Это подействовало. Секретарь неохотно, но спросил, обязательно ли эта встреча должна состояться поздно вечером. Бен продолжал настаивать на этом. Потом наступила пауза, во время которой секретарь явно переговорил с боссом, после чего объявил, что встреча состоится в Граум-Вит ровно в девять часов вечера. Разговор был окончен. Голос секретаря звучал угрожающе, но для Бена это сейчас было не важно. Его свидание с Микелом должно состояться сегодня, иначе весь план летит к чертям.
Бен очнулся от своих раздумий, потому что Майлз вдруг сбавил скорость и свернул налево, на узкую дорогу с односторонним движением, по обе стороны которой стеной стояли деревья, а за ними начинался лес. Освещали дорогу только фары редких машин, да еще доходил сюда свет из одиноких домов, стоявших в отдалении от дороги. Постепенно лес по обе стороны дороги сменился виноградниками, которым не видно было конца. Бен подумал об Ивице, она лежала в багажнике, тщательно укутанная в одеяла. Ему очень хотелось посмотреть, как она себя чувствует, но это значило бы нарушить их план. После выезда из мотеля они не должны были останавливаться до тех пор, пока…
Бен зажмурился от неожиданно яркого света. Подъезд к замку был освещен сильными прожекторами, причем они зажигались в момент приближения лимузина. Когда машина въехала на вершину холма, они увидели башни замка Граум-Вит. И хотя до замка было еще неблизко, они вполне могли разглядеть его. Уже начал опускаться подъемный мост через ров, и поднялась решетка, загораживающая ворота. Крепость была окружена земляным валом и проволочными заграждениями. Лимузин подъехал к массивным железным воротам в каменной стене, которая тянулась по всему периметру огромной крепости.
Бен невольно вздрогнул. Как странно и зловеще выглядел этот «замок»!
Железные ворота бесшумно открылись, и лимузин въехал внутрь. Майлз угрюмо молчал. Бен понимал, что сейчас должен был чувствовать его приятель.
Извилистая дорога была ярко освещена, а по обе стороны ее тянулись водосточные канавы. По замыслу владельца замка, дорога здесь должна существовать только одна.
Впервые с начала этого предприятия Бен начал сомневаться в успехе. Граум-Вит был похож на огромное фантастическое чудовище со своими башнями, бойницами, валами, охраной, прожекторами, колючей проволокой, эта крепость действительно гораздо больше напоминала тюрьму, нежели замок. По сути дела, они прибыли в тюрьму, потому что здесь никто не сможет их защитить. Бен почувствовал тревогу. Каким глупцом он оказался! Он-то думал, что все еще находится в мире небоскребов и реактивных двигателей. Но Граум-Вит принадлежал к другому миру, к тому, который Бен узнал пару лет назад, с тех пор как купил свое королевство. Пусть этот замок окружен современными городами — все же он представляет собой часть Заземелья! Но здесь нет Паладина, который мог бы вступиться за него, нет Тьюса, который мог дать ему совет или даже помочь своим волшебством. Если он, Бен, сделает промах, это может окончиться трагически.
Извилистая дорога закончилась, и они въехали на следующий подъемный мост. Поднялась следующая решетка, открылись ворота, и лимузин въехал во внутренний двор замка. Ухоженные газоны и клумбы не могли уменьшить гнетущего впечатления от мрачных каменных стен и зарешеченных окон.
— Замечательно! — проворчал Майлз.
Бен промолчал. Он уже овладел собой. Ведь прежде, в бытность адвокатом, ему случалось приезжать в тюрьмы. Считай, что он приехал в тюрьму в очередной раз — ни больше ни меньше.
Майлз остановил машину у главного входа, вышел из нее и открыл дверцу, чтобы выпустить Бена. Бен вышел во двор замка и осмотрелся. Двор был освещен прожекторами. «Слишком много света», — подумал он. Все выходы охраняла стража, вооруженные люди прохаживались вдоль стен. Их здесь тоже было с избытком.
Привратник молча отворил тяжелую дубовую с бронзовыми украшениями дверь и остановился, ожидая гостя.
— Счастливо, док, — прошептал Майлз, закрыв дверцу машины.
Бен натужно улыбнулся, поднялся по ступенькам и исчез в замке.
Майлз подождал несколько минут, затем осторожно огляделся. Двери замка были уже снова закрыты. Во дворе не было никого, кроме патрулировавших часовых. Майлз покачал головой. Он быстро открыл багажник, стараясь казаться совершенно спокойным. Потом вытащил из багажника ветошь. Старался не смотреть на Ивицу, которая лежала там, скорчившись в одеялах. Оставив багажник открытым, «шофер» начал протирать ветошью ветровое стекло машины. Из темноты выступили двое в черной форме, вооруженные автоматами. Они стали молча наблюдать за Майлзом. Тот продолжал протирать стекло. «Вряд ли Ивице удастся провернуть задуманное», — мелькнула тревожная мысль.
Часовые направились в его сторону. Майлз похолодел. Надо было придумать что-то. Он поднял капот и стал делать вид, будто осматривает мотор автомобиля. Никогда еще Майлз не оказывался в такой западне, и никогда не было вокруг него столько враждебно настроенных людей, да к тому же с оружием. Он чувствовал, что за ним следят десятки глаз. И все они, эти глаза, могут заметить Ивицу, когда она попытается проскользнуть к двери замка.
Закончив с «осмотром», Майлз опустил капот. Он готов был поклясться, что никого, кроме охраны, во дворе не было. Чего же он ждет? И чего она ждет, черт побери?! Ох уж этот чумной док с его идиотским планом!
Майлз вернулся к багажнику, готовый послать все к чертям, уверенный, что план провалился. Каково же было его удивление, когда он увидел, что Ивицы и след простыл.
Привратник у входа обыскал Бена, но не нашел ни оружия, ни электроники (да и не мог найти — их не было). Оба молчали. По окончании обыска Бен пошел за привратником по узкому сводчатому коридору, украшенному гобеленами, старинным оружием, картинами в золоченых рамах. Наконец привратник открыл большие дубовые двери, и они прошли в кабинет. Это не была комната со стеллажами, столиком и креслом, какие обычно называют кабинетами. Они находились в настоящем старинном кабинете в английском стиле с десятком огромных кресел и несколькими столиками вроде тех, что можно увидеть в фильмах про Шерлока Холмса, когда за подобными столиками сидят персонажи фильма, пьют бренди и обсуждают убийства. В огромном, во всю стену высотой, камине пылало пламя. Два больших зарешеченных окна выходили в сад. Привратник, пропустив Бена в кабинет, закрыл за ним двери и удалился. Микел Ард Ри, очевидно, сидевший в одном из кресел, внезапно вырос посреди кабинета, словно воплотившееся призрачное существо. Это был высокий костлявый брюнет в сером комбинезоне и низких сапогах, что выглядело здесь довольно странно. Но взгляд Микела Ард Ри не сулил ничего хорошего, его черные глаза глядели зловеще, а на худом лице словно застыло выражение неприязни. Микел не подал гостю руки, не пригласил его сесть, не поздоровался даже наклоном головы. Он просто молча изучал его. Наконец тихо сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
