Демотт пришел в себя, дрожа от холода в какой-то неуклюжей позе. Руки были закинуты за спину, чем-то прижаты. Ему было необходимо развести руки, выпрямить их, вернуть им возможность действовать. Он попытался выпрямиться и с ужасом осознал, что кисти рук у него связаны и привязаны к чему-то.
Он застонал и сделал попытку подняться, немедленно из темноты за его спиной пришел голос.
— Ах, мистер Демотт, — сказал отдаленно знакомый голос. — Нет смысла даже пытаться. Вы пристегнуты к металлическому кольцу, вмонтированному в бетон. Это кольцо прямо на пути драглайна номер один, который вы можете видеть и слышать, он всего в нескольких футах от вас. Рычаги управления зафиксированы в такой позиции, что середина правого башмака придется как раз на то место, где вы находитесь. Прощайте, мистер Демотт. Вам осталось жить меньше двух минут.
В голове Демотта прояснилось от страха.
— Сволочи! — крикнул он. — Садисты! Вернитесь немедленно! — Но, даже произнося это, он понимал всю бесполезность. В свисте ветра и невыносимом скрежете драглайна его голос был неразличим. Он обернулся назад и понял, что находится почти на самом краю карьера, граница черной бездны была не дальше одного ярда. Прямо перед ним был башмак драглайна, их разделяло не более пятнадцати футов. Спереди башмак был подобен надвигавшемуся танку. Над ним была стрела крана, перечеркнувшая небо сердитой чертой.
Демотт прекратил кричать и стал сражаться с наручниками. Он почувствовал какую-то возможность движения: почувствовал, что цепь пропущена через кольцо в земле. Он стал дергать ее взад-вперед в надежде, что мерзлый металл не выдержит и лопнет, но единственно чего добился, это натер себе запястья и к тому же теперь они были открыты морозу. Он чувствовал, как ледяная сталь вгрызается в обнаженную кожу. Обморожение, подумал он, но какое значение имеет обморожение, если он сейчас будет раздавлен как букашка.
— Кармоди! — крикнул он. — Помогите! — «Куда делся Кармоди? Почему не ищет меня»? — подумал Демотт.
Он снова попытался перетереть цепь, но задохнулся. Башмак, подбираясь дюйм за дюймом, уже был всего в двенадцати футах. Вой электромоторов заполнил ночное пространство, словно сам ад готов был разверзнуться перед Демоттом. Он попытался сдвинуться максимально влево, потом вправо, в надежде убрать тело с траектории движения башмака, но все было напрасно.
Башмак имел в ширину десять футов, а Демотта приковали как раз на осевой. Монстрова траектория была точно выверена.
Демотт застыл в неподвижности, испытывая боль и обреченность. Вдруг в его сознании стали вспыхивать образы, разбуженные как по волшебству крайней степенью испытываемой им безысходности. Он снова пережил ужасные секунды столкновения машин, в котором убило его жену; момент, когда взрывом его сбросило с бурильной платформы в воды Мексиканского залива, кишащего акулами….
Наткнувшийся на него луч фонарика вывел Демотта из оцепенения. Потом он услышал крик, изданный высоким женским голосом.
— Карин!
— Бог мой! — крикнула она. — Что случилось? О, боже! — Она бросилась бежать прочь. — Ждите! — крикнула она оглянувшись.
Демотт видел, как она упала, вскочила и понеслась дальше, повернула за угол башмака, только свет фонарика неистово метался во тьме. Он что-то кричал ей, но Карин уже исчезла. Она сказала: «ждите». Ждать! Как можно так говорить? Как он может ждать? Чего? Башмак не дальше десяти футов. Минута, ну несколькими секундами больше, или меньше.
Он почувствовал, что глаза наполнились слезами, то ли от страха, то ли от облегчения или признательности, он не мог сказать. Демотт плакал как ребенок.
Секунды вдруг понеслись, он начал считать, досчитал до десяти и больше был не в силах. Его посетило новое видение: ужасного процесса постепенного уничтожения его тела башмаком. Сначала он скормит монстру ноги. Сможет ли он? Сможет ли он слышать и видеть как стопы, щиколотки, голени и колени будут вдавливаться в мерзлую тундру? Нет, лучше быстрый конец: он подставит первой голову. Но как это произойдет? Помоги мне, господи! Слышать, как треснет череп, ощущать эту неимоверную тяжесть! Нет! Невозможно! Никогда!
Он снова заорал:
— Кармоди!
И, словно чудо, пришел отклик. Свет фар прорезал тьму и скользнул по нему, когда машина повернула. Демотт смотрел недоверчиво, как ускорилось движение света, направляясь прямо на него и на башмак. Вот машина замедлила ход, но не остановилась. Водитель неохотно подводил ее к передней панели башмака в отчаянной попытке остановить монстра. Раздался треск, звон стекла, в тот же момент дверь джипа распахнулась и Карин выбросилась из него.
Джип был рядом с ним, и казалось чудом, что Демотт не попал под его колеса. Левое колесо почти касалось его. В следующий момент Демотт увидел, что колеса стали разъезжаться в стороны под грузом надвигающегося башмака.
Карин оставила открытой багажную дверцу джипа. Теперь она выхватила оттуда ящик с инструментами и поставила его за спиной Демотта.
— Не двигайтесь! — крикнула она, перекрывая адский шум. — Нет, подвиньтесь немного назад. Так. Не двигайтесь теперь. Я нашла клещи.
Демотт подвинулся назад, как она велела, и ждал безмолвно, испытывая ужасное напряжение. Он видел колеса джипа снова приближающиеся к нему. Заднее колесо уже касалось его ноги. Джип подобно детской игрушке толкало вперед. Теперь он стал как бы продолжением башмака и представлял новую опасность: Демотту предстояло попасть сначала под него, а уж потом под сам башмак.
Он чувствовал, что Карин возится у него за спиной. Вдруг раздался ее вскрик — всхлип:
— Господи, мне не сделать этого! У меня не хватает сил!
Демотт сразу обрел голос.
— Что случилось? — прокричал он.
— Резак! — всхлипнула Карин. — Клещи ухватили цепь, но я не могу их сжать достаточно сильно. Нужны силы!
— Положите один конец на землю, — спокойно скомандовал Демотт. — Одну ручку на землю, а на другую действуйте всем своим весом.
Он чувствовал, что Карин попыталась сделать, как он сказал, но поскользнулась и упала.
— Попытайтесь снова! — крикнул Демотт.
Шум драглайна был оглушающим, вой и скрежет наполняли ночное пространство. Вдруг появился новый звук: резкий треск говорил о том, что громадная стальная подошва башмака примяла какую-то часть тела джипа. Его больше не толкало вперед, а подминало под башмак. Демотт видел, как джип сминался подобно яичной скорлупе. Погасли фары, треском и скрежетом сопровождалось крушение крыши и передних колес.
У Демотта за спиной раздался отчаянный плач Карин:
