«Кажется, наследник лорда Теннанта понравился Патриции больше, чем его младший брат. Очень хорошо, но так необычно для нее — нападать на насмешника. И к тому же неразумно, этот Мармадьюк может оказаться мстительным и очернить нас в глазах матери», — успела подумать Лорен, прежде чем идущий рядом с ней джентльмен заговорил.
— Позвольте спросить вас, мисс Эванс, откуда приехала ваша подруга? Я никак не могу определить это по ее манере говорить, но она, без сомнения, недавно в Лондоне.
«Определенно, с этим человеком надо держаться с осторожностью, — промелькнуло в голове молодой леди. — Мне еще немало предстоит заниматься с Пат, но я надеялась, что ее произношение не так уж бросается в глаза. Увы, я ошиблась».
— Патриция приехала из Ливерпуля, сэр, — любезно ответила она.
— А родители мисс Уайт…
— Ее матушка умерла много лет назад, а отец сейчас в Ливерпуле, у него там дела.
— И какого же рода дела? — продолжал расспрашивать настырный юноша.
— Кажется, он владеет верфью, и частью банка, и чем-то еще… Я не очень в этом разбираюсь. — Лорен было очень любопытно узнать, что скажет на это ее собеседник.
Теннант недобро улыбнулся:
— Теперь я понимаю, почему ваша подруга ведет себя как необъезженная лошадь. Вероятно, ее батюшка ест прямо в своей конторе, а в его доме постоянно обретаются должники или кредиторы.
— Как можно быть таким злым? — Лорен вспыхнула от досады, возможно ли, чтобы джентльмен отзывался подобным образом о леди в присутствии другой леди, ее подруги?
— В душе вы наверняка согласны со мной, но не желаете в этом сознаться, вы-то не похожи на жительницу Ливерпуля, — без всякого смущения ответил мистер Мармадьюк. — Я же люблю произносить вслух то, что другие думают, и наслаждаюсь произведенным эффектом.
Лорен догадалась, что в первой фразе скрыт комплимент, но в остальном этот молодой человек произвел на нее самое неблагоприятное впечатление. Она хотела бы поскорее дойти до ложи леди Теннант, но продвигаться быстро в толпе не получалось.
— Мистер Уайт выглядит как джентльмен, — сказала она с нажимом на последнем слове, — а Патриция — очень добрая и славная девушка.
— Что ж, раз вы так говорите, значит, мне придется в это поверить, если я не хочу заслужить в ваших глазах репутацию негодяя.
«Вы ее уже заслужили», — Лорен не стала говорить этого, она уже встречала людей такого склада прежде, мужчин и женщин, и предпочитала не ссориться с ними.
— Вы давно дружны с мисс Уайт? У нее есть братья или сестры? — В своих расспросах молодой Теннант не уступал бестактностью мистеру Уайту, которого уже презирал, хотя никогда в жизни не видел.
— Мы познакомились два месяца назад, сэр. Она — единственное дитя своего отца. — Лорен пора было задуматься, чем объясняется настойчивость мистера Мармадьюка.
— У вашего отца какие-то дела с мистером Уайтом, верно? Иначе ваши пути с мисс Уайт навряд ли пересеклись бы. Мне кажется, я встречал вас раньше, возможно, на балу или в театре…
— Мой отец умер, мистер Теннант. Сейчас я — гостья мисс Уайт. — Краткость ответов леди ничуть не беспокоила джентльмена, напротив, побуждала его к новым вопросам.
— Простите мне это любопытство, стоит мне увидеть хорошенькую девушку, я хочу знать о ней все. — Сердце доверчивой леди покорила бы его улыбка, будь в ней побольше добродушия.
Лорен вынуждена была вежливо улыбнуться, ради его матери и старшего брата. К ее радости, отвечать ей не пришлось, они наконец догнали Пат и мистера Ричарда Теннанта почти у самой двери в ложу леди Теннант.
Леди Теннант беседовала со своей подругой и джентльменом лет тридцати, чрезвычайно оживившимся при появлении двух прелестных девушек. Мистер Ричард Теннант с воодушевлением представил обеих леди друзьям своей матери, и завязался легкий разговор о спектакле.
Патриция враз растеряла свою храбрость, и Лорен пришлось улыбаться и снова отвечать на вопросы о себе и Пат, пусть и заданные в более учтивой форме, но от того не менее тягостные. Леди Теннант не проявила особой радости при виде молоденьких соседок, но в присутствии своих знакомых вынуждена была держаться приветливо и радушно. Приглашение на чай в четверг было сделано, пусть и при помощи достопочтенного Ричарда Теннанта, и принято с благодарностью, после чего старший из братьев проводил подруг до их ложи, где задержался на несколько минут поболтать с леди Вудкотт. По договоренности с мистером Кроу леди Вудкотт представлялась дальней родственницей мисс Эванс, чтобы объяснить присутствие девушек в ложе, занимаемой старой леди.
Во время спектакля Пат не могла удержаться от высказанного шепотом возмущения в адрес мистера Мармадьюка Теннанта.
— Как в одной семье могли вырасти два столь разных человека? Ричард так мил и приветлив, а его брат — типичный злодей из романа, только гораздо менее привлекательный.
— Ты не можешь называть будущего лорда Теннанта просто Ричардом, дорогая. На мой взгляд, его младший брат весьма привлекателен, наверное, в молодости их мать была замечательной красавицей. Но не пытайся дерзить мистеру Мармадьюку, он все равно превзойдет тебя, да еще придумает о нас какую-нибудь сплетню. Мы получили приглашение на чай и познакомились с подругой леди Теннант и ее племянником, это даже превосходит мои ожидания на сегодняшний вечер.
— Насколько все же мистер Брэдли приятнее в манерах. Жаль, что он не родился лордом, — пробормотала Пат.
Лорен предпочла сделать вид, что не услышала этой фразы, ей совсем не хотелось поддерживать разговор о мистере Брэдли.
На чаепитие к леди Теннант собралось несколько соседей, и мисс Эванс с мисс Уайт ничем не выделялись среди приглашенных леди, разве только своей красотой.
В первые минуты Лорен была удивлена любезностью, с какой леди Теннант встретила их с Пат, но по тому, как заботливая матушка выразительно взглянула на младшего сына, тотчас устремившегося к мисс Уайт, чтобы ее усадить, Лорен тотчас обо всем догадалась.
Интрига выглядела такой прозрачной, что, кажется, стала ясной даже Патриции, тут же заговорившей со своей соседкой справа, полной вялой девушкой, словно мистера Мармадьюка Теннанта и вовсе не было рядом.
Очевидно, что он известил свою матушку о финансовом положении мистера Уайта и о том, что мисс Уайт в положенное время унаследует громадное состояние. Что может быть лучше для второго сына лорда, чем брак с богатой наследницей? Леди Теннант, при всей своей гордыне, не была глупой женщиной и умела смотреть в будущее. Подобные неравные браки уже не являлись редкостью и вызывали в светском обществе столько же осуждения, сколько и зависти.
