Фисгармония снова заиграла. Гости затянули гимн. Песня еще не закончилась, как произошло удивительное событие. Удивительным оно показалось лишь новичкам, на спиритуалистов случившееся не произвело особого впечатления. Труба, как и прежде, поблескивала на столе. Вдруг темноту прорезали два голоса: мужской и женский. Незнакомые голоса присоединились к пению. Когда пение стихло, собравшиеся с нетерпением замерли в воцарившейся тишине.
Из темноты вновь раздался глубокий мужской голос. Он принадлежал человеку хорошо образованному, изъяснявшемуся на правильном английском языке. Болсоверу ни за что не удалось бы воспроизвести низкий тембр и богатые модуляции говорившего.
– Добрый вечер, друзья! Кажется, сегодня неплохая энергия.
– Добрый вечер, Люк! Добрый вечер! – воскликнули в ответ собравшиеся.
– Это наш наставник, – объяснил Болсовер. – Дух высокого ранга из шестой сферы. Мы следуем его инструкциям.
– Я могу казаться вам значительной фигурой, – раздался ответ. – Но кто я по сравнению с теми, кто наставляет меня? Это их мудрые слова я довожу до вашего сведения. Не стоит переоценивать мои возможности, я всего лишь выполняю приказы тех, кто гораздо могущественней.
– Так происходит каждый раз, – сказал Болсовер. – Никакого хвастовства. Это и есть признак его могущества.
– Вижу, что сегодня здесь присутствуют две жаждущие души. Добрый вечер, юная леди. Вы пока не знаете ничего о своем даре и о том, что ждет вас впереди. Скоро у вас откроются глаза. Добрый вечер, сэр, вы стоите на пороге великого открытия. Есть что-нибудь такое, о чем вы хотите спросить? Вижу, что вы делаете заметки.
Мэлоун в темноте освободил руку и записывал увиденное в блокнот.
– О чем я должен спросить?
– Спросите о любви и браке, – предложила миссис Болсовер, толкнув локтем мужа.
– Хорошо, я расскажу кое-что об этом. Постараюсь не занимать ваше внимание слишком долго, чтобы не заставлять ждать остальных. Комната так и кишит духами. Хочу, чтобы вы поняли: женщине может принадлежать единственный мужчина, а мужчине – единственная женщина. Однажды встретившись, эти двое вместе пройдут через бесчисленную цепь превращений. Все союзы, которые предшествовали главной встрече, не будут иметь никакого значения. Рано или поздно такая встреча происходит, каждая пара становится полной. Это событие может не состояться на Земле, оно может случиться в высшей сфере, где влюбленные встречаются так же, как они встречаются здесь. Встреча любящих сердец может быть на время отложена. Но каждая женщина и каждый мужчина обязательно найдут того, кому они предназначены. На земле, по крайней мере, каждый пятый брак заключается по любви. Остальным везет меньше. Настоящий брак – это гармоничное соединение родственных душ. Сексуальные отношения являются всего лишь внешним признаком любви. Они ровным счетом ничего не значат, смешны и даже губительны, если отсутствует главное, ради чего вступают в брак. Я ясно изъясняюсь?
– Абсолютно ясно, – ответил Мэйли.
– У кого-то чужая пара. У кого-то пара отсутствует вообще, что даже лучше. Но все рано или поздно встретят своего единственного, я в этом абсолютно уверен. Иногда встреча с бывшим супругом происходит после смерти.
– Слава Господу! Благодарю тебя, Отец! – воскликнул голос.
– Нет, мистер. Любовь, лишь настоящая любовь объединяет нас. У Господа свой путь, у вас свой. Каждый выполняет то, что ему предначертано. Но в один прекрасный день вы найдете свою половину, а ваша юность вернется к вам.
– Вы говорите о любви. Вы имеете в виду плотскую любовь? – спросил Мэйли.
– Куда нас несет? – пробормотала миссис Болсовер.
– Здесь не рождаются дети. Дети рождаются только на земле. Этот аспект отношений имел в виду великий учитель, когда произнес: «Здесь не будет ни женитьбы, ни замужества».{93} Нет, то, что происходит в высших сферах, гораздо чище, глубже, прекрасней. Небесный союз – это слияние родственных душ, полное погружение в любимого, но без утраты собственной личности. На Земле с этим может сравниться лишь первая пылкая страсть, чувство настолько возвышенное, что не поддается описанию. Со временем влюбленные начинают предаваться более низменным формам любви, но в сердце хранят воспоминания о былом, ни с чем не сравнимом духовном союзе. Такая любовь у нас. Будут еще вопросы?
– А если женщина с одинаковой пылкостью любит двух мужчин? – спросил Мэлоун.
– Такое случается редко. Женщина всегда знает, кто к ней ближе всего. Если же она любит двоих, то значит ни к одному из них не испытывает истинного влечения. Тот, кто ей предназначен, должен быть выше всех остальных. Конечно, если она…
Голос замер. Труба снова упала вниз.
– Давайте споем: «Ангелы парят над нами»! – воскликнул Болсовер. – Смайли, тряхните стариной. Вибрации почти затухли.
Еще одно песнопение, еще одна пауза. Тишину вновь прорезал голос, мрачный, унылый. Энид еще не приходилось слышать такого тоскливого голоса. Поначалу прозвучало невнятное бормотание, затем молитва – судя по повторению слова «Dominus», на латинском языке. Непередаваемое, невыносимое чувство безысходности было в каждом звуке.
– О Боже, что это такое? – вскрикнул Мэлоун.
Удивленными казались все собравшиеся.
– Думаю, что это несчастный из низших сфер, – ответил Болсовер. – Те, кто придерживается ортодоксальных взглядов, утверждают, что мы должны избегать подобных контактов. Но я уверен, что мы обязаны помочь.
– Вы правы, Болсовер! – горячо поддержал предложение товарища Мэйли. – Давайте поможем бедняге!
– Что мы можем для тебя сделать, дружище?
В ответ не прозвучало ни слова.
– Он не знает. Он не понимает, в каких условиях находится. Где же Люк? Люк знает, что делать.
– Что происходит, друзья? – прозвучал глубокий голос наставника.
– К нам присоединился один несчастный. Мы хотим помочь.
– Да, да, он поднялся из самой бездны, – произнес Люк с сочувствием. – Он не знает, не понимает… Такие, как он, приходят с твердой установкой, а когда видят, что реальность отличается от того, чему учила Церковь, оказываются абсолютно беспомощными. Некоторые способны адаптироваться, им легче. Те, кто не в состоянии понять, обречены на бесконечное скитание во мраке. Этот человек когда-то был священником, узколобым и нетерпимым. Зерно невежества, которое он обронил в землю, взошло скорбью и отчаянием.
– Чего ему не хватает?
– Он не знает, что умер, и продолжает блуждать в тумане. Все вокруг напоминает ему дурной сон. Этот страшный сон тянется долгие годы. Ему кажется, что блуждания длятся целую вечность.
– Почему ты не скажешь ему, почему не научишь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
