Похоже, от потока энергии во время перемещения многие семена раскрылись. Зря, очень зря Ива зашла к ним первой. Их детский, младенческий плач выбил её из колеи, разбил. Сэчико, их хозяйка… Они же звали её.
Если бы не Ива… Мошки в голове зажужжали. «Ни на что не годишься», «вечно ошибаешься», «хоть что-то сделала бы правильно»…
– Ива? Ива, ты в порядке?
Кажется, она сидела на полу. Сколько? Долю, часть, час? Или одно мгновение?
Глаза Лиззи казались ещё печальнее, чем обычно.
– Нет… – честно ответила Ива.
– Ой… А… Я… – промямлила Лиззи. – Я другой ответ ожидала… Теперь не знаю, что сказать.
– Н-не волнуйся. Справлюсь.
Мухи будто засмеялись. Все разом, облепив голову маленькими, мерзкими лапками.
Лиззи подала руку, будто сквозь смех. Ладно, нельзя сдаваться. Кому-то ведь гораздо хуже, чем Иве. Приняв помощь, она поднялась на ноги.
– Юн Ги сказала, что нам нужно… Ну… Джанта разбудить…
С каждым словом Лиззи говорила всё тише. Ива понимала, к чему она клонит.
– Чтобы сжечь тело Сэчико? – прямо спросила она, пальцами потирая виски. Но боль – мухи проедали голову насквозь – совсем не проходила.
Ива просто представила Джанта в миг, когда она это скажет. Она даже не знала, как скажет. Стоило ли ему вообще говорить? С другой стороны, больше некому…
– Можем её закопать, – предложил вдруг Амон. Он разгребал завалы из земли вместе с Бич.
– Это противоречит обрядам лонгцев, – поправил его Пьер. Сквозь щёлочки в почве он осматривал сердце корабля на дефекты. – Черепах хоронят в земле после кремации.
– А разница? – бросила Бич. – В этом Богиней забытом месте обряды не значат ничего. Ведь если бы Она нас не покинула…
– Не богохульствуй! – возмущённо воскликнул Клопшток, переписывавший оставшиеся припасы. – Ты не имеешь права судить о высших материях. Кто знает, может, взгляд Богини не простирается до этой планеты? Или мы заслужили…
– То есть Сэчико, по-твоему, это заслужила? – взъелась Бич.
– Откуда я знаю? Я с ней не общался никогда…
– Да как ты смеешь… – Бич дёрнулась, но её остановила рука Амона. – Иди припасы переписывай, самый полезный член команды.
– Я бы на твоём месте придержал свою женщину, Амон, – бросил напоследок Клопшток. – А то диким волчицам свойственно страдать бешенством.
Глаза Амона блеснули. Ива было дёрнулась, но услышала спасительное:
– Отставить ссоры! – прикрикнул сверху капитан Экс. – Меньше разговоров – больше дела!
– Есть, капитан! – хором воскликнули Бич и Амон. Клопшток же молча прошмыгнул на склад.
Ива, не зная, чем ей заняться, опустилась рядом с Джантом. Взгляд его… пугающе пустой. Взяв его за руку, Ива не почувствовала ответа.
Он словно сам умер…
– Почему же так произошло? Черепаховая Академия ведь годы эту планету изучала, – тяжело вздохнула Лиззи, поднимая очередной кусок земли.
– Потому что из ниоткуда появилась эта тварина, – прорычала Бич. – И, клянусь, она поплатится. С силой Джанта…
– Тень – лишь отражение, – неожиданно вставил слово Пьер.
– В каком смысле, умник?
– У тени есть владелец. Она не искусственная, – объяснил он, оборачиваясь. – За этой тенью стоит настоящее чудовище. И нам предстоит узнать, что это такое на самом деле.
Мурашки пробежались по спине. Будто прикосновения маленьких крылышек.
А в голове – загудело. Ива ошеломлённо уставилась на Пьера, не зная, что и сказать.
– Как ты это узнал вообще? – продолжала упираться Бич.
– Потому что у неё есть форма. Эта форма – силуэт настоящего чудовища.
– Подожди-ка! – Её глаза сверкнули. – Если бы на планете был кто-то живой, то директор Неизвестный нам бы об этом сказал! Значит, нет тут никого.
– Директор Неизвестный… выразился несколько иначе. – Припоминая, Пьер напряжённо сдвинул брови. – Он сказал: «На этой планете никто не умирал».
Ива пыталась сообразить. В голове не укладывалось… От усталости ли?
– Нельзя жить, не умирая, – озвучила свои мысли она. – Ничто не вечно.
– Видимо… Мир ещё сложнее, чем мы думали.
Пьер – главный гений их выпуска – тоже не имел на этот счёт никаких догадок. А чтобы он чего-то не знал…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Бич, Амон! – вдруг раздался голос капитана Экса. – Несите сюда Сэчико.
Те переглянулись. Взглянули на Иву. Бич закусила губу, а Амон – вильнул хвостом.
Вниз спустился Победоносец. Его нос по-прежнему был перевязан.
– Ива, – прогнусавил он в её сторону, – чем быстрее мы с этим расправимся, тем лучше. Разбуди Джанта.
Она и сама это понимала. Но когда взгляд вновь падал на Джанта – разум замолкал. Как же Джант встанет после такого? Он ведь даже не двигается, едва дышит.
Тяжёлое тело Сэчико погрузили на носилки. Её панцирь не вмещался. Казалось, она просто неудачно прилегла поспать… Ива отвернулась, пока тело не унесли наверх.
– Джант?
Не отвечал. Просто смотрел в пустоту. Глаза – не больше, чем стекляшки.
– Джант, очнись, пожалуйста… Сейчас нельзя спать.
Она потрясла его. Никакого ответа.
Скользнув к его ногам, она попыталась поймать на себе его взгляд. Но нет. Смотрел словно сквозь неё.
Не зная, что делать, Ива осторожно приблизилась к его лицу. Как его разбудить? Поддавшись какому-то бессмысленному порыву, она поцеловала его. Легко коснулась губами его губ. Нити чудес оплели его, цепляясь за тёплую, горячую кожу.
Дёрнулся. Ива отстранилась, положа руку на его коленку.
– Ив… Зачем ты меня разбудила? – спросил Джант.
В его голосе сквозило разочарование. От слов наваливалась усталость.
– Джант, соберись, пожалуйста, – умоляюще попросила она. – Мне так больно видеть тебя таким…
Видя, что он наконец-то смотрит на неё, она заплакала. Зачем она его разбудила? Она не знала. А было бы лучше, если бы оставила в спасительном беспамятстве?
– Ты просто так меня подняла? – снова спросил он. Холодно.
– Н-нет… Нам нужно, ну…
Как стыдно. Могла ли она просить?
– Я понял. Отойди.
«Отвали»… Ива отпрянула. Отшатнулась от прикосновения.
Но ведь Джант не станет на неё кричать… Не станет же?
– Ив? Ты чего?
Растерявшись, Ива взметнула взор на Джанта. Кажется, он удивился.
И вдруг улыбнулся. Положив ей руку на голову, он почесал за её ухом. И провёл большой ладонью по её щеке. Кажется, вся её голова умещалась в одних его руках.
– Я в порядке. Пошли.
Конечно же, он не стал бы на неё кричать. Он никогда бы этого не сделал. Он – не…
Ива вскочила следом за Джантом. Взяла его за руку. На этот раз ответил ей – сжал пальцы. Сильно. Ива взглянула на его лицо. Зубы он тоже сжал. До скрежета.
– Если ещё хочешь поплакать…
– Мужчины не плачут.
– Так говорил твой отец. Зачем ты его слушаешься?
– Потому что это не его слова. У меня есть достоинство и без его идиотских правил.
Он пережил одну смерть. И едва смог пережить вторую. Ива не допустит больше ни одной.
Они подступились к выходу из корабля. Лестница поломалась во время падения, и приходилось через неё перепрыгивать. Джант спрыгнул первым и снял Иву на руках.
Вокруг – пустота. Чистая и безжизненная степь. Простиралась от края до края. А над головой – голубое небо без единого облачка. Солнце в зените. Не мир, а белое полотно.
Лишь вдалеке виднелись большие изваяния. Ива видела их, когда странствовала по вселенной с путевыми. Неподалёку от корабля в земле зияла крупная нора. Походило на вход в пещеру, но капитан Экс запретил приближаться. И Ива не стала. Других забот полно.
Команда стояла неподалёку. Большинство молчали, обмениваясь угрюмыми взглядами. Многие сдерживали ту бурю, что разразилась внутри. Лишь Юн Ги дала ей выход, рыдая большими слезами и хныча, как ребёнок.
Тело Сэчико уложили на ровной земле, без всего. Если не приглядываться, можно было подумать, что она просто наслаждается теплом.
– Д-Джант-кун… – тихо произнесла Юн Ги, подползая к ним. – Прости…
