class="p">– Доставайте оружие, – он называет код цифрового замка. – Все что есть, занимайте оброну.
– Но мы не…
– Что бы это ни было, оно сейчас будет здесь! Хочешь встретить его голой задницей!
Они едва успевают разобрать стволы. Дверь слетает с петель, за ней летят гранаты, дым, вспышки выстрелы. Они не задумываясь опустошают свои магазины. Ответные выстрелы, очереди и одиночные. Полковник, ничего не видит и не слышит. У него две пули в животе, но он все еще пытается говорить в микрофон.
– Полковник! Связь пропадает! Вы меня…
– Полковник мертв. Вы его начальник?
– Я генерал…
– Да хоть маршал галактических войск. Присылайте сюда еще кого-нибудь. А то мне уже скучно!
Генерал-лейтенант ФСБ пытается судорожно соображать. Получается у него плохо. В Москве хаос, по всей стране, по всему миру. Мобильная сеть – обрушилась. Рации работают, но кого ему, сюда вызывать? Все кто есть брошены на восстановление, хоть какого-то подобия порядка.
Люди так привыкли к своим мобильникам, что их потеря вызывает почти такой же страх, как трупы вокруг. Интернет работает, но толку от этого пока мало.
А на стадионе, шлаяется не пойми что, которое уже отправило на тот свет два взвода альфы, и перебило весь командный центр Лужников. Со стадиона снова слышаться выстрелы и взрывы. Свет над Лужниками тухнет, любая связь, которая могла бы пролить свет, но то, что происходит внутри – прерывается.
– Товарищ генерал. Вам нужно уйти с открытого пространства. У альфовцев были две снайперские винтовки.
Генерал решает, что достанет этого ублюдка, чего бы им это не стоило.
***
Если точно знать, что делать достаточно лишь нескольких самодельных взрыв пакетов, и парочки выверенных ударов топором, чтобы вернуть Лужники в 18 век.
Зверю не нужен свет, чтобы видеть. Теперь у них есть два автомата, 14 магазинов к ним. Снайперская винтовка, нож, и столько гранат, жаль не боевых, сколько они способны унести. Теперь весь стадион и его окрестности – их собственные охотничьи угодья.
По дороге Он решает забрать ключи от тачек, авось пригодиться. Зверя почти невозможно контролировать, он упился кровью, и хочет убивать дальше.
Уже не важно, долго жить они и не собираются.
***
Андрей Сергеевич опять опоздал. Он видит труп полковника, слышит еще один взрыв. Все экраны тухнут, затем выключается свет.
– Где-то здесь должен быть фонарик.
Высвечивая фонариком внутренности стадиона, он продвигается…, пока просто подальше от бойни, но все равно натыкается на труп спецназовца. Его обчистили. Краем глаза замечает движение, успевает скрыться за колонной. Кто-то с безумным смехом гасит в него из пистолета, магазин опорожняется. Андрей Сергеевич делает два выстрела в ответ. Оба достигают цели.
Стадион Лужники превращается в настоящий «Эксперимент Офис».
***
Пока внутри не происходит ничего интересного, 50-60 тысяч умирающих людей, и редкие выстрелы не в счет, Он решает сосредоточиться на том, что снаружи. Благо снайперская винтовка, любезно предоставленная одним из альфовцев, значительно расширяет границы их возможностей.
Он выискивает цели поинтереснее: скорая, выстрел и из под капота начинает валить пар, далеко она не уедет, у кого-то сегодня точно неудачный день, коп, Зверь попадает ему в плечо. Далековато, целился он в сердце. Репортер – в этот раз более удачно, пуля пробивает правое легкое.
После каждого выстрела, Он заставляет Зверя менять позицию. Вокруг стадиона полно снайперов. У них есть тепловизоры. Незачем зря рисковать. В место где они стояли секунду назад, врезается пуля. Жаль, у того снайперка дальнобойнее будет, Зверь его не достанет при всем желании.
Он слышит звуки вертолетных лопастей. Прикидывает стоит ли соваться на крышу. Решает, что пока нет. Поэтому спускается на первый ярус. Если этот вертолет додумается пролететь над чашей, они его достанут.
По дороге им встречается женщина, она пытается кого-то тащить.
– Слава Богу, пожалуйста помогите мне, – она путает его со спезназовцем, неудивительно, учитывая их экипировку.
– Конечно же мы вам поможем, – Зверь достает армейский нож, втыкивет ей в плече, по рукоять и проворачивает, по часовой стрелке, на 90 градусов.
Рука обвисает плетью. Ее поклажа ляпается на пол, оно еще может стонать. Прежде чем она понимает что произошло, они уже скрываются за поворотом. Вертолет подлетает.
***
– Хуёвая была идея, мир катиться к чертям а мы…
– Закрой пасть и готовь камеру!
– На секунду зависнешь над стадионом, – обращаясь уже к пилоту. – И сразу улетай.
– А они точно не станут в нас стрелять. Я слышал там куча снайперов.
– У нас лицензия.
– Но это все равно запретная зона.
– Успокойся! И делай что я сказал!
Прожектор вертолета высвечивает, что происходит внутри. По рации идут беспрерывные приказы убираться оттуда подальше. Лязг металла, откуда то сзади выводит их из ступора.
– По нам стреляют!
Задний винт больше не слушается указаний пилота, вертолет начинает крутиться волчком, пока хвостом, а затем и лопастями, не задевает край крыши, и валиться вниз, прямо на трибуны, кроша живых и мертвых, пока не замирает прямо у сцены.
***
– Отличный выстрел.
Не убивай его. Это один из наших. Зверь нехотя повинуется.
Он достает из кармана три комплекта ключей, протягивает ему.
– И что мне с ними делать?
Он жмет плечами и уходит. У них снова гости. Их надо красиво встретить. По дороге подбирают спрятанные взрыв пакеты, и устремляются на верхние этажи.
Теперь тут не только альфовцы, а все кого только удалось собрать. Он распознает нашивки Вымпела и других. Они действуют быстро и слажено, идя на штурм Лужников, но не для Зверя. Он швыряет в них взрыв пакеты, взрывая их на лету выстрелами из автоматов. В ответ получают соответствующий шквал огня. Но Зверь на месте не стоит.
Спецназ заполняет внутренности стадиона, теперь их больше сотни. Чашу стадиона заполняет рев двигателей. Кто-то додумался устроить на арене Кармагеддон. Три бехи нарезают круги перед сценой, сталкиваясь друг с другом, давя колесами трупы, попадаются еще живые. Надежные тачки. В свете их фар, чаша стадиона превращается в настоящий шедевр сюрреализма. Они бы покатались еще, если бы один из взводных не отдал приказ, открыть по ним огонь.
Бехи делают последние судорожные движения и замирают. Но фары продолжают освещать стадион. Зверю это не понравилось, Он пытается заставить его действовать осмотрительнее, но тот не слушается.
Это конец.
Зверь начинает убивать всех без разбора. Камеры, установленные на шлемах спецназовцев, улавливают лишь размытые движения, да и сами они замечают не больше, прежде чем умереть. Зверь использует все, что попадается под руку, или только руки. Лезет в самую гущу, не обращая внимания на сопутствующий ущерб.
