Читаем без скачивания Кто в теремочке умрет? - Татьяна Луганцева

— Она поклонница японской кухни, — пояснила Агнесса.

— Передайте ей еще, что посуда должна содержаться в идеальной чистоте, и чтобы не было запаха гари! А я вас, девочки, оставлю. Сразу предупреждаю, что везде расставлены видеокамеры наблюдения, а денег и драгоценностей в доме нет. У меня все надежно спрятано в банковском сейфе.

— Что вы! Мы не воровки! — уверила ее Агнесса, почти не покривив душой; чем дальше, тем больше ей не нравилась эта женщина с ее высокомерием и способностью унижать других людей.

— Еще один момент, — поднялась с кресла Анхелика, — я не разрешаю своим слугам есть в моем доме и принимать душ.

— Я все поняла.

Анхелика пригласила Яну на кухню, сияющую чистотой и порядком, хотя, как уже сыщицы поняли, заслуги самой хозяйки в этом не было. Кухня была большая: огромная рабочая поверхность стола, плита с вытяжкой, массивный холодильник, подвесные шкафчики с матовыми стеклянными дверцами, заставленные какими-то баночками и скляночками. Бесшумно работал кондиционер. Да, эта хозяйка не любила посторонние запахи. Она обвела помещение руками и выразительно посмотрела на Яну.

— Я, я, натюрлих, — ответила Яна, продолжая улыбаться и сама не зная, что обозначает эта фраза, но явно что-то хорошее.

Хозяйка дома недоуменно пожала плечами и покинула кухню, по дороге показывая Агнессе принадлежности для уборки.

Вскоре хозяйка в кремовом брючном костюме и соломенной шляпке покинула свой дом, еще раз запретив претенденткам на замещение должностей горничной и повара трогать вещи и опустошать холодильник. Агнесса хотела спросить, можно ли пить воду из крана, но вовремя сдержалась. Оставшись вдвоем, Яна громко крикнула «йес» и попросила напарницу:

— Переведи мне, что щебетала эта птичка? Роль тупой поварихи-иностранки мне не понравилась.

Агнесса перевела речь, вернее, назидательные наставления Анхелики. Яна присвистнула.

— Ну и штучка! Почему Карла все время тянет к таким дамам, которых я, как повар, назвала бы «холодное заливное под горчичным соусом»?

— Начинаешь вспоминать рецепты? — усмехнулась Агнесса, на кухне головой задевая люстру в виде перевернутых кофейных чашек.

— Какой у тебя рост?

— Метр восемьдесят семь, — ответила Агнесса, — но я по этому поводу не комплексную. Я, между прочим, хорошо играю в баскетбол.

— Ты вообще молодец, — вздохнула Яна.

— Она что-то говорила о системе наблюдения.

— А нам все равно. Пусть смотрит, как мы все перероем у нее в доме с голода, — махнула рукой Яна.

— А вдруг она покажет видеозапись в полиции? — напряглась Агнесса.

— Пусть показывает, мы же ничего не украдем, что они нам инкриминируют? Тем более, если у нас будут улики против нее самой. — Яна отличалась природным оптимизмом.

Она взяла со стола яблоко и весело захрустела им, подмигивая камере слежения.

— Витамины для шеф-повара.

Девушки принялись осматривать гостиную, выдвигая ящик за ящиком.

— А что мы ищем? — спросила Яна.

— Ну, не знаю… что-нибудь.

— Такой уголок, где было бы написано кровью: «Я убью тебя, Карл Штольберг», — предположила Яна, — и там везде развешены его фотографии, проколотые булавками, и вырезки из газет о князьях Штольбергах.

— Ага, или стоял бы костюм Голема и рядом бы лежал пистолет, из которого застрелили Дмитрия, с отпечатками пальцев Анхелики, Ангелики, Афигелики, — пропела Агнесса.

Яна поняла, что сработается с этой долговязой девицей. Так, играючи, они переместились на второй этаж, где обнаружили открытую бутылку текилы. Яна хлебнула для храбрости полстакана и сразу же опьянела.

— Нам не говорили, что мы не можем выпить, — пояснила она Агнессе.

Та последовала ее примеру.

— Эх, зря мы все это затеяли, — вздохнула Яна, — посадят нас в тюрьму, и Карл нас не спасет, сам сидит…

— Не переживай, мы представились липовыми именами, нас не найдут, — уверила ее напарница.

С новыми силами они начали проверять все личные вещи Анхелики, пока не наткнулись на фотографию Карла Штольберга, лежащую среди нижнего белья хозяйки.

— Вот! Вот! — возбужденно закричала Агнесса. — Она его не забыла!

— Ну и что? Это вовсе не означает, что она хочет его убить.

Яна всмотрелась в фотографию молодого князя. Она была ребристой, словно змеиная кожа. Присмотревшись, она поняла, что первоначально фотография Карла была разорвана на мелкие кусочки, а затем тщательно склеена на листе ватмана.

— Все, Агнесса, этот раунд мы проиграли. Женщина, которая в порыве ярости рвет фотографию любимого в клочья, а затем с любовью и раскаянием склеивает ее заново, не способна убить объект своего обожания, — сделала вывод Яна, — здесь мы ничего не найдем.

— Тогда я хоть приберусь немного, а то как-то неудобно получилось, — ответила ей напарница.

— Ага! А я пойду приготовлю какой-нибудь кулинарный изыск, прости, господи. А то хозяйка придет голодная в надежде вкусно поесть, а ее обманули, — согласилась Яна и спустилась в кухню.

Сказать, что Яна не умела готовить, это значит ничего не сказать. Она не готовила никогда в жизни. В детстве и юности на кухне орудовали ее мама и бабушка, в зрелом возрасте — домоправительница. Ну, а в тяжелый период жизни, когда не было работы, средств к существованию, она питалась исключительно бутербродами и растворимым кофе. Поэтому вид продуктов, точнее, изобилие еды в холодильнике Анхелики ввергло Яну в шоковое состояние.

«Ну, ничего… сейчас что-нибудь сварганим из русской кухни… блины! Да, блины! Щи да каша — пища наша!»

Приготовление ужина она начала со щей: засунула в кастрюлю огромную замороженную кость, которая не влезла полностью в посуду. «Ничего, мы не привыкли отступать, проварится один конец кости, переверну, и проварится другая часть», — решила она.

Поставив кастрюлю на плиту, она села чистить картофель.

«Какой кошмар! Вот до чего довела меня моя безалаберная жизнь! Работаю стряпухой у бывшей любовницы Карла».

Когда она начистила ведро картошки, оказалось, что ее не так и много, зато весь мусорный бак заняла срезанная толстым слоем кожура.

Она положила целые картофелины в воду, естественно, не подумав снять пену, и принялась остервенело кромсать кочан капусты. Затем вся капуста была утрамбована в кастрюле с торчащей костью и картошкой, половина воды вылилась на плиту, чуть не потушив огонь.

«Для лука и моркови уже нет места… — задумалась «шеф-повар», глядя на капусту, которая бахромой висела по краям кастрюли. — Ну, и не надо!»

Насыпав в чудо-щи соли на глазок и опустошив перечницу, Яна занялась приготовлением второго блюда. Блины! Да, она понимала, что это будет не просто, но что настолько не просто, и предположить не могла. Тесто получалось то слишком густое, то очень жидкое. Она, сдувая волосы со лба, неистово продолжала его замешивать, поочередно добавляя то воду, то муку. Когда огромный таз заполнился тестом целиком, Яну наконец-то устроила его консистенция. Таким количеством блинов можно было бы кормить неделю в масленицу полк солдат, но Яну не смущало, что Анхелика живет одна. Дальше было самое интересное. Новоиспеченная повариха в муке и грязи от картофельных очисток начала лить тесто в сковороду. Но оно почему-то нещадно прилипало к днищу сковороды, горело и обугливалось. Яна мужественно сражалась с тестом, отскабливая от сковороды сгоревшие куски в мусорный бак и наливая новую порцию теста. На запах гари, разнесшийся по всему дому, прибежала Агнесса со шваброй в одной руке и тряпкой в другой.

— Что-то горит?! Что это?! — ошеломленно уставилась она на черную лепешку на столе.

— Блины! Точнее, один блин!

— А это?! — перевела Агнесса свой взгляд на капусту, вылезающую из кастрюли и падающую на плиту и пол.

— Щи! Первое блюдо! — гордо проинформировала Яна.

— Не слишком ли они… густые? — осторожно спросила Агнесса.

— Щи должны быть наваристые! Хочешь попробовать? Правда, я немного пересолила.

— Нет, спасибо. Помнишь, нам не разрешили есть в этом доме? — вовремя и с облегчением вспомнила Агнесса.

Вершиной своего кулинарного мастерства Яна назвала крабовый салат, куда свалила полусырые яйца, оставшиеся после замеса теста, нарубленные прямо с панцирем креветки и непроваренный рис.

— Идем отсюда скорее, — потянула Яну за рукав Агнесса, — а то не ровен час, хозяйка вернется.

— А что? Мы все сделали! Убрались, приготовили настоящий бизнес-ланч!

— Все равно, нам лучше не встречаться, — заверила ее Агнесса.

— Ладно, будем думать, что она останется довольной и не сообщит в полицию, — миролюбиво заключила раскрасневшаяся у плиты стряпуха, — правда, кость я забыла перевернуть, и один конец несколько сыроват. Как ты думаешь, это ничего?

— Ничего, ничего, давай поторопимся, — подгоняла ее Агнесса, запихивая пылесос в отведенное для него место, — ты, по-моему, потратила все запасы продуктов хозяйки на долгие месяцы вперед.