дома в свой ангар и этим довольствовался. Есть в имении управляющий, это его забота, вот он пускай и отдувается. Ответ кому за всё сделанное и несделанное придётся держать? То-то…
Кстати, были во всём этом и приятные для меня моменты. Воспользовался я дядькиным советом и прижал одну из горняшек. Не до конца, честно скажу, но тут же главное не конец, а начало процесса. В смысле, что начало положено, а за концом дело не встанет. Тьфу, запутался совсем.
Нет, прижал не Дусю, Дуся потом мне как раз всё и обломала. Сашеньку!
А дело было так. Сижу я в своей комнате вечером, при свете лампы настольной чертежи нового самолёта рисую. С моторчиком из папенькиной мотоколяски.
Тут стук в дверь, та самая Сашенька дверь и приоткрывает. А у меня окно открыто, очень уж душно в комнатке. Сквознячок и образовался, бумаги со стола на пол посдувал, хорошо хоть в окно ничего не вылетело. Я со стула подскочил, окно притворил и развернулся. Воздуха уже набрал, хотел высказаться, да вовремя передумал. Девушка же ойкнула, в комнату метнулась, бумаги с пола поднимать принялась.
Стою, все ругательные слова в горле замерли, очень уж соблазнительный вид мне на девушкину корму открылся. Или она, чертовка, специально так наклонилась, да ещё и спиной ко мне повернулась. Ещё и крутится влево-вправо, тянется руками за бумажками. Представили картинку? А мне и представлять не нужно, вот она у меня перед глазами! Руку протяни и коснёшься…
Я и протянул…
Честно скажу, не выдержал такого соблазна, каюсь. Погладил, провёл рукой по округлому мягкому бедру. Погладил и замер. А ну как сейчас получу за подобную вольность? Но руку убирать не тороплюсь.
Не получил. И никакой ответной реакции вообще не увидел! Или нет, увидел, конечно же!
Горняшка ещё сильнее (куда уж сильнее, казалось бы) наклонилась, форменное платье так сильно натянулось, того и гляди лопнет, на пояснице завязки фартучка белого бабочкиными крылышками встопорщились, я и осмелел! Вторую руку протянул, сжал пальцами бёдра, к себе рывком потянул…
А она, хитрая бестия, так и не выпрямилась. Только вывернула как-то хитро шейку, лицо ко мне из-под руки обратила, подмигнула и розовым язычком красные коралловые губки призывно так облизнула. Демонстративно! И мне прямо в пах своим круглым задиком ткнулась! Я аж взвыл мысленно…
Платье на спину закинул одной рукой, второй её к себе прижимаю, не отпускаю. За свои штаны взялся, да как раз та самая Дуся в это момент дверь и распахнула! Настежь! Без стука!
Встала на пороге, ойкнула, вроде бы как смутилась. Да только вижу я, что смущением там и не пахнет. Наоборот, злится на коллегу, потому и решила нам с ней помешать то самое дело проделать.
Пока я раздумывал, как на подобное реагировать, слова нужные подбирал, Сашенька вывернулась и убежала. Правда, оглянулась и улыбнулась маняще, когда плечом в сторону Дусю отодвигала. Мол, одобрила все мои действия. Значит, продолжение последует.
Только я опомнился, только к Дусе шагнул, как и эта обломщица убежала. И ладно бы извинилась за вторжение или бы как-то облом мне компенсировала, так ведь нет, просто удрала! Ещё и дверью хлопнула.
И как мне быть? Пришлось холодной водой спасаться. И работой. Кто-то дрова колет или в колокола звонит, а я голову чертежами и расчётами занимаю. Первейшее дело, я вам скажу, при таком обломе…
Правда, потом всё равно всю ночь сны похабные снились. Хорошо ещё, что не опозорился, и бельё постельное менять не пришлось.
А назавтра приехали родители, сёстры, и мне резко стало ни до чего. Думаете, первым делом родители о моём житье-бытье спросили? Или поинтересовались, чем же их чадо здесь в их отсутствии занималось? Ничего подобного. Отец первым делом управляющего вызвал со всеми бумагами и бухгалтерской документацией, матушка же принялась горничных строить и ревизию в домашнем хозяйстве проводить.
Правду говоря, здесь я не совсем корректен. Отец при встрече обнял, осмотрел с ног до головы, буркнул что-то невразумительно-одобряющее. Мол, подрос и возмужал, и отпустил. Ещё был милостиво допущен к матушкиной руке, которую и облобызал с сыновним почтением, как и учил меня дядька. Получил в ответ родительское благословение в виде поцелуя в макушку и тут же был забыт.
Сестрички вообще не обратили на меня никакого внимания, прошли мимо, не поздоровались и даже не покосились в мою сторону. Умчались в свои комнатки и там примолкли
М-да, счастливая у пацана жизнь была…
И только через день меня вызвал в свой кабинет отец. Ну как в свой, он же в усадьбе один, значит, общий. Вызвал и давай прямо при находящемся рядом с ним дядьке расспрашивать о стоящем в новом сарае аэроплане. Так и сказал — в сарае! Поправил его и очень этим папеньку удивил. Не ожидал, что голос подам, или что? Про самолёт отчёта не потребовал. Наверное, всё и так от наставника знал. Да что там наверное, точно знал! Иначе бы не удержался от расспросов. Да и маменькино равнодушие мало того, что удивляло, оно вообще необъяснимо было!
— Скажи, Николай, зачем тебе это нужно? — спрашивает и смотрит внимательно так. Явно с подвохом спрашивает, не просто же из одного любопытства?
И что ответить? Правду? Желаю авиатором-воздухоплавателем стать? Глупости, не поймёт отец и не поверит. Откуда у мальчишки может появиться подобное желание, если он ничего подобного ранее не видел? Из газет, если только… Тогда что? Инженерную тему затронуть? И без экспрессии говорить, главное — спокойно, с толком, с чувством, с расстановкой. Серьёзный же разговор идёт.
— Интересно мне самому самолёты конструировать, а потом и строить их. Наблюдать, как на практике чертёж воплощается в нечто реальное. В то, на чём можно летать!
— А ты за это лето резко повзрослел, — улыбнулся князь. — Степан тебя хвалит. Говорит, за ум рьяно взялся, учителей из города вытребовал. Даже вроде бы как с соседями общаться перестал?
Смотрит испытующе, так или не так? Ответа ждёт.
— Так тебе уже всё доложили, — глазами на дядьку показываю. — А я не от него, я от тебя хочу это услышать.
— Перестал, — подтверждаю. — Правда, они не унимаются, всё в гости приглашают. Или сами нежданно-негаданно приезжают. Как снег на голову валятся!
Последняя фраза сама собой вырвалась, я даже не ожидал, что с такой досадой к неожиданным визитам отношусь.
— А ты не езди, — улыбается отец. — Слухи ходят, что княгиня для
