Читаем без скачивания Убийственно жив - Питер Джеймс

Выбирайся из Мюнхена. Позвони, когда вернешься.

Добравшись до круговой развязки и выехав на шоссе М-25, он вытащил из футляра мобильник, набрал номер Клио. Пошли гудки. Потом раздался ее голос, не совсем твердый, неразборчивый сквозь дикий грохот джазовой музыки где-то на фоне.

– Ух! Суперинтендент Рой Грейс! Где ты?

– Только что выехал из Хитроу. А ты?

– Оттягиваюсь с сестренкой, допиваем по третьему «Морскому бризу»… не по третьему? Извини. Поправь. Допиваем по пятому «Морскому бризу» на морском берегу. Жуткий ветер, но оркестр обалденный. Давай к нам!

– Я должен быть на месте преступления. Если только попозже?

– Вряд ли мы еще долго продержимся в сознании.

– Значит, ты сегодня не дежуришь?

– У меня выходной!

– Можно все-таки заскочить?

– Не могу гарантировать, что не засну. Но попробуй.

Во времена его детства Черч-роуд в Хоуве была стоячим болотом по сравнению с шумной оживленной торговой брайтонской Вестерн-роуд, спала мертвым сном где-то к западу от рынка Уэйтроуз. В последние годы она существенно преобразилась, обзаведясь шикарными ресторанами, деликатесными лавками, магазинами, в которых демонстрировались товары, привлекающие людей моложе девяноста. С нее, как почти со всех других улиц города, исчезли знакомые названия аптеки и бакалеи «Калленс», универмагов «Хиллс оф Хоув» и «Пламмер Роддис». Остались лишь немногие. В том числе булочная «Форварс». Грейс свернул направо, поднялся по улочке с односторонним движением, снова повернул вправо и еще раз на Ньюман-Виллас.

Как во всех дешевых жилых кварталах этого быстро меняющегося города, улица кишела объявлениями о сдаче жилья, и дом номер 17 не составлял исключения. Особенно выделялось объявление агентства «Рэнд и K°», предлагавшее внаем двухкомнатную квартиру. Перед желто-синими лентами, ограждающими место преступления, стоял плотный констебль в форме с планшетом в руках. Вдоль улицы выстроились несколько знакомых автомобилей – квадратный кузов фургона отдела тяжких преступлений, другие полицейские машины, стоявшие в два ряда, отчего узкая улица стала еще уже, – и кучка репортеров, включая доброго малого Кевина Спинеллу.

Не опознанный в своей личной «альфе» Грейс проехал мимо и нашел свободное местечко за углом на Черч-роуд. Заглушил мотор, посидел неподвижно.

Сэнди.

Что дальше делать? Ждать известий от Куллена? Вернуться в Мюнхен, пробыть там еще какое-то время? Ему предстоит двухнедельный отпуск. Они с Клио собирались поехать куда-нибудь вместе, может быть, на полицейский симпозиум в Новом Орлеане в конце этого месяца. Только в данный момент его попросту разрывает на части.

Если Сэнди в Мюнхене, то он обязательно ее найдет. Сегодня действительно вел себя глупо. Никогда не умел добиваться результата за несколько часов. Хотя бы запустил мяч, сделал все, что мог. На Марселя Куллена можно положиться, он постарается. Может, стоит вернуться через неделю. Неделю провести в Мюнхене, а другую с Клио в Новом Орлеане. Хорошо бы удалось ее уговорить.

Переключившись на непосредственно стоявшую перед ним задачу, он вытащил из багажника рабочий саквояж и пошел назад к дому номер 17. Репортеры закричали, увидев его, энергичная девушка сунула под нос микрофон, мелькали фотовспышки.

– На данном этапе никаких комментариев, – твердо объявил Грейс.

Дорогу неожиданно преградил Спинелла.

– Опять, суперинтендент? – тихо спросил он.

– Что «опять»?

Репортер еще понизил голос, глядя на него понимающим взглядом:

– Вам хорошо известно. Правда?

– Скажу, когда сам увижу.

– Не волнуйтесь. Если вы не скажете, так другой кто-нибудь. – Спинелла постучал себя по носу. – Источники!

Подавляя заманчивое побуждение двинуть репортеру в морду, почти слыша, как хрустнет носовая кость, Грейс протиснулся мимо него, расписался в листке на планшете. Констебль подсказал, что надо подниматься на верхний этаж.

Он нырнул под ленту, вытащил из саквояжа свежий белый бумажный костюм и принялся его неловко натягивать. К своему смущению и досаде, едва не упал на глазах у суссекских репортеров, сунув обе ноги в одну штанину. Покраснев, поправил дело, натянул бахилы, латексные перчатки и вошел в дом.

Закрыв за собой парадную дверь, остановился в прихожей, принюхался. Обычный запах сырости от старого ковра и вареных овощей, типичный для тысяч старых домов, в которых он побывал за годы службы. Никакого зловония разлагающегося трупа – значит, жертва убита недавно. В летнюю жару запах гниющей плоти появляется быстро. Маленькое облегчение, подумал он, с одобрением видя протянутые по всей лестнице ленты, ограничивающие проход. По крайней мере, прибывшая сюда полицейская бригада свое дело знает, предупредив уничтожение следов на месте преступления.

О чем ему самому следовало бы подумать. Глупо подниматься наверх, рискуя наследить, пока криминалисты все тщательно не осмотрели. Грейс вытащил мобильник, позвонил Ким Мерфи, сообщил, что стоит внизу.

На площадке первого этажа он заметил криминалиста Эдди Гриббла в белом костюме с капюшоном, который ползал по полу на коленях и делал соскобы. Гриббл приветственно кивнул. Показался второй точно так же одетый криминалист Тони Моннингтон, посыпавший стену порошком для выявления отпечатков пальцев.

– Добрый вечер, Рой, – весело поздоровался он. Грейс махнул рукой:

– Хорошо проводишь воскресенье?

– Вытащили из дома. Пусть Белинда смотрит что хочет по телевизору.

– Во всем есть светлые стороны, – мрачно ответил суперинтендент.

Через несколько секунд появились еще две фигуры в спецкостюмах с капюшонами. Одной оказалась Ким Мерфи с видеокамерой в руках, другой – старший инспектор Брендан Дуиган, высокий крупный общительный офицер с добродушным румяным лицом и преждевременно поседевшими волосами. Дуиган был дежурным офицером, первым прибывшим на место преступления, о чем Грейс узнал по дороге сюда. Он и вызвал Ким Мерфи, заметив сходство с убийством Кэти Бишоп.

После краткого обмена любезностями Мерфи продемонстрировала Грейсу видеозапись, сделанную на месте. Он просмотрел ее на маленьком мониторе, прикрепленном к камере.

Когда много лет занимаешься такой работой, начинаешь думать, что выработал иммунитет ко всевозможным кошмарам, все повидал и больше ничто тебя не удивит, а тем более не шокирует. Но от представленной видеозаписи внутри заворочался ледяной червь.

Грейс увидел еще двух криминалистов в белом на четвереньках и одного стоявшего, Надюшку Де Санча на коленях в ногах кровати и алебастрово-белое обнаженное тело молодой женщины с длинными темными волосами, на лице маска противогаза.

Почти точная копия Кэти Бишоп.

За исключением того, что Кэти не сопротивлялась. А камера показывала, что эта девушка определенно боролась. На полу разбитая тарелка, на стене над ней пятно. Зеркало на туалетном столике разбито, флакончики духов и баночки с макияжем разбросаны по всей комнате, на стене смазанные следы крови прямо над белой спинкой кровати. Фотография в рамке сорвана и валяется на полу, стекло разбито. В Брайтоне из года в год совершается своя доля убийств, но, к счастью, на них никогда еще не падала тень убийцы-маньяка. Грейсу даже нужды не было досконально знакомиться с их деятельностью – до нынешнего момента.

Поблизости громко завыла сирена. Грейс ее не слышал, глядя на застывшую в кадре мертвую девушку. Он регулярно посещал лекции для старших офицеров об убийцах-маньяках на ежегодных симпозиумах Международной ассоциации по исследованию преступлений, проводившихся в основном в США, и теперь пытался припомнить характерные особенности. Спинелла пока держит слово, в прессе не было никаких упоминаний о противогазе, значит, маловероятно, что действовал подражатель.

Одно из лекций хорошо помнится: страх, возникающий в обществе при известии о серийном убийце. А с другой стороны, общество имеет право и должно знать об этом.

Грейс обратился к старшему инспектору Дуигану:

– Что у нас есть на данный момент?

– Надюшка предполагает, что молодая женщина мертва дня два.

– Можно сказать, как она умерла?

– Да. – Ким Мерфи прокрутила запись, остановила, указывая на шею девушки. Видна была багровая полоса от удавки, ставшая на мгновение еще четче от вспышки камеры полицейского фотографа.

Налитый свинцом желудок Грейса сжался, прежде чем Ким успела подтвердить:

– Идентично случаю с Кэти Бишоп.

– Ищем убийцу-маньяка, что бы это на самом деле ни означало? – уточнил Грейс.

– Судя по тому, что я до сих пор видел, Рой, пока говорить что-нибудь слишком рано, – ответил Дуиган. – Я фактически не специалист по серийным убийцам. К счастью, никогда с ними не сталкивался.