— Мы думали, что он сломан, или хуже — что это обман, — сказала Джиоти. — Что это Пожиратель Теней придумал, чтобы нас заманить.
— Пожиратель Теней? — Круглое лицо Котяры обернулось к незнакомцу, и тот сжался под этим диким взглядом.
— Мы все объясним, — пообещал Бульдог. — Но сперва — вот это Бройдо, эльф с Края Мира. С его помощью мы тебе расскажем, что знаем на эту минуту.
Бройдо почтительно поклонился:
— Бульдог и Джиоти мне рассказали о тебе и о том, как ты рисковал всем, чтобы спасти Ирт от Властелина Тьмы.
— Рассказали бы и мне. — Раскосые глаза Котяры глядели тревожно и испуганно. — Я ничего такого не помню.
— Мы тебе поможем вспомнить. — Джиоти обняла его, и все пошли на подветренную сторону дюны, чтобы скрыться от палящих лучей разгорающегося света.
По очереди все трое рассказали Котяре, что произошло. Бульдог описал его жизнь в обличье Рииса Моргана, Джиоти напомнила, как он перенапряг волшебную силу, отстраивая Арвар Одол, и как она по ошибке решила, что у него нервный срыв, а Бройдо поведал, что произошло на Краю Мира с ним, с Риком Старым, Азофелем и призраком Лары.
Когда рассказ окончился, утро уже перешло в день, и над косыми скалами Кафа пылала Извечная Звезда. Котяра встал, потрясенный услышанным. Он стал ходить по кругу, раздумывая, что делать дальше.
— Кажется, теперь я понимаю свой сон, — произнес он вслух, пытаясь все обмозговать и связать воедино. — Этой ночью я снова видел Кавала. Его призрак воззвал ко мне с Темного Берега. Он мне сказал — сказал, что когда мы встретились на Темном Берегу, столько лет назад, он прибыл туда не по собственной воле, как он думал. — Котяра говорил скорее для себя, чем для других. — Кавал прибыл в мой мир, не зная, что его позвало туда создание куда более сильное — позвало ради плана, о котором Кавал не подозревал. Но он знал имя этого существа. — Котяра остановился и посмотрел на своих спутников. — То самое имя, которое вы слышали в подземельях под Заксаром, тот самый почитатель дьявола, который, как вы говорите, управляет гномами.
— Даппи Хоб! — прорычал Бульдог, свирепо щелкнув зубами.
— Происходит что-то больше того, что мы знаем, — сказала Джиоти, вставая, и подошла к Котяре. Положив руку на шерстистую грудь, она ощутила, как колотится его сердце. — Боюсь, на карту поставлен не один только Ирт.
— Рик Старый сказал, что придет конец всем мирам, — вставил Бройдо, — если ты не будешь изгнан в Бездну.
— А как? — спросил Котяра, беспомощным, ищущим взглядом оглядывая лица всех троих. — Дверь в Воздухе, через которую я пришел с Темного Берега, закрыта. Под видом Котяры мне ее не открыть — только в обличье Рииса. Для меня сейчас единственный обратный путь — это убить себя!
Бульдог и Джиоти запротестовали в один голос, а Бройдо сказал:
— Время еще есть. Старый кобольд говорил, что для Безымянных время течет по-другому. Ты еще сможешь восстановить себя в качестве Рииса Моргана.
— Как? — спросил снова Котяра с отчаянием в голосе. — Кавал ведь мертв!
— Есть другие волшебники, — сказал Бульдог. — Если надо будет, мы с тобой дойдем до самого герцога в столице Дорзене.
Джиоти с сомнением покачала головой:
— У Кавала было знание, принесенное с Темного Берега, вряд ли какой-нибудь другой колдун на Ирте сможет снять с Рииса эту кожу света.
Мрачное молчание воцарилось у всей группы, но чуть погодя эльф поднял голову и произнес:
— Тебя восстановит Ожерелье Душ.
Бройдо сказал это очень тихо. Все время он рассматривал человека со звериными метками, создание тени, к которому Рик Старый вел Лучезарного, чтобы тот его уничтожил, и ничего злого в этом волхве эльф не видел. Он был убежден, что если кобольд встретит этого Котяру, они друг друга поймут. И он добавил громче:
— В Ожерелье есть большая сила. Оно — уловитель душ. Оно поймает твою душу так, как поймало души моего клана, спасая их от проклятия демона Тивела. Если мы найдем Рика Старого, он убедится, что ты неплохой человек, и с радостью применит Ожерелье, чтобы снять с тебя звериные метки и снова сделать человеком.
— Но где же этот кобольд? — спросил Котяра. — Ты говоришь, что он с Пожирателем Теней улетел из Заксара — искать меня. Они должны были бы уже меня найти.
— Но не в обличье Котяры, — возразил Бульдог. — Мой искатель тебя нашел, потому что у него есть клочок твоей шерсти. А кобольд ищет Рииса. Он и понятия не имеет о Котяре — ты для него невидим.
— Тогда, может, я невидим и для безымянной владычицы над Краем Мира, — с надеждой сказал Котяра. — Может быть, пока я в этом виде, я могу остаться на Ирте?
— Может быть, да, а может быть, нет, — вслух рассудил Бройдо. — Наверняка мы не знаем, а риск слишком велик.
— Тогда надо найти Рика Старого, — заключила Джиоти.
— Или Лару. — Глаза Котяры засветились. — У нее тоже есть хрустальная призма.
— Но она же призрак. — Бройдо положил подбородок на рукоять меча змея, воткнув лезвие острием в песок. — Ее найти еще труднее.
— Постойте! — вскочил на ноги Бульдог. — Есть способ! Не только же мы ищем Ожерелье Душ.
— Гномы! — Джиоти вцепилась в руку Котяры. — Если мы найдем их на путях Чарма, они выведут нас на Ожерелье Душ.
— Можно придумать кое-что получше, чем следовать за ними. — Бульдог оскалил зубы в хитрой усмешке. — Ха-ха! Мы снова станем ворами, Котяра и я! Хитрость и сноровку мы применим против гномов. А потом с помощью меча Бройдо мы поймаем одного из них и заставим привести нас к Ожерелью Душ!
— Смелый план, — признала Джиоти. — И опасный.
— Судьба нам преподносит все по максимуму, — убежденно заявил Бульдог.
— Все миры поставлены на карту, — согласился Бройдо и воздел над головой меч змея. — У нас нет права на неудачу.
— Пути Чарма здесь, — показал Котяра на пещеру, из которой вышел накануне. — Пойдем брать гнома.
2. БОЙНЯ НА НЕМОРЕ
Рик Старый держался высоких троп, где его и Лучезарного не могли бы увидеть кобольды из летнего вельда Неморы. На раскинувшихся внизу равнинах кипела работа. Многочисленные мощеные дороги бежали среди лугов, полей и рощиц высоких колючих папоротников. Изящные торфяные домики и травяные лужайки пробуждали глубокую ностальгию в душе Рика, и ему снова хотелось пробежать по грибным тропинкам, где он играл в детстве. Но он не смел, потому что появление Азофеля встревожило бы поселян.
Лучезарный, хотя и затратил существенную энергию на подъем по Колодцу Пауков, был сильнее, чем раньше, потому что близость Неморы к Извечной Звезде заряжала его Чармом. Но он еще не набрал столько силы, чтобы снова занять свой невидимый пост рядом со сном безымянной госпожи. Хотя он изменился. Волосы его раздувались как поток тепла, а глаза — щелки раздробленного света — горели звездами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
