– Почему ты делаешь это? – спросила она дрожащим от волнения голосом.
– Я хочу, чтобы ты улыбалась. Скажи, что ты присоединишься ко мне за ужином, Кейт. Пожалуйста, – добавил он, заметив, что она колеблется.
Достаточно было одного этого слова, и Кейт пропала, безнадежно и всецело. Почему это происходит, она не могла сказать. Однако ей ужасно хотелось снова оказаться в его крепких объятиях и чтобы он больше не выпускал ее. Подчиняясь скорее душевному порыву, чем здравому смыслу, она ответила:
– Я присоединюсь к тебе.
Не успела она договорить, как Алек прильнул к ее губам. Руки Кейт взметнулись и обняли его за шею.
При этом она оставила без внимания упавшую простыню, забыв обо всем на свете.
Глава 20
Несколько часов спустя Кейт смотрела на свое отражение в зеркале, размышляя, заметно ли, что она стала настоящей женщиной в полном смысле этого слова.
Простыня валялась бесформенной грудой на полу в изножье кровати. Алек провел оставшееся утро, неторопливо и сладостно занимаясь с ней любовью. Она вздрогнула, вспомнив об этом, и крепко обняла себя, с наслаждением ощущая халат Алека на своей коже.
Она скучала по нему сейчас, когда он ушел, хотя они долго не могли прервать прощальный поцелуй – вернее, несколько прощальных поцелуев, – что едва не привело их снова в постель до самого полудня. В конце концов Aлек неохотно покинул ее. Убедившись, что ее никто не может увидеть, Кейт быстро вернулась в свою, или, точнее, в гостевую, комнату. Эта комната не принадлежала ей, и об этом следует помнить.
Теперь, оставшись одна, она могла наконец спокойно подумать над создавшимся положением, а также отругать себя за глупость. Как она могла снова заняться любовью с Алеком, после того как поклялась, что минувшая ночь с ним будет единственной и последней? Теперь ее убежденность в том, что она должна уйти, окончательно окрепла.
И чем скорее, тем лучше.
Подойдя к комоду, Кейт открыла крышку коробочки с бриллиантом голубой воды. Она посмотрела на эффектное ожерелье, не в силах поверить в необыкновенную щедрость Алека. Он предоставил ей не просто чрезвычайно дорогую вещь, но к тому же фамильную драгоценность, без всякого колебания, отчего она на время лишилась дара речи.
Великолепные драгоценные камни сверкали, словно подмигивая ей.
Глядя на них, она осознала, что вручил ей Алек. Эта уникальная, непомерно дорогая вещица могла послужить освобождению Фалькона из дьявольских лап Дрейка. Бриллиант голубой воды мог стать достойным предметом для сделки. Дрейк обязательно клюнет на него. Теперь пропала необходимость красть что-нибудь из дома.
Раздался стук в дверь.
– Войдите, – отозвалась Кейт, надеясь, что на лице ее не отражается чувства вины… и что это не Алек. Она не могла встретиться с ним лицом к лицу сейчас, когда в голове ее таились такие ужасные мысли. Она сомневалась, что сможет осуществить свой план, если он предстанет перед ней, улыбающийся своей обаятельной улыбкой, от которой появляются морщинки в уголках его глаз и ямочки на щеках.
Но это оказался не Алек.
– Простите, что беспокою вас, мисс Кейт, – сказала маленькая служанка Нора вежливым тоном, который слегка покоробил Кейт. Ей хотелось сказать девушке, что она одна из них, а не почетная гостья. Однако со дня появления Кейт в этом доме слуги не знали, кем ее считать. Объектом благотворительности или новой любовницей хозяина? Действительно, кем она была? Смешно было наблюдать, как люди старались избегать ее. Она оставалась для них загадкой.
Рыжеволосая служанка нерешительно вошла в комнату.
– Его светлость просил меня передать вам. – Она вытащила из-за спины большую белую коробку.
Сердце Кейт упало. Это был еще один подарок от Алека. Она не хотела принимать его. Любая другая женщина была бы счастлива иметь такого щедрого благодетеля. Но не она. Она страшилась этой белой коробки, которая наряду с ожерельем была подобна еще одному ножу в ее сердце.
– Что это? – сурово спросила она.
– Я не знаю, – ответила служанка, озадаченно глядя на нее.
Кейт поняла несуразность своего вопроса. Алек, разумеется, не стал посвящать Нору в содержимое коробки.
Кейт хладнокровно наблюдала, как служанка поставила коробку на кровать. Затем медленно, не чувствуя ног, подошла к кровати, размышляя, исчезнет ли коробка, если она закроет и откроет глаза, или, еще лучше, исчезнет ли она сама?
– Не хотите ли открыть ее, мисс? – сказала Нора. Кейт с легкой дрожью рук коснулась крышки коробки и остановилась, почувствовав, что служанка с ожиданием смотрит через ее плечо. Кейт взглянула на нее, надеясь сообщить ей взглядом, что хотела бы остаться одна.
Нора явно была разочарована, поскольку, вероятно, была чрезвычайно любопытной, как и остальной обслуживающий персонал.
Когда Нора ушла, Кейт продолжала оставаться в нерешительности. Наконец она сняла крышку коробки и застыла, глядя на великолепное платье, аккуратно уложенное внутри. Она не хотела прикасаться к нему, доставать из коробки, но руки сами по себе потянулись к изумительному темно-синему атласному платью и приподняли его перед ее глазами. Великолепный материал переливался в свете свечей, и изящные кружева на корсаже были просто превосходными.
Кейт с величайшей осторожностью извлекла наряд из коробки и приложила к себе. Длина была в самый раз, как будто платье специально изготовили для нее, что, конечно, было невозможно. Невозможно ли? Неужели Алек мог заказать его для нее? Нет, это, должно быть, платье его сестры. Впрочем, в данный момент Кейт было все равно.
Юбка платья спускалась книзу роскошными складками, начинающимися от самой груди, а корсаж имел вырез, который должен открывать шею, так что бриллиант голубой воды будет прекрасно виден.
Закрыв глаза, Кейт на мгновение представила себя в этом платье, кружащейся в крепких объятиях Алека, перед мерцающим пламенем камина, согревающим их своим теплом. Она элегантно скользит по гладкому полу, улыбаясь и смеясь…
И страстно влюбленная.
Она открыла глаза. Нельзя даже думать об этом! Ни сейчас, ни в будущем. Никогда!
Снова раздался стук, и не успела Кейт ответить, как дверь открылась и вошел мужчина ее мечты.
Кейт стояла, все еще прижимая платье к себе. В голове ее промелькнула мысль, что ей следует положить его на кровать, но она не двигалась и как завороженная не отрывала глаз от Алека.
– Я вижу, ты получила мой подарок, – тихо сказал он, и его слова подействовали на нее как нежное прикосновение. – Надеюсь, платье понравилось тебе.
Кейт попыталась игнорировать страсть, излучаемую им, хотя сама испытывала то же самое.
