могущественное, тайное и абсолютное, а их ужасающий скрип и шум листвы опять делали страшные картины завораживающими. Стоит природе показать свои устрашающие стороны, как она сразу же умудряется делать их чем-то удивительным и необычайно привлекательным.
Сильный ветер обдувал все мое тела, залетая в любые открытые места моей легкой одежды, которая осталась той же, желая, чтобы я сорвался и упал под напором дуновения в глубину туманной загадки. Все качалось и страшно, тягуче ныло. Особенно наше древо, вдоль которого я с незнакомкой иду по крепкому полу, звонко трещало своей корой с черными выступами и еще более темными впадинами, скрывающими своих неизвестных обитателей, заставляя невольно подпрыгивать от страха. Наверху шумели листья, а тени в тумане возбуждали воображение, вдруг резко зашевелившись или делая какие-то неестественные движения, будто пытались встать и уйти, но это был всего лишь шаловливый ветер, который стал выть еще сильнее.
Мы подошли к большой площади, по сравнению с шириной прошлой дороги, где посередине возвышалась высокая башня, одиноко стоявшая среди тумана, дерева, холода и неизвестной судьбы, в коре образованы ровные ряды круглых дырок на фоне нездорового и черного цвета древесины. Девочка подошла к одному из углублений, сунула туда руку и достала две карточки, сделанный из листочков. Затем она повела меня к башне, открыла такую же, как в лазарете, деревянную дверь с металлической ручкой. Помещения было тесное: справа уходила спирально вдоль стены узкая лестница, все остальное пространство, кроме небольшого кусочка твердой деревянной поверхности, с которой можно спуститься на лестнице, и которая являлась единственным уголком внутри, где можно было стоять, занимала дыра, из которой дул легкий поток воздуха. Девочка своими пухлыми руками сунула две карточки в маленький прорез в стене. Ветер из ямы засуетился.
–Я не владею основными природными стихиями, поэтому приходится перемещаться по карточкам,– девочка улыбнулась,– Прыгай,– стоя на краю, она протянула руку.
–Но ведь там глубоко! Мы разобьемся!– я стоял, ошарашенный смелостью незнакомки.
–Не переживай, магия воздуха нас удержит!
–Магия чего?..– Девочка не дала мне договорить, и, взяв меня за руку, бросилась со мною вниз. Сначала я орал от испуга (именно орал!), но заметив смех незнакомки, перестал пугаться и стал уже дивиться ее радостному настроению. Ее смех был настолько заразительным, что я сам стал переливаться звонким смешком, паря в воздухе, при этом падая в пучины неизвестной ямы, ведь она издавала звуки, похожие на постоянную трель какого-нибудь дятла, но имевшим голос старой бабки, задумавшей что-то гениально злое, от чего сама была в полном предвкушении.
Вокруг быстро пробегали перед глазами и уходили вверх окружающий цилиндр невероятно огромного диаметра, похожего на внутреннюю часть какого-нибудь небоскреба, где вместо окон в хаотичном порядке расположились таинственные дырки, в которые попросту не успеваешь заглянуть. Посмотрев вниз, я не увидел конца этой ямы. В голове сразу представил колодец, дырявый и покрытый сырыми кирпичами, частично обвалившимися и сохраняющими сырость водохранилища. Уйдя в воображение, обдуваемый ветром, который плавно гладил все мое тело, обнимая приятным ветерком, я стал засыпать. Это бесконечное падения обворожило глаза, и они стали вмиг тяжелыми, устав от постоянной и быстрой смены окружающего мира, и плавно закрывались, а шум ветра превратился в колыбельную, какая всегда бывает за окном в летние вечера, когда окна приоткрыты и ночная тьма усиливает слух, давая возможность почувствовать каждое качание дерева, мирно стоящего в саду, и низкой травы, заросшей перед забором, а бывает выпадает возможность уловить лай далеких собак, бесстыдно будящих всех, кто спал не крепко или только засыпал, или мешая уснуть всем, кто страдает в эту лунную погоду бессонницей. Моя душа уже привыкла к падению, как к мягкой кроватки, которая медленно двигается, разминая мои части тела, расслабляя их. Вот через порог начал вступать сон со своими яркими сценками из прошлой жизни, где все счастливы, где все улыбаются, где все верят во что-то приятное и воодушевляющее. Он подходил все ближе и ближе, как хитрый хищный зверек, готовы съесть свою добычу медленно и с наслаждением. Я засыпал….
–Нам сюда!– крикнула весело пухленькая девочка с улыбкой на лице и вмиг меня разбудила. Только сейчас я заметил, что ее металлически ноги болтыхались из-за большого воздушного потока. Она указывала пальцем на одну их дыр в стенах где-то внизу.
–А как мы остановимся?
–Не переживай, сейчас сам все увидишь!
Меченная дыра быстро приближалась, но затем в одно мгновение ветер успокоился., мы падали медленнее, казалось: нас подхватила большая невидимая рука и плавно опускала вниз. Будто бы та дамочка с зонтиком, мы приземлялись на мраморный пол, однако полукруглые стены дальнейшего туннеля оказались деревянными и неровными, словно пещеры, а кое-где мелькали даже драгоценные камни, укрепляя сравнение с горными гротами. Внутри я заметил чуть заметное шевеление теней. Коснувшись твердой поверхности, ноги подкосились, привыкнув к воздушному расслаблению. Я чуть не упал, но смог взять контроль над своим телом и уверенно встать. Туннель был недлинным: где-то вдалеке мерцал более яркое пятно. Драгоценные камни тускло излучали свет изнутри своими природными цветами, будто бы гирлянды или ночники, хаотично расположенные в неровной деревянной длинной арке. Это была деревянная пещера, в которой все одновременно сияло разноцветными, но слабыми оттенками, и мрак захватил больше пространства, образуя тени. Пугающие тени. Это была волшебная пещера, хранящая множество тайн.
Девочка ехала вперед. Она явно не раз видела подобные сказочные места и давно привыкла к ним. Я последовал за ней, оборачиваясь и следя за неугомонными тенями, которые постоянно, то дергались, то куда-то исчезали, то появлялись в совсем других местах. Было не страшно, но немного жутко. Легкая дрожь схватило все тело, но видя, как незнакомка шла бодро, не оглядываясь, я старался не замечать присутствие чужих душ в темноте.
Если во время приземления на платформу яркий свет был маленьким лучиком, несущий в себе только конец туннеля, то сейчас в бывшем свете можно было разглядеть большую комнату со множеством проходов в стене, ведущих куда-то еще глубже в неизвестное здание. Виднелись еще какие-то узоры на полу и стенах, но мы были слишком далеко, чтобы разглядеть их. Тишина… Только звук колес незнакомки и топот моих ног эхом отражались от стен туннеля, создавая сильную акустику. Тени двигались, и казалось, что каждый мой шаг переходит к их быстрым движениям, а я лишь подражатель, пытающийся скопировать их незаметные маневры во тьме.
Девочка остановилась у входа в большую яркую комнату, где от мраморного пола, на котором был нарисован огромный черный круг с разными неизвестными мне узорами,
