ведь он родился всего через несколько месяцев после гибели мужа, и ей пришлось лежать в постели, чтобы доносить его, – для такой женщины, как леди Эстер, это самая большая жертва. Мне кажется, что она видит в нем что-то вроде замены мужу.

– Она могла снова выйти замуж, – заметила Джулия.

– Ой, предложений было навалом, но она всем отказывала. Всю свою любовь отдала своему мальчику. Все самое лучшее – для него с самой первой минуты. Он сразу стал для нее самым главным в жизни.

Позднее, гуляя по полю, Джулия раздумывала над словами Энни. Все, что сказала Энни, подтвердило ее собственное мнение: между леди Эстер и ее сыном существует связь такая прочная, что, когда Джулия приближалась вплотную, она ощущала, как ее отбрасывает назад. До сих пор она относилась к ней с уважением, хотя и осознавала, что ее замужество окружено необычными обстоятельствами. И, помимо всего прочего, до сих пор у нее не было оснований для жалоб на отношение к себе леди Эстер. Она относилась к Джулии так же, как к собственным дочерям: немного резка, ожидая полного повиновения, но с добротой. Любовь она выказывала только к сыну и, с точки зрения Джулии, явно в этом перебарщивала. Она уже была твердо уверена, что Брэд мать боится. Почему? Она ни разу не слышала, чтобы они спорили, чтобы леди Эстер повышала голос. Она всегда казалась озабоченной только его счастьем и благополучием. Тем не менее, она давила на него, в этом Джулия была убеждена. Она была виной его непостоянства, беспокойства. И когда поводок ослабевал, он обращался к Джулии со своими тираническими потребностями. Но никогда не выражал это словами. И Джулия никогда не была достаточно уверена в нем и себе, чтобы задать ему этот вопрос.

Загадка. И поскольку у нее не было четких инструкций, она могла слушаться единственного пожелания Брэда: старайся и делай все правильно. Иными словами, делай, как тебе велят. Она бы предпочла, чтобы все карты были выложены на стол. Леди Эстер – прямая женщина, и, сравнивая характер Джулии со своим, она должна понимать, что и Джулия – прямой человек. Но ни разу она не сказала: «Слушай, Джулия, ты – не то, что я хотела бы для моего сына, и вообще все это для меня полная неожиданность, но, если ты нужна Брэду, тогда докажи мне, что ты ему подходишь, потому что главное для меня, чтобы он был счастлив». Она никогда не говорила с Джулией по душам, никогда не давала ей указаний, что было бы вполне закономерно для матери с такими собственническими замашками. Она просто оставила Джулию в покое. «Ждет, когда я сама ошибусь? – думала Джулия, пробираясь сквозь шуршащую пшеницу. – И, когда я понаделаю достаточно ошибок, очерню себя в ее глазах, не постарается ли она вытеснить меня? И самое главное, послушается ли ее Брэд?» Она дошла до пруда и уселась на берегу, бросая в воду хлеб, принесенный для уток.

«Почему я так подозрительна? – думала она. – Из-за того, что сказала мне Салли Армбрустер? Из-за слов Дрекселя Адамса насчет траура? Да потому что ты замужем всего четыре короткие недели, – сказала она себе. – Бога ради, Джулия, не спеши с выводами. Ты всегда была слишком нетерпеливой. Нет, последние три недели я не проявляла нетерпения! – ответила она самой себе. Какая новобрачная позволит своему мужу исчезнуть неизвестно куда на целые три недели, сразу же через неделю после женитьбы? Сотни тысяч во время войны. Но Брэд не в армии, и сейчас нет войны. Или есть? – спросила она себя подозрительно. – Или тебе просто хочется так думать?»

Она вздрогнула, услышав спокойный голос:

– «Одна скучаешь при луне», Джулия? И в твоем случае я знаю причину.

Оглянувшись, она увидела Дрекселя Адамса, безупречно одетого в серые брюки и синюю рубашку. Одной рукой он придерживал перекинутый через плечо синий же блейзер. И неожиданно она поняла, кого он ей напоминает, причем с самой первой встречи. Молодого Кэри Гранта. Такие же темные волосы и смуглая кожа, ямочка на подбородке, неотразимое обаяние. Ей всегда нравился Кэри Грант.