Эльфина, вылетает из эпицентра шторма. С копья срывается лазерный луч, Эльфина замахивается для удара, копье звенит о мой Жезл силы, точно столкнулись два колокола. Включаю карманный акустический глушитель; Эльфина шатается, падает…
Оглядываюсь: витрина разбита вдребезги. Когда это случилось? Гул и грохот сотрясает окна во всех соседних домах. Небо темнеет, грозовые тучи сгущаются над Манхэттеном. Жезл мой раскрывается, словно по волшебству, пылает изнутри. Вокруг меня формируется энергетическая решетка.
Льет дождь. Движение транспорта перекрыто на много кварталов вокруг. Силовое поле бледнеет, шипит под дождем. Дева вернулась; мы сталкиваемся в рукопашной, охваченные голубым пламенем. Я долго не выдержу… Дикарь ухватил автомобиль, держит на вытянутых руках над головой, балансирует… симпатичный седанчик! Все хрустит, в багажнике что-то грохочет, но он напрягается, размахивается, швыряет… Их слишком много! Разгорается свет на кончике эльфийского копья, я отшатываюсь… но жар чувствуется!
Битва на миг замирает, словно в переполненном баре на секунду воцаряется тишина. Эльфина вздымает копье высоко над головой… Дважды ослепительно вспыхивает молния! Запах дождя, пар… зловоние плавящегося асфальта напоминает о летней жаре… Жезл силы поглощает заряд, но грохот и сотрясение сбивают с ног. Тротуар под ногами покрывается трещинами.
Чистой победы не выйдет. На Гудзоне меня ждет подлодка. Если удастся прорваться на Восемьдесят третью, то им меня не видать…
Сердито зыркаю на сборище врагов и швыряю дымовую шашку. Сдергиваю крышку люка, ныряю в канализационную систему. Жезлом запаиваю крышку изнутри — на минуту их задержит. Заряда в Жезле почти не осталось.
Глаза привыкают к полумраку, различаю знакомую кафельную кладку на полу и на потолке. Не в первый раз в канализации. Как тихо! К запаху постепенно привыкаешь… Даже не верится, что под Манхэттеном такая тишина. Под ногами — пара дюймов относительно чистой воды. В нескольких кварталах отсюда меня ждет солнечный свет — и свобода.
— Что случилось со Сполохом? — Тихий голос Черного Волка разносится по туннелям. Ну конечно! То-то его в драке не видно было. Видно, подготовился на несколько ходов вперед, изучил схему канализационных путей, спустился и поджидал меня. Стоит, театрально похрустывая костяшками пальцев.
— Черный Волк, это не моих рук дело! Не того ловишь!
Зря я врезал его бывшей жене…
Нож, срикошетив от кафельной плитки, летит мне в голову… Нацеливаю Жезл, пытаюсь выстрелить, но Волк предвидит все. Он уже в воздухе, уцепился за сточную трубу под потолком, раскачивается, лягает меня в грудь…
У него нет никаких способностей, он страшен сам по себе, а двигается так грациозно, что отвлекаешься и забываешь сосредоточиться. Как он этому научился? Какие первобытные эмоции заставляют его переодеваться в зверя? Что помогает ему сражаться? Кого он видит, глядя на меня?
Пытаюсь встать. Ноги подкашиваются… Он не спешит; стоит и ждет, пока я выпрямлюсь.
— Как тебе удалось? — настойчиво спрашивает он. — Как ты его убил?
Бьет, не давая ответить, не позволяя даже двинуться. У меня быстрая реакция, но Черный Волк — настоящий дьявол! В канализационном колодце мы вдвоем; телевизионных камер нет, и он не станет сдерживаться. Ему нравится драться.
— Что, иридий? — рычит он.
— Не знаю! Это не я!
Ныряю под него, но ему известен этот прием. Хватает меня за запястье, с размаха швыряет о стену.
— Черная дыра? Магия? — Он бьет меня в висок.
Я опрокидываюсь в грязь.
Пинок в живот, мелочь дождем сыпется из карманов. Он предугадывает любое мое движение. Надо его ошарашить, вывести из себя…
— Жену спроси! — хрипло выдыхаю я.
Он расслышал.
— Что?
На миг Черный Волк застывает, утратив грациозность. Рывок, захват — и я резко выворачиваю ему голень. Отчаяние придает сил, я вздымаю его над головой, раскручиваю в воздухе и шмякаю об стену. Кажется, оглушил…
Шатаясь, бреду вперед; шлепаю по слякотному мусору, надеясь, что он не поднимется и не погонится за мной… Я слишком устал, я больше ничего не могу.
Я не готов. Постоянно забываю об этом, а потом оказывается слишком поздно. Вот он, просчет в моем плане, из-за которого я все время проигрываю. Человек, менее склонный к размышлениям, не заметил бы, но я же — гений!
Приближается последний этап моего плана — я пока его не додумал. Нужно как можно быстрее стать неуязвимым! Пока не взошла луна…
В стену вделаны перекладины. Карабкаюсь наверх, на свежий воздух; вываливаюсь на тротуар; едва дышу, упав на карачки. Осталось два квартала… Вокруг мельтешат прохожие, не подозревая о моем сражении. Вдруг все задирают головы к небу.
Меня срывает с земли, я задыхаюсь… Дева хватает меня за лацканы пиджака, тащит вверх. Все выше и выше, этаж за этажом, прочь из ущелий Бродвея… На затылке — ее горячее дыхание… Взмываем над самыми высокими крышами. На долю секунду я застываю над городом, парю в лучах послеполуденного солнца, сверкаю, точно самый настоящий герой…
Придя в себя от шока, соображаю, что руки мои свободны! За щекой у меня спрятана миниатюрная капсула — порция газа, купленного у инопланетного торговца, атмосфера покрытой океаном планеты в сорока световых годах отсюда.
Хватаю ее за руки, прокусываю щеку и целую Деву в губы. Последний шанс. Этот прием я долгие годы держал в запасе. От изумления она распахивает рот и сглатывает мое отравленное дыхание.
Дева теряет сознание и падает, а я парю за счет кончающегося заряда своего Жезла. Она очнется через десять минут, но я буду далеко. Повезло! Лениво дрейфую в потоке воздуха: ветер несет меня на запад, над общежитиями Колумбийского университета, над деревьями вдоль набережной, прямо к Гудзону.
Снижаюсь к темной воде. Мне навстречу всплывает подводная лодка. У меня уже появилась задумка, куда направлюсь. В следующий раз мне так легко не уйти. Последний взгляд на Манхэттен, шутовской поклон на прощание — и я погружаюсь в глубину.
Глава четырнадцатая
Долгожданная встреча
Мы с Лили не спим, прочесываем руины вчерашней битвы, выискиваем улики, следы: откуда взялся Доктор Невозможный? Что замышляет?
Нас послали разбираться в наказание за пропущенную битву: я отвлеклась на ложный след в Пенсильвании, Лили тоже умудрилась все пропустить — выходной себе устроила. Где был Мистер Мистик — никто не знает. Дева в скверном настроении. После похорон все ходят мрачные.
О вчерашнем сражении никто из «Чемпионов» не распространяется. Подробности я узнала из газет. Похоже, дело обстояло так: Черный Волк наткнулся на Доктора Невозможного (без костюма), поднял всех по тревоге. После обычного обмена любезностями Доктор Невозможный разгромил команду (телевидение организовало прямую трансляцию битвы) и сбежал неизвестным способом. Черный Волк поединок с Доктором проиграл; у Девы — нашей красы и гордости — обнаружилось слабое место, о котором базы данных умалчивают. Дикарь угодил в больницу, похоже, надолго. Журналисты рвут нас в лоскуты.
