– Ваша взяла, – усмехнулся Джек, внимательно оглядывая каюту. С некоторых пор он стал ловить себя на том, что его остро интересует любая мелочь, связанная с Венерой: все, что может рассказать о прекрасной француженке то, чего она никогда не скажет сама. – Интересно, интересно… И все же это мало похоже на рабочий кабинет.
– Это и не кабинет, – с довольной улыбкой ответила Венера и опустилась в глубокое кресло, обитое красным бархатом. – На «Морее» путешествует в основном брат. А я не путешествую, я езжу по делам.
– Как сейчас, например?
Джек оперся о темный полированный стол и всмотрелся в ее лицо.
– Сейчас я решила плыть на «Морее» только потому, что собралась скупить в Лондоне полвыставки… Что, в общем, и сделала. Корабль почти доверху нагружен медицинским оборудованием и всякими техническими новшествами, которые меня заинтересовали и на которые у меня хватило денег…
– Ты наконец чувствуешь себя в безопасности?
– А ты? – беззаботно спросила Венера, но от маркиза не укрылся ее встревоженный взгляд.
– Не знаю. Какое-то странное ощущение…
– Ничего. Еще пару дней… – усмехнулась Венера. – Я уеду, ты вернешься к обычному образу жизни…
– Перестань, – Джек подошел к забитому книгами шкафу и принялся разглядывать корешки. – Меня это вовсе не веселит.
Большинство книг было на иностранных языках. Греческий, латынь, французский маркиз еще узнавал, но вот затейливая арабская вязь приводила его в некоторый трепет.
– Пока, – многозначительно заметила Венера, с интересом наблюдая за ним. – А потом… Старые привычки забываются не так-то легко.
– А что ты будешь делать в Париже? – рассеянно спросил он.
– Работать, работать и еще раз работать! – Она рассмеялась и задорно тряхнула головой. – И не смотри так изумленно, мне нравится то, что я делаю. Я наслаждаюсь тем, что в силах помочь людям.
– А я собрался к тебе в гости. – Джек с некоторым удивлением услышал свои слова. И сразу вслед за этим захотелось сказать так много… Но вместо этого он произнес: – Сто лет не был в Париже. Будем гулять по Елисейским полям… Потом повезу тебя на скачки в Лоншан.
– Или я повезу тебя. – Венера лукаво посмотрела на маркиза. Ей понравилось его невольное смущение. – Кроме того, Париж состоит не только из Елисейских полей. И можешь не знакомиться с моей семьей, если не хочешь.
– У меня что, на лице написано, что я боюсь твоих родных?
– Еще и как! – рассмеялась Венера. – Ты сам не подозреваешь, что у тебя порой бывает отчетливо написано на лице.
– Да, – вздохнул маркиз. – Что уж тут скрывать… А насчет лица приму к сведению.
– Не бойся, я не буду требовать от тебя слишком многого. Не в моих привычках использовать слабости других себе на пользу.
– Ты и не требуешь…
Он, наконец, отвел взгляд от шкафа, в котором давно уже ничего не видел, кроме мелькания золотистых бликов, и нерешительно шагнул к ней.
– Не буду устраивать душераздирающих сцен прощания…
– Да, я знаю, – произнес Джек серьезно и задумчиво. – Это на тебя не похоже.
– Мы просто проведем два оставшихся дня, – Венера взглянула на него со странной улыбкой, и грудь ее приподнялась от глубокого вдоха, – в свое полное удовольствие.
– Ты не устала?
Джек сделал еще шаг по направлению к креслу.
– Хм… Это зависит…
– От чего? – Голос у него был глухой и заметно дрожал.
– От того, что у тебя на уме… – Венера отвечала все тише, слова ее будто сгущались в воздухе.
– Ничего такого сверхъестественного. – Он подошел вплотную и, опустившись на колени, сжал руками ее бедра. – Я все сделаю сам…
– А я буду просто лежать, и получать удовольствие? – отозвалась она еле слышно.
– Вот именно… Ты так догадлива…
Неторопливыми движениями, нежно поглаживая, он присобрал ее юбку к коленям, потом выше.
– Как можно отказать такому кавалеру?
Венера потеснилась в кресле. Маркиз, устроившись рядом с ней и целуя шею, начал расстегивать платье. Венера закрыла глаза и затаила дыхание.
Сняв с нее почти всю одежду, Джек остановился и чему-то улыбнулся, потом поднялся на ноги и направился к буфету.
– Ты куда? – словно сквозь сон спросила Венера.
– Налью нам коньяку… Вдруг потом, после какого-нибудь раза, захочется выпить.
– Прекрасно. – Она улыбнулась и, не стесняясь, раскинула руки. Полушария полной груди, дрогнув, раздвинулись в стороны. – Если когда-нибудь станешь искать себе работу лакея, с удовольствием дам рекомендации.
– Спасибо за доброту, мадемуазель. – Он опять опустился на колени и, преданно смотря снизу вверх, вручил ей бокал. – Разрешите?
– Как тебя звать, прекрасный слуга? – Венера страстно глянула на него из-под опущенных ресниц. – Никогда не видела тебя прежде…
– Джон Томас, мэм, – ответил он смиренно. – Меня прислали сюда исполнить любую вашу прихоть.
– Как же мне тобой распорядиться? – Венера пригубила из бокала и глянула вниз, – Хм… Кажется, я знаю…
Она поставила бокал, пальцы заскользили по груди Джека. Он шумно задышал, но сдержался и проговорил слегка дрожащим голосом:
– А рекомендательные письма? Они вам не нужны, мадам?..
– Какие письма? – Венера глянула недоуменно.
– Вот эти, самые главные.
Джек с коротким смешком извлек из кармана несколько маленьких пакетиков.
– Ах письма!.. – Она не могла удержаться от смеха. – Думаю, на этот раз обойдемся без них.
Джек разжал пальцы. Бесполезные пакетики рассыпались по затейливому рисунку ковра.
– Тогда не заставляй меня ждать, Джон Томас…
Венера обняла его и впилась поцелуем в губы маркиза.
– Минуту, мадам, – проговорил он, оторвавшись на секунду. – Мне нужно только проверить, на самом ли деле вы готовы.
Рука маркиза скользнула вниз, раздвигая ей ноги. Венера застонала, еще сопротивляясь, но, уже ощутив, как нетерпеливые пальцы коснулись нежных складок кожи. Внутри, мгновенно вспыхнув, стал разгораться мучительный, всепожирающий огонь желания. Рука Венеры скользнула к поясу маркиза, ниже…
– Подожди, не так быстро, – проговорил он, отстраняясь. – Смысл в том, чтобы дождаться самого главного момента…
Пальцы маркиза, смелея, но, не становясь грубыми, раздвинули сделавшиеся невероятно чуткими складки и проникли внутрь. Венера ощутила как жаркая, сладкая судорога прокатилась с головы до ног. Она задохнулась и застонала…
Дальше все было как в бреду. Венера ощутила жесткие волосы Джека у себя под пальцами, его голова опускалась все ниже, долгие огненные поцелуи покрывали низ ее живота. Потом маркиз, чуть приподняв, раздвинул ее ноги так широко, что раньше Венера едва позволила бы такое. Но теперь ей было все равно, даже нравилось… Она хотела этого.
