цивилизации, но при ближайшем знакомстве оказываются прекрасно оборудованными и, несмотря на свою удаленность, полностью приспособленными для комфортной жизни и выполнения разного рода научных наблюдений.
Форт Релайнс не был исключением из этого замечательного и достойного всяческого подражания правила. В отличие от Сноудрифта население форта насчитывало не более двух человек. По сути это была метеорологическая станция, на которой работали двое молодых ребят, одному из которых было примерно лет двадцать, а другому – лет двадцать пять. Ребята сидят тут без перерыва, у них контракт на пару лет. В их распоряжении находится прекрасный комплекс, дизельная – все в идеальном порядке. «Защитники» форта отнюдь не делали военной тайны из того, чем они занимаются. Если судить по расположенному рядом внушительных размеров антенному полю, которое мы заметили еще издалека, они снабжают метеоинформацией все мировое сообщество.
Этот так называемый форт построен примерно в 1925 году. Как объяснили ребята, здесь существовал опорный пункт и во времена холодной войны даже дислоцировались военные части, дабы исключить возможность проникновения нас, русских, с севера. Когда ребята сообщили эту информацию, все сразу, не сговариваясь, посмотрели на меня, причем обитатели форта с опаской, а мои товарищи по команде с надеждой на то, что я сделаю соответствующее разъяснение по поводу возможности русской экспансии. Стараясь оправдать надежды своих друзей, я как мог всех успокоил, совершенно официально заявив, что, по крайней мере, в этом году, пока здесь будет работать их смена, нападения со стороны русских не ожидается, и они могут и далее спокойно продолжать заниматься любимой рыбной ловлей.
Про себя же я подумал, что благодаря русской угрозе в канадской Арктике появилось и существует достаточно много прекрасных мест, где путешествующий люд может найти кров и подкрепиться – вспомнить хотя бы «Дулайн-2», радиолокационную станцию дальнего обнаружения советских ракет, которую мы неожиданно для ее персонала посетили при пересечении Гренландии в 1988 году. Тогда мое появление там вызвало такой шок у местного руководства, как будто я и был той самой советской ракетой, точнее ее самой опасной, уже отделившейся частью, приближение которой они прозевали. Холодная война закончилась, и какие-то станции, конечно, уже прикрыли, но этот форт все еще существовал на радость нам и всем путешествующим людям.
Наши надежды на хорошую погоду полностью и даже, я бы сказал, с запасом оправдались: температура вчера с утра составила минус 14 градусов, ветер был слабым, а солнце ярким. На пути к форту мы миновали, по меньшей мере, шесть волоков (по английски portage) – своеобразных перешейков между бесчисленными озерцами. Как и накануне, именно это более всего затрудняло движение, потому что без следа снегохода, который мы, к счастью, не потеряли, найти правильную дорогу в густом перелеске не представлялось возможным. При этом, даже двигаясь по следу, мы иногда сталкивались с необходимостью буквально втаскивать нарты на руках на очередной подъем. В таких случаях я снимал лыжи, оставляя их на нартах Джона, дожидался подхода остальных упряжек около препятствия и помогал втащить нарты на подъем.
Несмотря на подобные трудности, идти вчера было приятно, хотя поначалу собаки двигались довольно вяло и в рваном темпе – то рысью, вприпрыжку, то медленно, буквально лапа за лапу. Все изменилось как по мановению волшебной палочки, когда они почуяли карибу. На этот раз, к счастью, карибу двигались по следу впереди нас. Кровь в собаках взыграла, и полученное в результате ускорение привело к тому, что мы достигли форта Релайнс гораздо раньше, чем предполагали, и достаточно неожиданно. Дело в том, что по уверениям Джона, знавшего по обыкновению лучше всех остальных, где мы находимся, между нами и фортом должно было быть еще одно озеро. Скорее всего, запутавшись в этих бесконечных переходах через перешейки, мы просто миновали озеро Меридиан, не заметив этого, в то время как Джон считал, что оно еще впереди. Однако, пока мы шли по следу, такие ошибки, конечно, не могли нас сильно расстроить.
Ребята в форте Релайнс встретили нас исключительно хорошо. В полозе наших с Ульриком нарт обнаружилась трещина, и нам предстояло их починить. Опустошив нарты, мы оттащили их в имеющуюся на станции мастерскую, большую и теплую, со множеством разных инструментов. Пока нарты сохли, мы сами, как в хорошем автосервисе, были приглашены на чашечку кофе. Под кофе и телевизор мы, хоть и недолго, но прекрасно отдохнули, после чего я занялся палаткой, а потом мы вдвоем с Ульриком, используя нехитрые приспособления, починили наши нарты, заставив непокорный полоз занять положенное ему место с помощью десятка шурупов.
Вечером нас пригласили на ужин, а перед сном мы цивилизованно принимали душ. Ванная комната здесь настолько хороша, что ничего лучшего не пожелаешь и для городской квартиры.
Я подумал, что, наверняка, кроме этого форта, по берегам озера разбросано еще, по крайней мере, несколько подобных метеостанций, на которых работают и живут безвылазно в течение длительного времени современные невольники Большого Невольничьего озера. По словам ребят (да мы могли и сами воочию убедиться, наблюдая за распорядком их жизни), работы было не особенно много: станция работала в автоматическом режиме, и им просто надо было поддерживать процесс. Все остававшееся время ребята отдавали рыбной ловле и не без успеха, в чем мы имели удовольствие убедиться сами, когда нам на ужин ими была предложена необычайно вкусная рыба собственного копчения.
Сегодняшним утром был дан прощальный завтрак в нашу честь.
Завтрак этот удался на славу. Ребята нас накормили настоящей яичницей с беконом, так что мы подкрепились как следует.
За завтраком мы попытались осторожненько расспросить их о том, как нам отсюда лучше и проще выбираться, однако вопрос этот остался без внятного ответа. Оба парня оказались домоседами – за два года практически никуда от форта не отъезжали, так что никаких советов относительно нашего маршрута дать нам не смогли.
Из развлечений здесь только телевизор и журналы «плэйбойского» содержания, рассматривание которых долгими зимними вечерами и при полном отсутствии женщин могло, на мой взгляд, неблаготворно сказаться на качестве получаемой метеорологической информации.
Сегодня мы снова выходим в тундру, и дальше наш маршрут пролегает на озеро Линкс, название которого в переводе означает рысь. Туда должен прибыть самолет с кормом для собак. Если след будет хорошим, мы предполагаем быть там через три-четыре дня.
Путешествие пока по всем показателям проходит нормально. Погода благоприятствует: температура минус десять – двенадцать градусов, не холодно, не жарко – именно то, что нужно.
31 марта, вечер
Отстал – на помощь позови,
Она придет
