— Что толку сейчас забивать этим голову, — заявил Риальто. — А вот на камни-иоун я заявляю официальную претензию в качестве компенсации за ущерб, понесенный ради общего дела.
— Требование на первый взгляд резонное, — заметил Гильгед. — Однако на самом деле каждый должен получить награду сообразно своим заслугам. Я не высказываю эту мысль лишь потому, что это мое мгновенное электрическое усилие испепелило архивейльта.
— Вот и еще казуистический довод, который необходимо решительно отвергнуть, в особенности поскольку так удачно подвернувшаяся энергия позволила Зезамедесу ускользнуть!
Спор затянулся на целый час. В конце концов формула, предложенная Ильдефонсом, была вынесена на голосование и одобрена пятнадцатью голосами против одного. Имущество, ранее принадлежавшее архивейльту Зезамедесу, надлежало выставить на всеобщее обозрение. Затем каждый волшебник должен расположить предметы по порядку от наименее желанного к наиболее, а Ильдефонс — сопоставить списки. Если на какой-то предмет претендовали двое или более, спор надлежало решить при помощи жребия. Риальто в качестве компенсации ущерба получал право выбрать любую вещь по своему усмотрению после того, как будет определен хозяин пятой веши по списку. Гильгеду было даровано точно такое же право, но после десятой вещи.
Риальто предпринял последнюю попытку вразумления.
— Что толку выбирать, когда будет отдана пятая вещь? У архивейльта не было ничего, кроме камней, нескольких ничем не примечательных вещичек да корешков, трав и эликсиров.
К нему никто не прислушался. Ильдефонс раздал листы бумаги, каждый волшебник перечислил предметы, на которые претендовал, после чего Ильдефонс внимательно изучил каждый список по очереди.
— Как выясняется, — объявил он, — все присутствующие больше всего хотят получить камни-иоун.
Взгляды магов устремились на камни, которые мерцали и переливались молочно-белым огнем.
— В таком случае, — провозгласил Ильдефонс, — победителя определит случай.
Он достал глиняный горшок и шестнадцать дисков из слоновой кости.
— Сейчас каждый из вас поставит свою подпись на одной из этих бляшек и положит ее в горшок, вот так. — Он пометил один из дисков и бросил его в горшок. — Когда все проделают это, я позову служанку, она вытащит из горшка одну из бляшек.
— Минуточку! — воскликнул Визант. — Я чую беду. Она ходит где-то рядом.
Ильдефонс вперил в чувствительного Некропа холодный вопросительный взгляд.
— О какой беде ты говоришь?
— Я чувствую какое-то противоречие, несоответствие, среди нас витает что-то странное. В этом зале находится кто-то, кого здесь быть не должно.
— Кто-то незримый таится среди нас! — воскликнул Мун Волхв. — Ильдефонс, стереги камни!
Ильдефонс осмотрелся по сторонам сумрачного старого зала. Потом сделал условный знак и указал в дальний угол.
— Призрак! Ты поблизости?
— Я здесь, — раздался негромкий печальный шепот.
— Отвечай: кто незримый скрывается среди нас?
— Замшелые отголоски прошлого. Я вижу их лица: это даже не призраки, а призраки мертвых призраков… Они мерцают и поблескивают, они смотрят и исчезают.
— А живых существ нет?
— Нет, никакой горячей крови, никакой пульсирующей плоти, никаких грохочущих сердец.
— Стереги и наблюдай. — Ильдефонс обернулся к Византу Некропу. — Что на этот раз?
— Я чувствую странный запах.
Визант заговорил негромко, чтобы подчеркнуть исключительную тактичность его формулировок:
— Из всех здесь присутствующих один я обладаю достаточной чувствительностью ко всем нюансам камней-иоун. Их следует передать в мое распоряжение.
— Давайте продолжим лотерею! — подал голос Гуртианц. — План Византа никогда не сработает.
— Я вас предупредил! — крикнул Визант.
Метнув злобный взгляд на Гуртианца, он перебрался в конец группы. Ильдефонс подозвал одну из своих служанок.
— Не пугайся. Ты должна сунуть руку в горшок, тщательно перемешать бляшки и вытащить одну из них, после чего положишь ее на стол. Поняла?
— Да, господин волшебник.
— Делай, что я сказал.
Девушка подошла к горшку и сунула в него руку. В тот же миг Риальто привел в действие заклинание хроностазиса, которое заготовил на такой случай. Для всех, кроме Риальто, время остановилось. Он оглядел зал, посмотрел на волшебников, замерших в застывших позах, на служанку, которая так и осталась стоять с рукой в горшке, на Ильдефонса, чей взгляд был устремлен на девичий локоть. Риальто не спеша подошел к камням. Ничто не мешало ему сейчас завладеть ими, но подобный поступок лишь вызвал бы всеобщее возмущение и заставил остальных ополчиться против него. У него на уме был менее дерзкий способ. В углу неожиданно послышался какой-то негромкий шум, хотя в неподвижном воздухе никаких звуков не должно было разноситься.
— Кто это? — позвал Риальто.
— Это я, — раздался в ответ негромкий голос призрака.
— Время остановилось. Ты не должен ни двигаться, ни говорить, ни смотреть, ни знать.
— Время, вневременье — для меня все едино. Я проживаю каждый миг снова и снова.
Риальто пожал плечами и отвернулся к горшку. Он высыпал диски на стол. К его удивлению, на каждом из них значилось «Ильдефонс».
— Ага! — воскликнул Риальто. — Этот плут провернул свое дельце на миг раньше меня! Так всегда! Ну ладно, хорошо смеется тот, кто смеется последним!
С этими словами Риальто стер подписи Ильдефонса и заменил их своими собственными, после чего вернул все бляшки в горшок.
Вернувшись на свое место, он снял заклятие.
В зал медленно вернулись звуки. Девушка сунула руку в горшок. Она перемешала диски и, вытащив один из них, положила его на стол. Риальто склонился над бляшкой наперегонки с Ильдефонсом. Диск еле заметно дернулся. Подпись дрогнула и расплылась прямо у них на глазах.
Ильдефонс поднял диск и с изумлением прочел:
— Гильгед!
Риальто метнул на Гильгеда испепеляющий взгляд, но тот не повел и бровью. Гильгед тоже остановил время, но сделал это уже тогда, когда диск оказался на столе.
— Это все, — сдавленным голосом сказал Ильдефонс служанке. — Можешь идти.
Девушка удалилась. Ильдефонс высыпал пластинки на стол. Все они были надписаны как надлежало: на каждой красовалась подпись одного из присутствующих волшебников. Ильдефонс дернул себя за белую бородку.
— Похоже, камни-иоун достались Гильгеду, — сказал он.
Сияющий Гильгед подошел к столу, но вдруг издал ужасный крик.
— Камни! Что с ними сделали?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
