это сделаю.
Через три дня Дарья разговаривала с Андреем Ольховским после приёма в кардиологическом центре, где его оставили для обследования перед операцией.
– Вы думаете, я ваш родственник и поэтому мне помогаете? Зачем вам анализ ДНК?
– Результат ещё не готов, и мы поможем тебе в любом случае, а вот для опеки родственная связь сыграет большую роль. Тебе тринадцать и ты сам решишь, где тебе будет лучше. Для опеки над тобой нужно и твоё согласие. После операции, курс реабилитации и временно поживёшь у нас. Дальше решение примешь сам. Правда, тишину и покой я тебе не гарантирую из-за близнецов. Им всего пять месяцев. Я знаю, тебе немного страшно. Я работаю хирургом, и каждый раз волнуюсь перед операцией. Подумай о том, как через год после операции догонишь своих сверстников, будешь играть в футбол, бегать и прыгать.
– Почему вы только сейчас мною заинтересовались?
– Андрей, у меня четверо детей и я ничего о тебе не знала, пока не получила письмо от твоей матери из Канады. Два месяца у нас ушло на поиски. Всё что мы знали – фамилия, имя и год рождения. Прошли тринадцать лет. Тех, кто мог что-то рассказать, трудно найти.
– Вы хотите забрать меня к себе? А что скажут ваши дочери?
– Понимаешь, ты сам должен решить вопрос о своём месте жительства. После реабилитации тебе, скорее всего, нужно будет вернуться в предыдущий детский дом или принять наше предложение. Держать тебя силой или уговорами никто не будет. Ты должен знать и то, что придётся ходить в обычную школу, общаться с обычными ребятами. Впереди будет новая незнакомая жизнь.
– А если операция не поможет?
– Сделаем ещё одну, – она посмотрела на подростка, глаза которого наполнялись слезами. – Андрей, ты чего? – Дарья прижала его голову к своей груди, обняв за худенькие плечи, которые подрагивали. – Всё будет хорошо. Будет нелегко и не завтра, но будет хорошо.
Андрею сделали операция за три недели до Нового 2022 года. Ольховская держала связь с лечащим врачом, а через два дня они приехали вдвоём с Александром.
– Ты как, приятель? Я муж твоей тёти. Операция прошла успешно. Ты большой молодец, но учебный год для тебя не закончен. Ты не собираешься отставать от программы и оставаться на второй год? Через пару дней начинай заниматься дистанционно.
– Я теперь ни один? – он грустно посмотрел на супругов. – Вы мне расскажите, почему начали меня искать?
– Наберёшься сил и я или Варя тебе всё расскажем. Не спеши. У меня будет к тебе просьба: не обижайся, если мы будем навещать тебя не каждый день. Александр работает, я с малышами, у Вари 11 класс, Вике всего девять лет, а дорога сюда занимает много времени. Держи телефон. Он с выходом в интернет. Разберёшься?
– Это очень дорогая игрушка.
– Это, прежде всего, средство связи. Все наши телефоны в контактах. Сейчас он выключен. Вещи я положу в тумбочку, а все продукты оставлю на тумбочке. Просьбы, пожелания будут?
– Спасибо.
– Спасибо скажешь, когда поешь. Пора восстанавливаться.
Александр привёз Андрея в дом накануне Нового 2022 года. Подросток через сутки попал в большую компанию, где кроме семьи были друзья семьи. Он познакомился с родителями Александра, Борисовыми и Рубцовыми. Столько внимания к себе он никогда не видел. Аня и Костя были на четыре года старше, но это не мешало им общаться на равных. Варя познакомила всех с Даниилом. Зимние каникулы Андрей провёл в семье и уже не сомневался, что согласится на опеку. Если внешне он был похож на Варю, то характер у него был ближе к характеру Вики. Её отец называл «тихушница», в хорошем смысле слова. Она была в доме незаметной, но незаменимой. Кроме работы на кухне, где она была подмастерьем, всё остальное делала самостоятельно, даже если это приходилось переделывать несколько раз, результат в конечном итоге был положительным. Это касалось и учёбы, и домашних дел. Варя рассказала брату о своей жизни за четыре года в семье, всё, чему была свидетелем. «Даже если ты что-то не понял, ты должен об этом знать. Будут вопросы – обращайся, я всегда выслушаю и помогу, – говорила она. – У меня характер сложный, но обидеть маму, отца и братьев я никогда не смогу. А ты в их числе».
Диана позвонила первый раз после звонка в роддом в конце января в своей манере.
– Ты встретишь меня в аэропорту? Я прилечу 28 числа.
– Не помню, чтобы я приглашала тебя в гости.
– Я хочу встретиться с сыном.
– А ты его спросила, хочет ли он этого? Я понимаю, что ты у нас особенная, но даже для тебя это перебор. Отправив тебе письмо, что нашла мальчика и ему требуется операция, надеялась на ответ, но ты всё это время молчала. Чуть больше месяца назад Андрею сделали сложную операцию и ему лишние волнения и стрессы не нужны. Мы оформляем опеку, и я не сделаю того, что навредит ему. Теперь это наш приёмный сын. Чего ты хочешь? Чего добиваешься? Судя по твоему голосу, со здоровьем у тебя всё в порядке.
– А тебе хотелось чтобы я позвонила с того света?
– Мне хочется, чтобы ты оставила нас в покое. Встречать я тебя не буду и в гости не жду, – Дарья отключила вызов и тяжело опустилась на диван.
– Тётя Даша, что вас так расстроило? Кто звонил и что хотел?
– Звонила моя сестра. Хочет с тобой встретиться и прилетит 28. Её не остановит то, что её здесь не ждут. Всегда поступает, так как хочет сама.
– Вы переживаете из-за меня? Не нужно. У меня приличный словарный запас, хотя физических сил мало. Я не позволю ей вас обидеть. Она одна, а нас пятеро не считая малышей. Пусть приезжает. Может, лопнет от зависти, глядя на нашу семью. Кто-то звонит.
– Это опять она, – Дарья включила громкую связь. – Да.
– Дашка, послушай, тебе же будет лучше, если я прилечу и верну тебе деньги за операцию, встречусь с мальчишкой и через день улечу. Я не прошу тебя встречать меня ковровой дорожкой и хлебом-солью. Что изменит в твоей семье мой часовой визит? Ты уже родила?
– Нашим близнецам будет семь месяцев.
– С меня подарки. Не злись, меня уже не исправить. Если ты боишься, что я как-то могу навредить тебе или детям, то я этого не сделаю.
– Позвони завтра. Я поговорю с мужем и детьми, но вряд ли они захотят тебя видеть.
– Вы думаете, дядя Саша позволит ей приехать?
– Ей не нужно ни чьё
