18. ПРОТИВНИК
После отъезда Сеннара советник Дагон выполнял его обязанности, но должность Старейшины не давала ему возможности постоянно находиться на театре военных действий в Земле Ветра.
Положение сложилось драматическое. Фронт отступил настолько, что уже располагался почти на границе с Землей Воды. Казалось, что Тиранно серьезно нацелен на эту территорию и стягивает сюда не только силы фамминов, но также гномов и людей. Их присутствие вызывало беспокойство у военных свободных Земель. К страху смерти и чувству подавленности перед лицом противника примешивалось и ощущение предательства. За несколько месяцев армия Тиранно овладела большой территорией.
- Как «почему»? - нервно произнес Неглар. - Да потому, что им нужны подкрепления. - Он не ожидал, что гном окажется таким занудой.
Идо широко шагал взад-вперед по кабинету начальника базы и нервничал.
- Я предпочел бы остаться здесь.
- Об этом и речи быть не может. Ты прекрасный воин. Там нужны люди вроде тебя, Идо. Это не обсуждается. Вы едете - и все.
Ниал молчала. Перспектива повоевать на фронте Земли Ветра не казалась ей неприятной. Это была Земля, на которой она жила девочкой, и сражаться за этот народ Гнало ее долгом. Но похоже, Идо не был того же мнения.
Гном раскурил трубку и взглянул Неглару в глаза: - Есть соображения… своевременности, по которым меня не следовало бы туда посылать.
Неглар выдержал его взгляд.
- Не знаю, о чем ты говоришь, - сказал он холодно.
- Кто отдал этот приказ?
- А как ты думаешь? Равен, конечно.
Идо с такой злостью ударил кулаком по столу, что Ниал окаменели.
Неглар провел ладонями по лицу и вздохнул.
- Идо, я ничего тут не могу поделать, ты знаешь.
- К черту! Это не твоя вина! - заключил гном и вышел, хлопнув дверью.
Ниал последовала за ним, пытаясь понять, что так мучает ее учителя, но Идо говорил туманно, а под конец даже невежливо:
- Не нравится мне это место, ясно? И не мучай меня своими вопросами. Не у одной тебя есть пакостные воспоминания.
Ниал прекратила разговоры и решила больше об этом не думать. Раньше и она очень дорожила собственными секретами и хорошо знала, что вопросы иногда могут стать невыносимыми. И все-таки ее любопытство не улеглось.
Случилось так, что через год отсутствия Ниал вернулась в степи Земли Ветра. Она боялась своего появления здесь, потому что это было место утраты всех чувств и иллюзий, и в то же время она считала, что возвращение - важный шаг. С одной стороны, она боялась, что это кончится постоянной гонкой за прошлым, с другой - сознавала, что надо преодолеть и это испытание, иначе никогда не поставить точку на этом периоде ее жизни.
Они остановились в лагере чуть за границей Земли Воды, неподалеку от развалин какой-то башни. В этом месте дышалось спокойно. Ганна, маг, выполняющий обязанности советника в лагере, был просто мальчишкой. Это не являлось проблемой как таковой (Сеннар тоже был очень молод), но этот был до глупости неопытен. Во время заседаний он молчал, говорил, только если его спрашивали, и был не способен высказать хоть какую-то здравую мысль, если даже его об этом просили. Короче, это была катастрофа.
Идо и Ниал, разумеется, не были приняты с распростертыми объятиями: женщина и гном были вовсе не тем, чего ожидали Всадники в качестве достойного подкрепления. Да и комендант лагеря поначалу смотрел на них с подозрением, а потом ограничился пренебрежением и решил не советоваться с ними. Он казался человеком, слишком много повидавшим на своем веку. Комендант был худ и, судя по атлетической фигуре, не очень стар, но лицо все-таки было покрыто множеством морщин, плечи опущены, серые глаза тусклы. Человек, уставший от войны и крови, уставший от жизни. Он представился как Маверн.
Ниал не очень-то беспокоилась. Она привыкла к подобному отношению и знала: чтобы показать, чего она стоит, есть ее меч, он ценнее тысячи дискуссий.
Идо казался расстроенным, но Ниал была уверена, что дело вовсе не в отношении к ним других Всадников. Идо редко выходил из палатки, стал молчаливым и задумчивым.
А вот кто действительно не замедлил завоевать всеобщие симпатии, так это Лайо. Он сразу стал символом лагеря. Всадники перебрасывались с ним шутками и пользовались его услугами, практически он стал конюшим для всех. А впрочем, как можно было его не полюбить? Он был прекрасным помощником, веселым и готовым к услугам - луч света в сумерках войны.
Впервые с начала военной карьеры у Ниал появилось собственное жилище.
Она быстро приспособилась к новому ритму лагерной жизни, но особенно к тому, что бой - это самое главное. На базе она могла неделями не брать меч в руки, в то время как здесь у Всадников почти не было времени, чтобы перевести дыхание между схватками.
Местность кишела шпионами, атаки противника по лагерю не прекращались, а когда все же затихали, все приводили на помощь какому-нибудь соседнему лагерю.
Ниал показала себя в первом же бою, во время атаки им одну из многочисленных башен. Она нарушила распоряжения, согласно которым должна была находиться мо втором эшелоне, присоединилась к другим Всадникам Дракона и бросилась в атаку вместе с Идо. Они привыкли драться вдвоем, были результативны, работали как хорошо отлаженный механизм и очень выручали остальных. Башня была завоевана быстро и без особых потерь.
Ниал, однако, не избежала приличной головомойки. Раньше она могла бы натворить черт знает что, чтобы только защитить свою точку зрения, но на сей раз все выслушала молча и как-то безразлично.
- Вы правы, виновата, но башня, если не ошибаюсь, наша, - только и сказала она под конец, смотря Маверну в глаза.
Эта выходка подняла уважение к Идо и полуэльфийке в глазах Всадников лагеря, которые потихоньку стали их считать абсолютно необходимыми людьми в достижении положительных результатов в любой операции.
За месяц жизнь в новом лагере стала знакомой и вызвала разве что усталость. Ниал много дралась и мало отдыхала. Чувствовала она себя великолепно.
Стояла душная ночь, только полная луна освещала все вокруг.
Жара не давала возможности передохнуть, она просто душила лагерь. Ниал уже забыла, до чего душными бывают ночи на ее Земле. Она устала, думать ни о чем не хотелось, сон мог бы быть лучшим лекарством в ее беспокойном состоянии. Но сон не приходил, а она задыхалась и слушала цикад, которые вовсю расстрекотались в шаге от палатки. Полуэльфийка ненавидела этих насекомых, они действовали ей на нервы. Наконец, она вышла взглянуть на луну и постоять на слабеньком ветерке, затухавшем тут же в степи. Она села с мечом между ног, закрыла глаза и быстро заснула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
