Что было, сил я сжимаю, ягодицы и он выскальзывает из меня. От всего, что она со мной сделала, я просто улетаю, пытаюсь кончить, но у меня все никак не получается. И лишь с прикосновениями ее безжалостными язычка к моим губкам я, наконец, разряжаюсь и улетаю без скорого возвращения на землю в реальный мир.
Глава 28. Пробуждение
Пробуждение наступает внезапно.
Медленно возвращается сознание.
Голова раскалывается, а все тело просто разламывается от боли.
Я пытаюсь открыть глаза и сразу же их прикрываю рукой. Резкий свет больно слепит мне глаза.
Наконец я их открываю и вижу, что лежу на диване, в какой-то незнакомой мне комнате с высокими потолками. Мебель старинная, но в хорошем состоянии, чисто и убраны все вещи. За окном шумит улица, слышен шум машин и голосов. Минуту я прихожу в себя.
Я лежу на чужом диване, в своей одежде и меня укрывает плед.
Наконец я пытаюсь встать. Первые движения больно отдаются во всем теле. Медленно всплывают события моего похищения и картины жуткой психологической пытки. Наконец я встаю и от сильной боли внизу чуть ли не падаю. Болит все и сразу всюду. Я пытаюсь понять от чего эта боль, но ничего не могу вспомнить. Подхожу к окну и вижу знакомую картину нашего города, где то в районе вокзалов.
Комната находится на втором этаже и рядом чуть слышен звук соседского телевизора, музыки сверху.
Мне нестерпимо хочется в туалет, и я подхожу к двери. Дергаю ручку, она закрыта. Дверь прочная и массивная. Я сначала стучу, а потом колочу в нее ногой. Слышу щелчок ручки, и в двери появляется ОН! Передо мной ЕГО лицо и встревоженные глаза за очками. От неожиданности я делаю шаг назад и спотыкаюсь, ноги меня не слушаются, и я валюсь на пол.
— Ты!!! Срывающимся голосом чуть ли не ору я. — Игорь!
И от неожиданности, чувства внезапной слабости, надежной защиты и радости я взрываюсь слезами. Я ничего не вижу.
Чувствую, что он сел со мной рядом и обнимает меня. А я все пытаюсь что-то сказать и просто рыдаю навзрыд. Наконец он встает сам и поднимает меня.
Я не даю сделать ему ни шага, обнимаю его и крепко прижимаюсь всем телом. Лицом тычусь в него. Я продолжаю нервно реветь, и он терпеливо ждет, пока я успокоюсь и смогу что-то соображать.
Потом я окунаюсь в него вся, без остатка.
Мы уже второй час сидим на диване, и он мне все рассказывает, как искал меня, как, наконец, понял, куда я попала, как связался с ними и вел переговоры. Потом он рассказывал мне, что они с ним не церемонились и только после того, как он стал говорить о том, что отец его в курсе его поездки и поисков они сразу пошли на уступки. Он рассказал, как они не хотели меня отдавать и все торговались, а затем, сразу вытащили меня из машины и отдали ему, как услышали его цену. Я молчала и, затаив дыхание, ловила малейшие подробности и нотки тембра его голоса.
Хоть я валилась от усталости, и уже не могла следить за его рассказом я все время им любовалась и таяла, от того что сидела с ним рядом, в его квартире и это он спас меня.
Трудно было в это поверить сразу, что он, такой умный, ученый и видный мужчина возится со мной, несносной девчонкой. Спасает, рискуя собой и своим положением ради меня.
Не смотря на все, что со мной произошло, я была на седьмом небе от его внимания и заботы обо мне. Я даже не понимала уже всего ужаса своего прежнего положения и последствий. Рядом с ним я чувствовала себя в полной безопасности.
Наконец я, уже не в силах противостоять слабости и усталости, стала клевать носом. Он замолчал и тут же уложил меня, заботливо прикрыв пледом.
Я моментально провалилась в глубоком и безмятежном сне. Молодость делала свое дело. Я спала крепко и не слышала ничего, только думала о НЕМ.
Мой сексуальный сон с Белкой оказался с последствиями.
После нескольких часов сна я оказалась полностью в Его власти. Игорь сразу почувствовал, что со мной не все благополучно и не давая мне опомниться, попросил раздеться и осмотрел меня всюду и везде.
По тому, как менялось его настроение, я поняла, что дела у меня не очень. Осмотр закончился тем, что он сразу же сделал мне укол, а затем занялся обработкой меня с обеих сторон. Я пыталась его расспросить, но он как-то не успокаивал меня, хотя старался казаться спокойным. Все просил ответить больно ли мне так или вот так. Я уже чувствовала его необыкновенно легкие прикосновения и не могла объективно отвечать. Я видела, что это ему не нравилось. Но я ничего не могла поделать с собой.
Я безумно радовалась его прикосновениям и готова была терпеть все что угодно, любую боль и принять любые страдания. А они были на лицо. Поэтому он как то тревожно суетился, а затем сказал, что мы уезжаем на дачу, где он продолжит лечение. Мне нужен стационар, препараты и еще что-то медицинское.
Я лежала и во все глаза следила за его движениями, упивалась его словами, и они мне безумно нравились.
А затем мы вернулись и меня положили в клинику.
Примерно неделю я каждый день общалась с ним при тех же раздвинутых ногах и наконец, стала улавливать знакомые нотки с подколками и шутками. Значит, дела пошли на поправку, поняла я. А жаль. Мне так хотелось продолжать эти общения и контакты.
За неделю меня изрядно напичкали лекарствами, попотчевали процедурами и я, в конце концов, стала чувствовать себя намного лучше.
Потом он сказал, что я обязательно должна пройти через какой-то необычно дорогой комплекс. Он стал рассказывать о нем, но я мало что понимала тогда в частотно резонансной терапии и ядерных исследованиях. Я все цело думала только о нем. Поэтому, когда мы приехали в НИИ, где мне предстояло пройти через комплекс, я с радостью поняла, что мне предстоит здесь работать с ним.
Действительно, я быстро пошла на поправку, как только мне сделали несколько сеансов на комплексе.
Тогда я еще не знала, как этот комплекс свяжет меня с ним.
Для окончательного восстановления здоровья я получила от своего нового шефа двух недельный отпуск. Поэтому мы могли по нескольку часов в день видеться, хотя я и видела, с каким трудом он отрывал эти часы от своего дела и тратил их на меня.
Однажды он притащил меня к своему другу, который как то уж больно настойчиво стал расспрашивать меня обо всем, что приключилась со мной. Мне были не приятны эти воспоминания, но я решила вернуться к ним, так как об этом просил Он.
Потом выяснились детали, о которых я даже не подозревала. Детали сложились в картину, и выходило так, что мне опять требовалась защищенность. Угрозы, обещанные, мне Решительным могли, стать реальностью. Обсудив все, что я говорила Игорь что- то задумал. И это касалось не только меня, а нас двоих.
