что Кристина совсем не его дама-мадама. Да и с чемоданом что-то я зря взбеленилась.
Я припомнила, что Яр сам выбирал эти вещи, так он сказал. Сам подобрал мне букет. Он не пытался сделать так, чтобы я по его желанию превратилась в куклу, как хотел, например, Игорь.
Нет, Яр хотел чего-то другого. Но чего? Я понимала, что как только найду ответ, во мне что-то успокоится, уляжется тревожность и, может быть…
— Знаешь, что я все-таки решила, — прервала мои размышления Люба. — Все-таки я дура, — сказала она и рассмеялась в голос.
— Опять двадцать пять, да почему блин? — фыркнула я.
— Потому что самое простое объяснение самое верное, то же кто-то из умников сказал.
Меня будто током шибануло. Точно! Самое простое объяснение — самое верное. И объяснение чемодана настолько простое, что и сама расхохоталась. Яр и вправду просто хотел, чтобы мне было комфортно на этом теплоходе. Как он и сказал в самом начале.
Люба, услышав, как я смеюсь, решила, что это я по поводу ее шутки. Она порывисто обняла меня. Я обняла ее в ответ.
Я была рада, что Люба хоть немного разобралась в себе. Все-таки удивительно, как пережитое потрясение может поставить мозги на место. Если они есть, конечно. Оказалось, что у Любы они есть, только она ими предпочитала не пользоваться до этого момента.
Была такой, чтобы казаться не тем человеком, которым являлась на самом деле. А нет ничего глупее, чем казаться, а не быть.
Но еще больше я была рада за себя. Спало напряжение последних дней. Я будто очнулась от какого-то наваждения, от чего-то, что стискивало мое сердце и душу.
И сейчас сердце задышало в унисон с душой. Я подумала о Яре. Как там этот зверюга? Еще рвет и мечет или уже успокоился? Может, нужно пойти успокоить его?
Я вспомнила его руки на своём теле, его жаркие поцелуи. По телу разлилась истома.
Я встала, чтобы отправиться в свою каюту, но Люба остановила меня:
— Марго, а можешь мне дать свои шмотки, выручишь?
— Ты про чемодан? Бери, конечно.
— Нет, я вот про то, в чем ты на теплоход поднялась.
Я подумала немного и согласилась. Я уже не злилась за Яра за чемодан и поэтому не была против того, чтобы носить то, что он для меня приготовил. Просто приняла его слова на веру, обнаружив для себя удивительное — иногда, то, что тебе говорят это правда.
Уже уходя, в дверях я столкнулась с одним из тех членов экипажа теплохода, что прибежал сюда, когда случилось происшествие с Любой. Это был симпатичный парень лет двадцати пяти. Черноволосый, со светлыми глазами и приятным голосом.
— Простите, — сказал он мне, вы не знаете где девушка из соседней каюты? Я провожу ее в медпункт.
— Не надо мне в медпункт, — раздался голос Любы.
Парень прошел в каюту, и я оставила их с Любой разбираться кому там нужен или не нужен медпункт уже без меня.
Глава 30. Самый лучший день
День выдался жарким. Развеялся ночной морок с первыми лучами солнца. Савельева с теплохода утром ссадили на берег. Он орал про шлюх, которых понабрал Яр, он орал про чокнутого Яра, он даже орал, что Полина была такой же стервой, но Яр на удивление не злился. Он не находил в себе ярости.
Вся его ярость закончилась той ночью, когда его остановила Марго. Только о ней он теперь и думал. Это не было случайностью. Её появление было похоже на то, что кто-то зажег свечу в непроглядной тьме. Её руки, её ласковый голос, как она звала: «Яр, милый». И тьма утихла. Просто так.
Быть может, и ему положено еще немного счастья. Немного Марго в его жизни. Самую малость.
И сегодня решил подарить себе подарок в надежде, что получится так же хорошо, как тогда на экскурсии: только он, Марго и Марат.
Но ко всему этому, Яр решил и эстетически себя порадовать. Он распорядился узнать у Марго умеет ли та плавать и, когда ему доложили, что умеет, через ассистента Наталью уведомил Марго, что той сегодня нужно поучить плавать Марата.
«Если не дала мне себя радеть, разденешься сама», — подумал Яр, когда Наталья сообщила, что Марго с Маратом скоро поднимутся на солнечную палубу, где сверкал на солнце бассейн.
Яр распорядился никого на солнечную палубу не пускать, надел купальные шорты, солнцезащитные очки и развалился в шезлонге под солнцем.
Когда пришла Марго с Маратом за руку, он расположился так, чтобы удобнее было за ними наблюдать.
Это была их первая встреча с того вечера. И совершенно идиотски билось сердце, хотя выглядел он скорее как пресыщенный равнодушный мужлан.
А потом появилась Марго. Волосы переливались на солнце, вся она была воздушной, хрупкой. На тонком теле прозрачное парео, повязанное на манер платья. Яр жадно всматривался в силуэт, который угадывался под ним.
Как она притягательна! Яру хотелось схватить её в объятия.
Марго смотрела настороженно, но не отрываясь. Словно ждала чего-то от него. Она кивнула Яру, поздоровавшись, Яр кивнул в ответ, но был настороже.
Он чувствовал, что стены, им воздвигнутые, вся его оборона держится на воле. А воле противостоит что-то настолько мощное, что вот-вот и прорвет стены. Это был чудесный день.
В нем не бурлила тьма, в нем не кричала вина. Светило солнце, светилась Марго, сын доверчиво держался за её руку, что было совсем уже удивительным, он никого не брал за руку, маленький звереныш.
Марго даже улыбнулась ему и вообще казалась приветливой.
Обстановку разрядил Марат. Он побежал к отцу и потянул его за руку:
— Пап, пойдем с нами купаться!
Яр даже немного растерялся, но вмешалась Марго:
— Пойдем, я сначала тебя немного поучу плавать, а папа, если захочет, к нам присоединится.
Она глянула на Яра, и ему показалось, что в ее глазах сверкнул лукавый огонек.
Она не зажималась, не смотрела недоуменно. Словно что-то в ней переключилось. Она была вся нараспашку, и это кружило голову.
Она улыбалась ему, прикусив нижнюю губу, и, черт возьми, он же не железный.
Марат радостно побежал к бассейну. Марго скинула парео и положила на соседний от Яра шезлонг.
То, что открылось Яру, превосходило все его ожидания. Марго в бикини была прекрасна. Он смотрел на ее изгибы, на ее пышную грудь, округлую попку и почувствовал напряжение в паху.
Она бросила на него взгляд, и Яр порадовался, что надел солнцезащитные очки. За ними было не видно,
