согрело подбородок. Я заерзала на стуле: слишком близко! – Я потребовал для себя кое-что другое… Не мог не потребовать. Не справился с соблазном. Так уж вышло, Эйвелин. А теперь назад пути нет. Ни для вас, ни для меня.
– Вы меня немного пугаете, – призналась на выдохе.
– Бояться меня – вполне разумно с вашей стороны, – согласился Рэдхэйвен. – Ведь я планирую взять то, что попросил.
Он посмотрел так остро, словно каждым глазом насквозь проткнул. Тело, превратившееся в решето, завибрировало, отбивая стулом глухую дробь.
Что могло приглянуться самовлюбленному, избалованному столицей, отчаянно скучающему мужчине, оказавшемуся в Вархом забытом Аквелуке?
– Что п-попросили? – сглотнула обреченно.
– Вы все уже поняли. Вы же умная девочка. Лучший теоретик магии на курсе, – он позволил себе покровительственную улыбку.
Мой крепкий стабильный мир рушился под ногами. Разбивался на миллион осколков, оставаясь обманчиво надежным и цельным лишь с виду.
– Меня?
– Вас.
– Но зачем? – вырвалось из приоткрытого рта, привлекавшего сейчас все внимание Рэдхэйвена.
– Что «зачем»?
– Зачем вы попросили меня?
В голове не укладывалось! Разве способен один разумный, прогрессивно мыслящий человек попросить в качестве оплаты другого? Ослышалась я, может?
– Весьма неожиданный вопрос… Не представляю, что вам на него ответить, – мерзавец невозмутимо пожал плечом.
– Отец не имел права без моего согласия отдавать меня кому вздумается, – заверила проклятого мужика, Варх знает что о себе возомнившего.
Рабство в Эррене так-то отменили тысячу лет назад!
– Полагаете?
– Полагаю, – нахмурилась сердито.
– А магический контракт, который мы с ним скрепили, посчитал иначе, – и снова раздражающе ленивое движение варховых плеч. – И совершенно спокойно позволил заключить эту… кхм… щекотливую сделку.
«Щекотливую»? Боги Эррена, да что он туда вообще вписал?!
– Он не мог. Папа не мог! За что он так со мной?
Мастер проклятий дернулся, но тут же стер невнятную эмоцию с лица. Посмотрел на меня странно.
– Мистер Ламберт любезно предложил дать мне все, что угодно, за вашу спасенную жизнь, – обманчиво холодно выдал Рэдхэйвен. – Так вот… Мне угодно вас.
– Погодите! – воздух стал колючим и плотным и начал застревать в горле. – А в каком… ради святого гхарра… смысле вам меня угодно?
– В самых разнообразных, – он больше не улыбался. Ни губами, ни глазами. Не давая мне даже крошечного повода решить, что это все глупая шутка заскучавшего хитанца. – И в том, о котором вы подумали, тоже.
Не то чтобы я думала до этой минуты о каком-то конкретном смысле. Но вот сейчас подумала, да. Ошеломленно поморгала, разглядывая профиль совершенно чужого, незнакомого мужчины.
– Ваши уши так забавно краснеют, – выдохнул Рэдхэйвен мне в лицо. – Как раскаленное железо. Похоже на островитянок с Маути. А щеки обычно совсем слегка розовеют… как цветочные лепестки. Но вот сейчас тоже абсолютно красные.
– Вы серьезно это все? Про разнообразные смыслы? – уточнила, пытаясь сфокусироваться на его губах.
Представила, как они скажут, что Рэдхэйвен меня разыграл. Смутить захотел, на уши красные полюбоваться. Мало ли какие у них при дворе любимые развлечения?
– Серьезно, Эйвелин. Настолько серьезно, что… – его пальцы сжались на спинке моего стула, и та жалобно скрипнула, требуя пощады.
Я задохнулась от возмущения. Прямо почувствовала, как побелела от ужаса. Затем побагровела от ярости. И наконец стала совсем черной от жажды немедленно осуществить удушение одного не в меру одаренного фантазией проклинателя!
– Я, конечно, благодарна вам за спасение, но если вы рассчитываете, что… – я снова продолжила радужные метаморфозы и покраснела до глубины души, пытаясь прилично сформулировать нечто абсолютно неприличное. – Что я пойду с вами в постель, чтобы эту самую благодарность выразить…
– Я вас не тороплю. Как уже сказал, я достаточно терпелив. Я дам вам время, много времени, мисс Ламберт, – сдержанно заверил столичный гад. – На данном этапе нашего общения мне достаточно того, что мы оба знаем расклад: вы – моя. И ничья больше. В этом плане я жутко эгоистичный, властолюбивый и…
– И недощипанный, – договорила очевидное. – Знаете, а я чуть было не решила, что вы нормальный. Что непохожи на других хитанцев и умеете хоть иногда думать о ком-то, кроме себя.
Грудь распирало сожалением: как жестоко я в нем обманулась. Знала ведь, что нет исключений из правил. И все равно на секунду поверила. Захотела поверить. А еще лучший теоретик на курсе!
– При первом знакомстве вам удалось вполне сносно меня прочитать, – он оттолкнулся от стула, сделал пару шагов назад и уперся спиной в высокий шкаф. – Попали в точку, как маг-сапер в отделе обезвреживания старинных артефактов. Я не слишком ценю жизнь – ни свою, ни чужую – и весьма эгоистичен. Я не герой и берусь лишь за ту работу, что мне интересна или для чего-то нужна. Чтобы не скучать, например. Впрочем, как выяснилось, никто не застрахован от глупостей.
– Вот смотрю на вас и уже ненавижу, хотя совсем не знаю, – пробормотала угрюмо, все еще слабо веря в реальность происходящего.
– Можете пока ненавидеть. Главное, не забывайте, что связаны контрактом и принадлежите мне согласно договору. Не создавайте проблемы своему отцу.
Он словно намеренно меня раздражал, взывая к демонам гнева, что живут на самой изнанке души!
– Это не так. И никогда не будет, – вскочила со стула и помахала указательным пальцем перед его самодовольным загорелым носом. – И если вы вдруг решили таким нелепым образом наказать меня за слова, по глупости сказанные в парке…
– Ох, мисс Ламберт. Чем больше я вас узнаю, тем сильнее уверяюсь, что наказать я решил себя.
Он кивнул на дверь, намекая, что аудиенция у его сиятельной персоны окончена. И я могу с миром топать по своим делам – переваривать «расклад».
Шумно выдохнув и передернув плечами, я направилась к выходу. Завтра же утром сообщу Керроу, что его приглашенный «мастер на все руки и не только» абсолютно спятил. И предлагает по ночам студенткам всякие непристойности.
Пускай ректор напишет Ее Величеству. И в Королевский образовательный совет заодно. Расскажет, что ее карманный страж отбился от рук и заимел виды на чужие юбки.
Совсем огхаррел!
В разнообразных смыслах ему меня, видите ли, угодно!
– Плохая затея, – прилетело в мою нервно дергающуюся спину. – Контракт заключен в соответствии с законами магии Эррена. Вам
