Гном остановился перед Суланой и Равеном, обнажил меч и опустился на колени, чтобы тут же встать.
Тихий ропот прокатился по толпе: церемониал предписывал оставаться коленопреклоненным в знак почтения перед Равеном. Ниал улыбнулась, увидев едва заметную гримаску недовольства на лице высочайшего начальства.
Затем началась торжественная церемония. - Идо из Земли Огня, - возгласил Равен, - с какой целью ты явился сегодня?
- Я пришел представить армии и всему народу свободных Земель мою ученицу, Ниал, из Земли Ветра, для получения титула Всадника Дракона.
- Пусть проследует кандидат, - сказал Равен. Ниал сделала первые шаги по залу.
С необычным ощущением проходила она в одиночку под этим огромным нефом по красному ковру. Взгляды всей толпы были устремлены на нее. Долетал и восхищенный шепот: «Какая молоденькая! Великолепные доспехи! Горделивая походка!»
Подойдя к трону Суланы, она обнажила меч, положила его рядом на пол, наклонила голову и опустилась на колени. Замерла в этом положении, услышала шаги Равена по ковру.
- Как твое имя?
- Ниал.
- Откуда ты?
- Из Земли Ветра.
- Каковы твои цели как Всадника?
- Всеми силами бороться за свободные Земли, отдать жизнь за свободу и за ее величество королеву.
- Сними шлем.
Ниал повиновалась приказу, и из-под шлема показались растрепанные синие волосы и прелестное женское лицо.
Присутствующим потребовалось некоторое время, чтобы запечатлеть этот образ, но реакция не заставила себя ожидать - шум был так силен, что Равену пришлось бросить в толпу несколько разъяренных взглядов, чтобы успокоить аудиторию.
Равен поднял меч:
- Дай мне твою правую руку, Всадник.
Ниал сняла одну перчатку, обнажилась светлая кожа. Равен провел мечом по руке, из раны стала медленно капать кровь.
- Поклянись собственной жизнью на собственной крови.
Ниал подняла руку, чтобы все могли увидеть красную полосу, и громко, уверенно произнесла:
- Клянусь посвятить свою жизнь делу мира. Клянусь положить свой меч за правое дело. Клянусь до последнего конца защищать свободные Земли. Да высохнет кровь н моих жилах и пусть я покину землю, прежде чем нарушу эту клятву.
Равен опустил меч на голову Ниал:
- Ниал из города-башни Салазар, сегодня ты дала свою клятву перед богами и людьми. Твоя плоть и кровь навсегда принадлежат Ордену. Объявляю тебя Всадником Дракона и верным служителем свободных Земель.
Единый крик благословения вырвался из рядов присутствующих Всадников в знак одобрения того, что Ниал вступила в их ряды.
Равен вернул ей меч, и Ниал поднялась с колен. Поклонившись королеве, она повернулась к присутствующим и подняла черный меч.
Аудитория разразилась аплодисментами, и Ниал почувствовала себя победительницей.
Идо встретил ее первым, прижал к груди и посмотрел, не говоря ни слова. Потом ее увлекла за собой толпа незнакомых людей, которые непременно хотели ее поздравить.
Церемония продолжилась на внутреннем дворе, где проводились привычные посвящения. Пока его ученица находилась в центре внимания в окружении жеманных придворных, напомаженных сановников и Всадников, не жалевших поздравлений, советов и дружеских похлопываний по плечу, Идо стоял в стороне под аркадой, отрешенно скучал и наблюдал за торжеством. Он очень хорошо знал цену всем этим знакам уважения. Среди присутствующих не было в этом дворике никого, кто не задавал бы себе вопроса, что надо женщине в армии, или не считал бы это в какой-то степени неудобным.
Гном не мог дождаться, когда может вернуться на базу и спокойно выкурить трубку. Чей-то голос прервал его размышления.
- Не думай, что ты поразил меня своей последней выходкой.
Идо обернулся. Равен, в своих нелепых доспехах, саркастически улыбался.
- Главнокомандующий! И ты в этих местах? - насмешливо воскликнул гном, схватив первый попавшийся стакан и проглотив его содержимое единым духом. - Я тебе не подчинялся, будучи молодым и мягким, и не вижу, с какой стати должен это делать сейчас, когда стал стар и ворчлив.
- С удовольствием признаю, что ты не изменился.
- И ты тоже, - холодно отозвался гном. Оба молча долго смотрели друг на друга.
- Ты никак не можешь забыть, правда, Идо? - наконец спросил Равен.
Идо схватил второй стакан:
- Да уж. И как это так? Равен с досадой махнул рукой:
- Ты хоть раз подумал о моем положении? Если бы ты был на моем месте, ты бы вел себя как я.
Идо почувствовал, что начинает злиться.
- Давай закончим. Это будет лучше для обоих.
- Ты хорошо знаешь, что я считаю тебя великим воином. И… да… и твоя ученица… Допускаю, что ошибся, когда пытался помешать ей поступить в Академию. Тебя это устраивает как свидетельство глубокого покаяния?
Идо нервно постукивал по рукояти своего меча.
- Сколько еще времени ты будешь считать меня опасным?
Равен не ответил.
- А Ниал знает? - неожиданно спросил он.
Идо сжал рукоять меча, его лицо стало темно-лиловым.
- А это ты к чему?
- Чистейшее любопытство. Ну и?… - настаивал Ранен с легкой улыбочкой. - Ты ведь ей об этом не сказал, не так ли?
- Нет.
- Видишь? - ухмыльнулся Равен. - Правда в том, что ты первый не забыл прошлого. Ты даже боишься поговорить об этом с любимой ученицей. Как ты можешь подумать, что я могу это забыть. В крайнем случае я мог бы ей об этом сказать. Что ты об этом думаешь?
Меч Идо медленно вышел из ножен.
- Оставь меня в покое, Равен, или то, что я забуду, будет относиться к званиям и хорошим манерам, - прошипел он.
Равен не смутился:
- Успокойся, успокойся. Это была просто невинная шутка. Во время боя ты за собой следишь, но если не занят - кровь тут же бросается тебе в голову.
Равен, улыбаясь, вышел, а Идо медленно ослабил пальцы на мече. Самое худшее заключалось в том, что этот идиот был прав: хотя прошло немало времени, ему все еще не удавалось забыть. Сколько же еще должно пройти лет, пока наконец он не почувствует, что взял реванш?
На обратном пути Ниал время от времени оборачивалась и исподтишка посматривала на учителя, который был всю дорогу мрачен. Идо настаивал на возвращении и, когда наконец они отлетели, окончательно замкнулся в себе. Это натянутое обиженное выражение лица было ему не свойственно, но девушка не беспокоилась. Когда Идо становился задумчивым, лучше было оставить его в покое.
А потом, у нее было отличное настроение, и ничто и никто не мог ей его испортить.
- Держись! - сказала она Лайо, пришпоривая Оарфа. - Давай-ка подперчим эту поездку!
Да. Она осталась собой довольна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
