— Где мне найти миссис Стэнфорд? — спросил Фаррел, которому не понравилось, что клерк называет Риган по имени.
— Где угодно, — ответил клерк и улыбнулся подошедшей к конторке супружеской паре. — Она находится повсюду одновременно.
Не желая устраивать сцену этому нахалу за то, что он так резко оборвал разговор с ним, Фаррел промолчал. Потом он поговорит о его поведении с владелицей, кем бы она ни оказалась.
Наверху он отыскал свою комнату. Чистенькая, хорошо меблированная комната была залита солнечным светом. Вдоль одной стены размещался небольшой камин. Сменив пыльную одежду, Фаррел спустился в обеденный зал.
Ему претило есть в общем обеденном зале, но он понимал, что здесь у него больше шансов увидеть Риган. Меню было обширным: семь мясных блюд, три рыбных, а еще были холодные закуски, маринады, овощные блюда, дичь и огромный выбор пирожных и пудингов. Пища отличалась отменным вкусом, была горячей и хорошо приготовленной.
Когда он пробовал деликатес, именовавшийся моравским тортом, в зал вошла женщина, и все взгляды — как мужские, так и женские — обратились к ней. Привлекала не какая-нибудь ее исключительная красота, просто чувствовалось, что это незаурядная личность. Женщина — миниатюрная, в элегантном платье из зеленого, как лес, муслина — знала, кто она есть. Она уверенно шла между столиками, спокойно разговаривая то с одним, то с другим посетителем. Она была похожа на гостеприимную хозяйку, принимающую друзей у себя в доме. Возле одного стола она остановилась, взглянула на поданное блюдо и отослала его на кухню. Из-за другого стола поднялись две женщины и крепко обнялись с ней. Она на несколько минут присела к ним за стол, смеясь какой-то шутке.
Фаррел не сводил с нее глаз. Если не вглядываться пристально, то она чем-то напоминала ту неуклюжую девочку, которую он некогда знал. Глаза были того же цвета и волосы были также же блестящие, темно-русые, однако эта женщина с ее обольстительными округлостями и легкостью общения с людьми была ничуть не похожа на глупенькую, боящуюся собственной тени девчонку, с которой он когда-то был помолвлен.
Откинувшись на спинку стула, Фаррел спокойно ждал, когда она подойдет. Увидев его, она улыбнулась, но, видимо, не узнала его. Она целую минуту разговаривала с парой, сидевшей наискосок от него, потом подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Взгляд у нее был оценивающий, и Фаррел улыбнулся ей самой очаровательной улыбкой из своего арсенала. Он был чрезвычайно доволен, когда она повернулась и довольно поспешно вышла из комнаты. Теперь он был уверен, что какое-то чувство к нему у нее осталось — а хорошее оно или плохое, не имеет значения. Ненавидит она его или любит, ему было, в сущности, безразлично, достаточно того, что она его помнила.
— Риган, с тобой все в порядке? — спросила Брэнди с другого конца большого дубового кухонного стола, где она наблюдала за работой трех поваров.
— Все в порядке, — ответила Риган и, сделав глубокий вдох, усмехнулась. — Просто я только что увидела привидение, вот и все.
Женщины обменялись взглядами, и Брэнди отвела Риган в дальний угол большой комнаты.
— Это отец Дженнифер? — спросила она.
— Нет, — тихо ответила Риган. Иногда ей казалось, что в ее жизни нет ни минуты, когда бы она не думала о Трэвисе. Каждый раз, когда она смотрела в большие карие глаза Дженнифер, она видела его. А тяжелые шаги на лестнице заставляли замирать ее сердце. — Помнишь мужчину, с которым я была помолвлена много лет назад? Фаррела Бэтсфорда? — Между подругами не было секретов. — Он сидит сейчас в обеденном зале.
— Ах он, мерзавец! — воскликнула Брэнди. — Что он ест? Я добавлю в это блюдо яду!
Риган рассмеялась:
— Я, наверное, сказала бы то же самое, но что поделаешь, ведь он был первой любовью. Нахлынуло множество воспоминаний. Я была такая запуганная, так старалась угодить и была влюблена в него. Считала его самым красивым, самым элегантным мужчиной на свете.
— А сейчас как он выглядит?
— Безобразным его, конечно, не назовешь, — улыбнулась Риган. — Наверное, надо пригласить его в свой кабинет, чтобы поговорить. Это самое малое, что я могу сделать.
— Будь осторожна, Риган, — предупредила Брэнди. — Его появление здесь не может быть случайностью.
— Уверена, что это так, и даже догадываюсь, что ему надо. Менее чем через месяц мне исполнится двадцать три года, и деньги, оставленные мне родителями, будут моими.
— Ни на секунду не забывай об этом! — крикнула Брэнди вслед удалявшейся Риган.
Риган отправилась в кабинет, расположенный рядом с кухней, и уселась в кожаное кресло за письменным столом. Нельзя сказать, что появление Фаррела сильно потрясло ее, но при виде его на Риган нахлынуло множество воспоминаний. Ей вспомнился тот ужасный вечер, когда она услышала правду от дядюшки и от жениха. А потом вспомнился Трэвис, который указывал ей, что и как надо делать. Его властность буквально подавляла ее, но он заботился о ней и занимался с ней любовью. За последние четыре года она сто раз начинала писать ему, чтобы сообщить о дочери и о том, что обе они здоровы и живут хорошо. Но она всякий раз трусила и отказывалась от этой затеи. Что, если Трэвис ответит ей, что ему до нее нет дела, а ведь так оно, наверное, и было, потому что он не пытался ее разыскать? За последние годы она научилась прочно держаться на своих ногах, а разве это было бы возможно, если бы рядом был Трэвис? А что, если из-за него она снова превратится в слезливую, испуганную девчонку, какой когда-то была?
Стук в дверь вернул ее к реальности. В дверях появился Фаррел.
— Надеюсь, я не помешал? — с улыбкой спросил он, всем своим видом показывая, как он рад ее видеть.
— Ничуть, — сказала она в ответ, вставая и протягивая ему руку. — Я как раз собиралась послать кого-нибудь и пригласить тебя зайти.
Склонив голову, Фаррел страстно поцеловал ее руку.
— Возможно, надо было дать тебе время, чтобы прийти в себя от моего неожиданного появления, — промолвил он. — Как-никак мы когда-то много значили друг для друга.
Хорошо, что Фаррел не видел в тот момент выражения лица Риган. «Неужели этот субтильный самовлюбленный денди думает, что я забыла о том ужасном вечере много лет назад, когда узнала, почему он хочет жениться на мне?» — подумала она.
Однако к тому времени как он поднял голову, Риган уже улыбалась. Она не стала бы богатой женщиной, если бы выставляла на всеобщее обозрение свои эмоции.
— Да, — сказала она нежным голоском, — давно это было. Присаживайся, пожалуйста. Не желаешь ли что-нибудь выпить?
— Виски, если у тебя найдется.
