- Вот как? - протянул Вандергельт, поглаживая бородку. - Не слишком обнадеживает, а, профессор?
- Я давно говорил, что мы в гробнице не первые, - гаркнул Эмерсон. Это не значит, что...
- Понял вас, понял. Можно хоть одним глазком взглянуть - и тогда уж сразу за работу? Готов даже корзины таскать!
- Ладно, - буркнул профессор. - Одна нога там, другая здесь.
По доброй воле в эту преисподнюю полез был только фанатично преданный археологии человек. Расчищенный ярдов на пятнадцать коридор круто уходил вниз, в непроглядно черный зев пещеры. Духота тысячелетий щипала глаза и забивала легкие; поистине дьявольская жара заставляла рабочих стягивать с себя одежду, оставляя тот минимум, который диктуют приличия. Любой жест или вздох поднимал столбы мельчайшей известняковой пыли; белесый порошок садился на мокрые от пота тела египтян... Жуткое зрелище, доложу вам! В клубах пыли, словно в тумане, плавали размытые пятна фонарей и грязно-белые фигуры, как две капли воды похожие на вырванные из векового сна мумии.
Мумии мне не страшны, а про жару и духоту я забыла, увидев груду обломков и мусора, которая до сих пор полностью перекрывала коридор. За ночь она как будто усохла, и теперь под потолком зияла приличная щель.
Вандергельт, бросив быстрый взгляд на торжественную процессию, украшавшую стены, поднес фонарь к тому, что осталось от кучи мусора. Я приподнялась на цыпочки... В просвете под потолком, прямо за грудой обломков, высился каменный завал - точно такой же, как перед главным входом в гробницу.
Вход в усыпальницу?!
Повинуясь приказу Эмерсона, мы поднялись к площадке перед лестницей, и тут уж я выложила этому предателю все, что думала!
- Вот, значит, где собака зарыта! Морочил мне голову сказками про грабителей, а сам надумал добраться до усыпальницы? Без меня?! И не стыдно тебе?
Эмерсон схватился за подбородок.
- Виноват, Пибоди... Вообще-то я не собирался... Слишком опасно...
- Когда это я, скажи на милость, увиливала от опасностей?! И когда это ты взял за моду носиться со мной как с писаной торбой?!
- Давным-давно. Спроси лучше, часто ли мне это удавалось. Послушай, Пибоди, ты же вечно суешься в самое пекло, вот я и решил...
- Угомонитесь, - неожиданно встрял Вандергельт. Сунув кепи под мышку, американец стирал с лица белую жижу, а та расплывалась по лбу и щекам, склеивала бородку, капала на куртку. - Выслушивать ваши споры ни у кого терпения не хватит. Что там за чертовщина, профессор?
- Конец коридора, - охотно отозвался Эмерсон. Еще бы не радоваться неожиданному спасению - мне-то он от стыда в глаза посмотреть боялся! Колодец или шахта. Я пытался перебраться на ту сторону, но не удалось. Нашел, правда, полусгнившие щепки - все, что осталось от мостика.
- Следы грабителей? - У Вандергельта загорелись глаза.
- Очень может быть. В гробницах этого периода бездонные колодцы не редкость, так что воры должны были подготовиться заранее. Не знаю, удалось ли им добраться до усыпальницы. Пока этому нет никаких доказательств. Я обнаружил лишь глухую стену с портретом Анубиса.
- М-да... - Вандергельт по привычке пригладил бородку, и на куртку, давно утратившую щегольской вид, потекла очередная сероватая струйка. - Что ж это выходит? Либо дверь замаскировали под стену с рисунком, либо усыпальница где-то в другом месте - например, на самом дне шахты.
- Именно. Нужно прощупать каждый фут потолка и пола. Чем ближе усыпальница, тем больше шансов нарваться на западню. Работы по горло, а значит...
- ...принимаемся за дело! - выпалила я.
- Угадала, Амелия.
Не только угадала, но и уловила сарказм в профессорском тоне. На этот раз издевка сошла ему с рук - передо мной мерцали звезды научных открытий! Запал археолога затуманил мозги сыщику, и только очутившись у своей мусорной кучи на площадке перед гробницей, я сообразила, что о невероятном признании Артура Баскервиля мои муж так ничего и не знает.
Не страшно, решила я. Время терпит. В конце концов, Артур обещал дождаться встречи с Эмерсоном, а до тех пор не предпринимать никаких опрометчивых шагов...
Перелистав несколько страниц, недоброжелательные личности вполне могут обвинить автора в преступном легкомыслии. Но позвольте - где же здесь моя вина? Способностями меня бог не обидел, грех жаловаться, однако пророческим даром не наделил. Откуда же мне было знать, что произойдет за этот длинный рабочий день? Впрочем, явись к Эмерсону сама Кассандра со зловещими предсказаниями, мой муж попросил бы ее подождать до вечера. Я не преувеличиваю, поверьте! Вы в этом убедитесь, услышав, как он отнесся к сногсшибательной новости о юном лорде Баскервиле.
Поговорить с Эмерсоном удалось только во время обеденного перерыва. Мы устроились на покрывале под тентом, который спасал меня от солнечного удара. Мэри спустилась в гробницу, чтобы, воспользовавшись отсутствием рабочих - а следовательно, и клубов пыли в воздухе, - зарисовать последний из портретов на стене коридора. Карл, ясное дело, не отходил от нее ни на шаг. Вандергельт, мигом расправившись с обедом, снова нырнул в пещеру, да и Эмерсон не задержался бы...
- Погоди! - Я вцепилась ему в рукав. - Не хочешь узнать, что рассказал мне Артур?
- Проклятье! Я же запретил тебе выходить из дома! И Абдулла хорош! Вот погоди, доберусь я до него!
- Он тут ни при чем.
- Ну еще бы! С тобой сам дьявол не справится!
- Тем более. Хватит шуметь, лучше послушай, не пожалеешь. Артур признался...
- Артур?! Да ты, как я погляжу, с убийцей на дружеской ноге! Минуточку... Какой Артур? Разве он не Чарльз?
- Я сказала - Артур, потому что если бы ты услышал титул, то вообще бы ничего не понял. Чарльз Милвертон - вовсе не Чарльз Милвертон.
Эмерсон с нетерпеливым вздохом вытянулся рядом и закатил глаза, но стоило мне добраться до сути, его деланно скучающая мина слетела в два счета.
- Боже правый! Если он не врет...
- Думаю, нет. Какой смысл?
- Никакого... Все легко проверить. Ну и дела. Незавидное положение у парня - это-то хоть он понимает?
- Разумеется. Готов даже пойти к властям. Кому открыться - вот вопрос.
- Гм... - Эмерсон ткнул пальцем в подбородок. - Пожалуй, лучше сразу обращаться в Каир. Представляю, какой это будет сюрприз!
- Сюрприз в том, что наследник лорда Баскервиля инкогнито жил в Баскервиль-холле. А о существовании племянника наверняка уже известно. Как это я сама не догадалась... Кому выгодна смерть лорда Баскервиля? Прежде всего наследнику. Вывод? Артур - главный подозреваемый.
- При том условии, что лорд Баскервиль действительно убит. А кто мне доказывал, что преступник - Армадейл?
- Вспомнил! - возмутилась я. - Когда это было! Мы ведь ничего не знали о Милвертоне... то есть об Артуре Баскервиле! Он, конечно, утверждает, что не убивал...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
