Читаем без скачивания За все надо платить - Александра Маринина

Тришкан был слегка разочарован, но надежды не терял. Его догадка оказалась неверной, но зато он сделал полезное дело – воткнул в квартиру Мацур «жучок», а там, глядишь, что и высветится.

Когда сотрудники, сидящие с ним в одном кабинете, стали собираться домой, он еще остался на работе.

– Начальство подсиживаешь? – дежурно пошутил старший инспектор, запирая свой сейф и пряча ключи в «дипломат».

– Звонка жду, – виновато улыбнулся в ответ Виктор. – Никогда моя принцесса вовремя не позвонит, каждый раз сижу как привязанный.

– А ты не сиди, – посоветовал другой коллега. – Собирайся да иди домой, чего ты ее балуешь.

– Нельзя, – покачал головой Тришкан. – С ней не забалуешь, характер тяжелый.

– Ну счастливо тогда, – попрощались сотрудники и ушли, оставив его в одиночестве.

Но ждал он не зря. В половине восьмого ему сообщили, что Анастасия Каменская вышла из здания ГУВД, но направилась не к метро, как обычно, а в совершенно противоположную сторону, вышла на Садовое кольцо и идет в направлении Новослободской улицы. Еще через пятнадцать минут выяснилось, что она зашла в небольшой грузинский ресторанчик. Виктор выскочил из кабинета как ошпаренный, на ходу застегивая плащ, подбежал к своей машине и помчался на Новослободскую. В ресторанчик заходить он не стал, ему почему-то было ужасно неприятно видеть Каменскую. Послал одного из наблюдателей.

– Она сидит за столиком вместе с пожилым человеком, – сообщил наблюдатель, выйдя из ресторана.

– Какой из себя?

– Высокий, крепкий, совсем седой. Лицо грубоватое, как из камня вытесанное.

Денисов, подумал Виктор. Это не кто иной как Денисов. Ну и нахальная же девка эта Каменская! Арсен ее пугает, дает понять, что она под постоянным присмотром, а она у всех на виду встречается с Денисовым, хотя по всему выходит, что они должны скрывать свои контакты. Неужели Эдуард действительно замыслил комбинацию против конторы? Похоже, что так, иначе зачем им встречаться? Официально у них разговоры могут быть только по поводу Тарадина, а в них нет ничего секретного, работа Тарадина и помощь Каменской ни от кого не скрываются. Об этом можно и по телефону поговорить, даже если и прослушивают, то пусть. А вот тот факт, что Денисов появился в Москве и кинулся встречаться с крыской, говорит о том, что у них есть и секретная часть общего дела, которую они не могут доверить телефону. Значит, Арсен был прав.

В этот момент Виктор испытал такой прилив ненависти к Каменской, что даже сам удивился. Как эта девка смеет не бояться! Как у нее наглости хватает открыто идти в ресторан с Денисовым! Неужели она так уверена в своих силах, неужели у нее такая фантастическая выдержка и хладнокровие? Конечно, если это так, то немудрено, что Арсен хочет ее переманить, сделать своей опорой, правой рукой. Но это не должно быть так, решил Виктор Тришкан. Не должно. И не будет. Пусть Арсен думает, что она глупая трусливая курица, ничем не лучше других. Пусть Арсен поймет, что ошибся в ней.

– Вы плохо выглядите, Анастасия, – заметил Эдуард Петрович Денисов, целуя Насте руку и пододвигая ей стул. – Но я все равно очень рад вас видеть.

– И я рада вас видеть. Спасибо, что приехали, да еще так быстро.

– Как же я мог не приехать, если вы просите? – удивился Денисов. – Что вам налить? Я помню, вы любите мартини, его сейчас принесут. Может быть, пока сок или воду?

– Сок, пожалуйста. Эдуард Петрович, давайте сразу покончим с делами, хорошо?

– Как скажете. Только сначала сделаем заказ, чтобы не прерываться. Вы будете смотреть меню или мне доверите?

– Доверю, – улыбнулась Настя. – Насколько я помню, вы хорошо изучили мои кулинарные пристрастия.

Подскочил официант – парнишка с типично русской внешностью, который почему-то старался казаться похожим на кавказца при помощи усов и легкого акцента. Денисов сделал заказ, при этом Настя не поняла почти ни одного слова, кроме «горячее», «холодное» и «не острое». Когда официант умчался, Эдуард Петрович спокойно сложил на столе массивные руки и выжидающе посмотрел на нее.

– Теперь можно и о делах. Так что у вас случилось, Анастасия?

– Боюсь, Эдуард Петрович, что случилось не у меня, а у вас, хотя меня это тоже некоторым образом касается. Я свою часть работы выполнила, вашему Владимиру Антоновичу помогла, как сумела. Он вычислил тех людей, которые вас интересуют, но людей этих в данное время нет в Москве. Однако Владимир Антонович почему-то не уезжает, он до сих пор находится в Москве, хотя делать ему здесь совершенно нечего. Одновременно с этим некая группа товарищей изо всех сил мешает ему и мне установить, куда выехали те люди, которых искал Тарадин.

– Что за люди? – вскинул брови Денисов. – Вы их знаете?

– Нет. Но я с ними регулярно общаюсь, как по телефону, так и при помощи подарков и записок, которые они мне присылают. Их кто-то натравил на меня, причем именно на меня, Тарадина они не трогают. Конечно, они мешают, но ему они не звонят и в контакт с ним не вступают. И это наводит меня, Эдуард Петрович, на грустные мысли.

Она умолкла и потянулась за сигаретами. Денисов терпеливо ждал, пока она прикурит и сделает несколько затяжек. Пауза затянулась, молчание сделалось тягостным.

– И каковы эти грустные мысли? – наконец спросил Денисов.

– А таковы, что ваш Тарадин каким-то образом связан с этими людьми. Вот посмотрите: поняв, что каналы информации об интересующих его людях полностью перекрыты, причем умело и оперативно, он должен был, по идее, немедленно убраться отсюда, вернуться к вам, доложить и вместе с вами подумать, что бы это означало. Он не уехал. Значит, он продолжает искать, пытается еще что-то предпринять. Тогда его непременно должны были остановить, причем самым радикальным способом. Поверьте мне, я знаю методы работы этих людей, я уже сталкивалась с ними, для них убить человека ничего не стоит. И вот у меня выстроились в ряд три вопроса. Первый: почему Тарадин не уехал? Второй: если он не уехал потому, что продолжает искать, то почему они его не трогают и не пытаются остановить? И третий: если они все-таки его тронули, то почему он скрывает это от меня?

– Я так понимаю, что ответы на эти вопросы у вас уже есть, – усмехнулся Денисов. – Я могу их услышать?

– Можете. Хотя боюсь, что вам будет неприятно это услышать.

– Ничего, перетерплю. Итак?

– Владимир Антонович Тарадин действует заодно с этими людьми. Именно поэтому они его не трогают и именно поэтому он не уезжает. Он нужен здесь, чтобы контролировать меня. И вот тут-то, Эдуард Петрович, у меня возникает четвертый вопрос. Самый неприятный. Говорить?

– Говорите, – кивнул Денисов.

– Тарадин действует за вашей спиной или по вашему указанию?

«Все, – подумала Настя. – Самое страшное сказано. Или сейчас все разъяснится, или до дома я уже не доеду».

Она смотрела на Денисова, пытаясь прочесть на его лице, о чем он в настоящий момент думает, но лицо Эдуарда Петровича оставалось непроницаемым и неподвижным.

– Это действительно неприятно, – наконец сказал он. – Я пока еще в своем уме, поэтому могу дать вам слово, что Тарадин действует не по моему указанию. А вот то, что он может действовать за моей спиной, нужно проверить, и немедленно. У вас есть варианты, как это лучше всего сделать?

«Он врет, – с тоской подумала Настя. – Боже мой, все было напрасно! Никакого недоразумения нет. Никакого логичного объяснения нет. Он врет. Я сама себе подписала приговор. Ну и черт с ним, теперь уже все равно, можно идти до конца. Я так все испортила, что хуже уже не будет».

– Я думаю, – медленно сказала она, выводя ножом замысловатые узоры на клетчатой скатерти, – вам нужно поговорить с вашим племянником.

Брови Эдуарда Петровича взлетели вверх, почти коснувшись линии волос. Такое изумление трудно сыграть, нужно быть превосходным актером, но кто сказал, что Денисов – плохой актер?

– А при чем тут мой племянник? Вы имеете в виду Мишу?

– Я имею в виду Михаила Владимировича Шоринова. А что, вы правда не знаете, при чем тут он?

– Постойте, – прошептал Денисов и сделал торопливый жест рукой, словно боялся, что еще одно сказанное Настей слово сыграет роль детонатора и бомба немедленно взорвется. – Помолчите минутку.

Его лицо стало серым, четче обозначились мешки под глазами. Он смотрел не на Настю, а куда-то в сторону. Потом вынул из кармана радиотелефон и набрал номер.

– Здравствуй, Миша, – произнес он спокойно, но по напрягшимся мышцам его лица Настя поняла, каких гигантских усилий стоило ему это показное спокойствие. – Не буду отрывать тебя надолго, у меня только один вопрос к тебе. Та женщина, вдова ученого, – в какой стране она живет? Да просто интересно… Нет-нет, все в порядке. Здорова твоя тетушка, не беспокойся. Так что насчет вдовы? Хорошо, Миша. Всего доброго.

Он убрал антенну, сунул телефон в карман пиджака и задумчиво посмотрел на Настю.