бортовой компьютер, а 53-й в свою очередь передаст собранные Эрко данные для дальнейшего расследования.
Гратерно уже направился к кораблю, когда его нагнал улыбчивый товарищ:
— Вы ведь не верите, что кисть попадет в криотюрьму?
— Что, простите?
— Не верьте охране! Кисть не доедет в заключение, они перепродадут ее соратникам убийц. Если не хотите проблем, повредите крио контейнер. Сейчас его оставили, охране не до него. Они не заметят в нем дыры. Время будет упущено, и нундак не возродится.
— Кто не возродится? — переспросил Эрко.
— Нундак — это его кисть забрали в криоконтейнер.
— А тебе какое дело, возродится оно или нет? А?
— Да, я что-то за вас переживаю… Я тут это, мне нужно на Кади, искал попутный космолет. Думал вас просить подкинуть до нужного мне места. Подхожу, а тут такое! Заварушка, типа, началась. Ну, я спрятался, значит, и смотрел. Ты… Ну, вы их круто положили. Будет жалко, если нундак вас прибьет.
— Шел бы ты своей дорогой и поскорее мимо меня, — грозно сказал Эрко.
— Да, я же не просто так, я же заплатить могу!
Эрко вспомнил, что капитану были нужны пассажиры, указал на взвоз корабля и велел ждать его там. Сам же решил обойти все место происшествия еще раз, приметить, как стоит криоконтейнер, и по возможность испортить его. Кто бы ни был этот улыбчивый, он говорил дело.
Площадка была похожа на поле военных действий. Перевернутая и тлеющая платформа разделяла площадку на две зоны. С одной стороны стоял 53-й, и у него все было более или менее чисто. А с другой был бедлам… Из некоторых разбитых боксов начали рассыпаться грузы. Тут просыпалось что-то вроде крупы. Там лежали и коротили поврежденные зарядные блоки, обещая вот-вот взорваться. Ими почему-то никто так и не занялся. Над платформой уже работал кран-журавль, он кое-что передвинул, освободив место для перемещения контейнера, под которым была бело-синяя лужа. Журавль потянул его, но бокс поднялся не сразу. Жидкая масса, что была под ним, сначала просто загустела, а затем начала твердеть. Крану пришлось отрывать ее от пола. С трудом подняв контейнер на небольшую высоту, кран начал раскачивать его, чтобы отцепиться от липкого твердеющего слоя, который сталактитами и сталагмитами тянулся между дном и полом. «Что за дрянь текла в жилах этого существа, что она превратилось в какую-то смертельно опасную трясину?» — подумал Эрко. Он хотел еще что-то подумать, но не успел. Его мысли прервал страшный крик.
Однопланетник
На взвозе 53-го все время стоял часовой портовой охраны. Он ничем не отличался от товарищей. Его шлем был как у всех, белый с горизонтальной красной полосой, захватывающий зону глаз, закрытую сплошным полупрозрачным стеклом. За ним можно было различить примерные черты лица, но не более. На этом стекле все время шли проекции текста и какие-то схемы. Тело же прикрывали доспехи, состоящие из составного наплечника и нагрудника. Последний был красный, как полоса на шлеме. Основа была темно-синяя, как и пояс. На наплечник крепилось по необходимости дополнительное оборудование. Это могли быть приборы и камеры для отслеживания нарушителей или оружие, например, небольшая лучевая пушка. Сам наплечник был особой конструкции, состоял из трех частей, скрепленных между собой прочным шнуром. Вот в этот разрыв и попала какая-то непонятная бледно-зеленовато-желтая субстанция. Охранник почувствовал резкую жгучую боль. Сначала он пытался терпеть, но боль быстро нарастала, и область поражения росла. Он попытался стащить с себя доспехи, но жижа попала на пальцы, и они также сильно заболели. Тут уже охранник не выдержал и начал звать на помощь. Два его сослуживца бросились к нему и попытались хоть как-то снять с него шлем, но это не удалось, пострадавший упал на взвоз и начал биться в конвульсиях.
Из 53-го выскочили пара десантников и Никитата. Они с помощью спецприхваток, смогли таки освободить пострадавшего, но его тело на месте ожога уже покрылось страшными желтыми пузырями. Некоторые из них лопались, что причиняло страшную боль. Китата смотрела на все это и не могла понять, чем она может помочь. Потом схватила что-то и вколола недалеко от места поражения. Охраннику немного полегчало, к нему вернулось сознание. Все выдохнули.
— Я буду жить? — спросил пострадавший на родном для себя языке, но Китата его поняла и смогла только пожать плечами. Тот вздохнул еще раз и умер.
— Что это было? — спросил, подходя, Эрко.
— Похоже на яд, но что конкретно, я не скажу, — ответила лечебница.
— Что вы ему вкололи? Вы его убили? — раздраженно заорал капитан охраны.
— Нет, я вколола ниодомат. Это лекарство… — начала Китата, она была немного растеряна и уверена одновременно.
— Это признанное вселенским медицинским обществом обезболивающее, я знаю, если так, претензий не имею. Оставьте все, как есть, мы зафиксируем все и сделаем нужные анализы.
Никитата кивнула и подалась назад, чтобы подняться, как вдруг капля зеленовато-бежевого цвета упала на взвоз, на то место, где только что, опираясь на колени, стояла Тата. Она вздрогнула. Эрко за плечи оттащил ее подальше. Все посмотрели наверх. Там наверху, где стыкуется корпус с воротами взвоза и начинает выход сопла маршевого двигателя, торчало что-то светлое, типа стрелы, в основании которой был комок зеленовато-белой слизи. Она как будто шевелилась или пузырилась. Ее было много, и часть даже начала сползать вниз тоненькой струйкой до края ворот, откуда уже и капала вниз. Судя по тому, что дорожка из слизи была вровень с корпусом, а не выделялась на нем, Эрко сделал вывод, что металл под этой субстанцией либо расплавился, либо провис.
— Все в сторону, вызывайте бригаду химзащиты! Похоже, это термический яд фиганды.
— Это еще что? — спросил Эрко.
— Фиганда — это женская особь Квинаукаса, спутница Нундака. Они бело-зеленые, в отличие от своих мужчин. И обычно лучницы, мечут стрелы со своим ядом, — сказал улыбчивый товарищ, продолжая ухмыляться.
— А ты откуда все знаешь? — зашипел первый помощник.
— А я что, я тут просто много времени это… провожу…
— Ты давай, свою улыбочку спрячь — напрягаешь уже, — сказал Эрко. — Че она, плюет на стрелы что ли, что они такие ядовитые?
— Не, она их в интимное место пихает, это из ее нутра такая дичь течет, что все убивает.
От этих слов Эрко передернуло.
— Ты хочешь сказать, что в эту жижу должна что-то свое пихать мужская особь? — спросила Никитата. И не дожидаясь ответа, добавила, что некоторым товарищам она искренне желает встретить и возжелать женщину с таким ядовитым чревом.
На удивление, химзащита приехала намного быстрее охраны. Они возвели
