дальше, а сосредоточился на своих внутренних ощущениях и начал концентрироваться. Первое, что мне нужно было сделать, это направить магическую энергию к глазам, чтобы понять, сколько было против нас противников.
На это ушло какое-то время, но это было необходимо.
Больше десятка!
Я выругался про себя, когда увидел одиннадцать длинных и худых силуэтов вдалеке, двое из которых сильно отличались от других. Вернее, даже не так. По своим габаритам они были схожи с остальными. А вот в магическом плане все было совершенно по-другому.
«Вот это магическое ядро,» — подумал я, рассматривая сосредоточение магических сил, которое по своей силе не уступало Багровому палачу, если и вовсе не превосходило его.
То же самое было и с системой энергетических каналов, которая опоясывала иного и ветвилась по всему телу. Хотя различия тоже были.
Если у человека паутина магических каналов чем-то напоминала кровеносную систему, то у иных она была совершенно иная. И первое, что приходило на ум, когда я ее видел, было слово «Хаос».
Никаких последовательностей. Казалось, что каналы тянутся из ядра туда, куда хотят. Причем в некоторых частях тела их было очень много, а в других, наоборот, мало.
«Не понимаю,» — покачал я головой, пытаясь разобраться в определенных правилах построения паутины.
Усложняло этот процесс ещё и то, что у второго одаренного, или, как их называли свои же, Благословенные Великой матерью, система энергетических каналов в корне отличалась от первого, причем кардинально.
«Может, правил, по которым строится магическая паутина, и вовсе нет?» — вдруг пришла мне в голову логичная мысль.
Этот мир сильно отличался от того, где был рожден я или от того, в котором появился, когда Василиска убили. Проклятые земли были насыщены магией, и те, кто тут жил, впитывали ее с самого своего рождения на этот свет, в то время как остальной мир был лишен магии.
Да, она была у тех, кто владел даром или в предметах. Но ни в воде, ни в земле и даже в самом воздухе, как это было в проклятых землях, ее не было.
Я резко остановился.
Пока я рассуждал обо всем этом, сам не заметил, как подобрался слишком близко к иным.
Сейчас они были в двухстах метрах от меня. И если у них тоже были разведчики или заклинания, которые позволяли разведывать территорию, как это было в нашем случае, то меня уже могли засечь.
Хотя, судя по тому, как они двигались, можно было предположить, что меня еще не обнаружили.
Наблюдая за иными, я попутно наблюдал и за небом, где должен был быть Жумельяк, но его пока почему-то видно не было. Все изменилось через несколько секунд.
Уж не знаю, что там сделал сын кардинала, который внезапно появился высоко в небе, но иные бросились врассыпную, а один из них и вовсе упал, и магия в его теле начала медленно затухать.
«Труп,» — сразу же понял я.
Отлично. Пока в их стане началась паника, воспользуюсь этим!
— За мной! — скомандовал я фангам и сам ринулся вперед, попутно выхватив шпагу и напитав её парализующим ядом.
Немного подумав, я «влил» еще и немного отравы Ласковой смерти, а затем дополнил этот «коктейль» ядом, который изобрел гений Люк Кастельмор, позволяющий превращать внутренности в кашу.
Гремучая смесь была готова, и теперь оставалось испробовать ее на ком-то. Первая жертва нашлась довольно быстро.
Ранее я не видел, как выглядят иные, а благодаря магическому взору мог различать лишь их силуэты. Поэтому, когда я выскочил на здоровенное человекоподобное существо, чью темно-зеленую кожу покрывали какие-то странные наросты и волдыри, из которых сочилась желтая вонючая жижа, я был немного удивлен. Но инстинкты все сделали за меня.
Когда обитатель Проклятых Земель обернулся, я, не задумываясь, проткнул его пузо шпагой, запуская в его тело яд.
Тварь дернулась, а затем, не обращая внимания на отраву и рану, попыталась схватить меня.
«Быстрый!» — пронеслось в моей голове, когда я отпрыгнул назад, чуть было не попавшись после неожиданной атаки иного.
Не поймав меня, мой противник замер, и на его лице появилось удивление.
— Ты кто? — спросил он, и я открыл рот от удивления.
Странно, но я почему-то и не думал, что иные будут разговаривать. Хотя это было очень даже логично.
Даже Неспящий губернатор умел говорить. Почему же я решил, что жители Проклятых земель, которые жили племенами, наверняка строили какие-то жилища и были объединены единой религией и верованиями, будут лишены такого навыка?
Я хотел уже было ответить на этот вопрос, когда мое чувство опасности забило тревогу. Я по наитию отпрыгнул в сторону, но было слишком поздно. Что-то опутало мою правую ногу, а за этим последовал резкий рывок.
Я упал на землю, но сразу же принял сидячее положение.
«Что это?» — была моя первая мысль, когда я увидел нечто похожее на лозу или лиану, усеянную небольшими, но острыми шипами, вогнутыми внутрь, как рыболовные крючки, которые сразу же впились в мою ногу.
Стоило этому случиться, как по телу прокатилась волна обжигающего тепла, а голова закружилась.
«Яд» — сразу же понял я и попытался отрубить лианы-щупальца кинжалом, который я выхватил второй рукой. Не получилось.
Вокруг руки обвилась еще одна лоза, которая сразу же потянула в сторону. Причем с такой силой, что даже будучи усиленным магией, сопротивляться было очень сложно.
«Ну уж нет! Я так просто не сдамся!» — подумал я и краем глаза заметил две черные тени, бегущие в мою сторону.
— Назад! Титус, Тина! Назад! — скомандовал я фангам, но было уже поздно.
Волчата, вцепившись в лиану своими челюстями, начал рвать ее, не обращая внимания на шипы.
— Назад! — продолжал кричать я, попутно пытаясь освободиться от пут, которых на моем теле становилось все больше и больше.
Как, впрочем, и яда, с которым, к слову, пока еще справлялось мое ядовитое ядро. Но бесконечно это продолжаться, естественно, не могло.
Не прошло и нескольких секунд, как я был связан по рукам и ногам. Плюсом ко всему, мое тело начало подниматься в воздух вверх ногами.
Фанги, к слову, будучи опутанными щупальцами и заключенными в кокон, медленно двигались вместе со мной.
Я все еще был в сознании, несмотря на яд, и даже с сильным головокружением различил, как один из иных, отделившись от своей группы, медленно направился в мою сторону.
Он был одним из тех, кого иные называли Благословенными Великой матерью.
— Перо на болоте, он умеет говорить на
