было торопиться.
Он активировал заряд костюма. Вакуумное поле мобилизовалось, и Найки в прямом смысле нырнул в воздуховод. Он бесшумно проскользнул между жилыми отсеками и лекарней. Тут он открыл люк и выскользнул в межкорпусное пространство 53-го. Он подплыл к двум основным несущим шпангоутам, тем, что несли на себе маршевый двигатель и корпус. На них он установил пакет с магматической взрывчаткой. Тихонько подсоединил к ней пять длинных, тонких полых внутри шнуров, свободные концы которых он закрепил на самих шпангоутах в местах крепления маршевого, на внешнем корпусе, на силовой балке, ведущей в грузовой отсек, а также на двух полукрыльях, на которых располагались челноки 53-го. Взрывчатка по команде должна была подать большое количество энергии в шланги, по выходе из которых она бы разрушила все вокруг, но целью Ан Бан Кана были лишь отдельные части корабля. Убивать ради этого он никого не планировал. Поэтому на полукрыльях он закрепил концы так, чтобы они только нарушили конструкцию противовесов, так, чтобы отключилась система силы притяжения на корабле. Также будут ослаблены несущие балки, и двигатели челноков не смогут управлять кораблем. После взрыва маршевый будет уничтожен, основной силовой каркас тоже, грузовая палуба разрушена. Экипажу придется эвакуироваться.
Ан Бан Кан посмотрел на свою работу по минированию и остался доволен. Еще осталось установить небольшую бомбочку у основания грузовой палубы. Она повредит управление взвозом и отсеком в целом. Возможно, даже произойдет разгерметизация (тогда в грузовом никого не останется). Согласно страховым условиям, Нае тогда придется покинуть корабль, чтобы оказаться в безопасности, и Ан Бан Кан сможет без опаски взорвать основное устройство.
Найки подлетал к цели, когда через вентиляционную решетку его взгляд не упал на знакомые предметы — три черные лиры. Это заставило его затормозить. Плавно это сделать не получилось, и он ударился о стенку короба.
Призрак на корабле?
Эрко уже очень устал и хотел спать, но нужно было закончить дела. Он дописывал отчет. Там он упомянул о трех убийцах и их трех одинаковых знаках. Первый помощник положил их перед собой на стол и стал разглядывать, размышляя о том, тщательно их описать или в общем. Если тщательно, то проверяющие догадаются, что они у Эрко, и в лучшем случае их реквизируют. Если он опишет их пространно, то никто не поймет, о чем речь. И тогда, если даже кто-то что-то и знает об этих черных лирах, то Эрко об этом не узнает. Резкий звук удара над головой вырвал Эрко из его мыслей.
Каюта первого помощника была куда скромнее гостевой. Тут не было отдельного стола и иллюминатора, как такового. Только очень узкая щель, чтобы зрительно можно было оценить внешнюю обстановку. Стол был откидной. В нижнем положении он как раз подходил к койке, которую можно было использовать как стул. Ящик для вещей был небольшой, но Эрко с малых лет в кирке был приучен жить с минимумом вещей. В его отсеках для хранения все всегда было на своих местах. Так же было и во всей комнате, где бы он ни жил, не взирая на протесты его соседей. Эрко первый раз получил отдельную каюту, до этого он все время жил в общих зонах в капсулах. Причем, по возможности, всегда занимал нижнюю. Делал это он для того, чтобы никто не мог подглядеть, что его интересует. Он крепил к потолку капсулы свои записи, планы, картинки на интересующие его темы… Например, он часто крепил схемы разных двигателей, не только илиосских, но и инопланетных, и сравнивал их. То же было с оружием. Поскольку образование позволяло Эрко изучать и лечебные темы, он часто занимался сравнением медицинских препаратов, особенно строения и функционирования инопланетных существ. Как и полагается, у Гратерно была и мотивационная картинка. Она была ему особенно дорога. Это была распечатка большого призываюшего постера. На ней стояла пара в летных костюмах. Высокие, статные. А рядом с ними — девочка с длинными светлыми волосами, заплетенными красивым сетчатым узором вокруг головы. В руках у нее был маленький брелок с эмблемой космического корабля, который стоял за спинами взрослых. И все это завершала надпись: «Вперед с нами к новым мирам!»
И вот теперь Эрко лишился своего секретного места. Нет, своя каюта — это очень здорово, но как разместить свои тайны, не выставляя их на показ? Сперва Гратерно прятал их между листами полипокса, но однажды его читающим застала Китата, и он с трудом выкрутился. Тогда он наклеил все на переборку и прикрывал бельем с койки, но смотрелось это все неприглядно. Еще была попытка разместить все на передвижной двери. Поначалу все шло хорошо. Из неудобств было только то, что с койки не видно пояснений, сделанных мелким шрифтом, а подходить каждый раз к двери было некомфортно, особенно, когда уже разделся и лежишь.
Эрко почти с этим смирился, когда произошел неприятный инцидент. К нему зашли Ниако Крим с тремя ребятами за новыми инструкциями на погрузочно-разгрузочные работы. В этот момент дверь как-то неправильно вошла в стену, сорвала с себя пару изображений, а часть просто смяла. Благо, среди отвалившихся были портреты двух известных ученых женского пола. Обе они были недурны собой и достаточно молоды, чтобы незваные гости приняли их за обычных красавиц и просто поулюлюкали над интересами первого помощника, совсем не обратив внимания на таблицы сравнения экипажа 53-го, которые составлял Эрко. Эти две дамы, которых десантники приняли за моделей, занимались исследованиями того, как замкнутое пространство влияет на отношения в социуме. Они разрабатывали теорию совместимости экипажа. По ней Эрко и ставил свой эксперимент, давая оценки всем, кто находился на борту 53-го. Оценки, поставленные Эрко, десантникам бы не понравились.
Как итог, первый помощник принял сложное для себя решение. Он расположил все на откидной столешнице. «Когда она закрыта, ничего не будет видно, а если я погибну, и все это потом найдут — мне будет все равно,» — рассудил Эрко. Ее верхнюю часть мог видеть только он. Ну, и еще тот, кто заберется в вентиляционный короб, расположенный над его койкой.
И вот в вечер взлета с Кади, когда первый помощник заканчивал свой отчет, сидя за столом на койке, кто-то ударился головой внутри короба. У Гратерно что-то резко застучало в висках. Он подскочил, рванулся к коробу и сорвал с него решетку. Пусто, он забрался внутрь, насколько это было возможно. На мгновение ему почудилась нога в чуть светящейся оболочке, но только на мгновение. Он подтянулся и пролез
