Читаем без скачивания Стража Реальности - Алексей Евтушенко

Я умолк, с видом бывалого человека, спокойно покуривая сигаретку и глядя на весёлое пламя костра.

– Да уж, – сказал Влад. – Ты мне не рассказывал этой истории раньше.

– Как-то не срасталось, – пожал я плечами.

– А стрепет – это кто? – спросила Маша.

– Птица такая, – ответила за меня Марта. – В степях водится.

– Я так и поняла, – сказала Маша. – Но захотела уточнить. Никогда не видела. А он, стрепет этот, и правда трепещет в клетке, если поймать?

– Понятия не имею, – хмыкнул я. – На воле-то я стрепетов встречал, а вот в клетке... Считай это художественным преувеличением.

– Байки у костра – древнейшая форма литературы, – сказал Влад. – А литература без художественного преувеличения не обходится.

– Да ладно вам, – усмехнулся Женька. – Мы уже давно не дети, и байками нас успокаивать не надо. Понимаем, что к чему.

– А что? – спросил Влад.

– И к чему? – подхватил я.

– И, главное, зачем и для чего? – подмигнула Марта.

– Да ну вас! – махнул рукой Женька и засмеялся. – Тоже мне, утешители.

– Уныние – большой грех, – сказал я назидательно. – Хотя, если честно, мне и самому не по себе. Спастись-то мы спаслись, но что делать дальше, лично я совершенно не представляю.

– Может, устроим совет? – предложила Маша. – Всё равно делать особо нечего. Глядишь, что-нибудь и придумаем.

– Легко, – согласился я. – Тогда будем считать, что совет уже начался. Вроде как сам собой. И даже не совет, а просто обсуждение в товарищеском кругу создавшегося положения. Потому что не знаю, как вы, а я органически не переношу всяческих специально назначенных советов, заседаний и совещаний. Засыпаю я на них. Неудержимо.

– Для того, чтобы решить, что делать, нужно как следует обрисовать и уяснить ситуацию, – сказал Женька. – С вашего позволения, я могу попробовать.

– Валяй, – разрешил Никита. – Можно и обрисовать, и уяснить. Лишний раз не помешает.

– Значит, так, – начал Женька. – Поправьте меня, если я ошибусь. Волей неведомой нам и, судя по всему, разумной и могущественной силы мы оказались в каком-то совершенно другом мире. Очень может быть, что это некая планета, находящаяся от Земли на невообразимо далёком расстоянии. Возможно также, что расстояние здесь не играет никакой роли, а мы находимся в очередной альтернативке. Но альтернативке такой... э-э... как бы это сказать... отстранённой, что воспринимается она как другая планета.

– Э, погоди, – сказал Никита. – Ты что же, хочешь сказать, что это, – он широко повёл рукой, – может быть Земля?

– А почему бы и нет? – прищурился Женька.

– Кажется, я понимаю, что имеет в виду Евгений, – приподнял бровь Влад. – Но пусть сам расскажет. Мне интересно, совпадают ли наши мысли.

– А я не понимаю, – заявила Маша. – Как это может быть Землёй? Мы же видели местных животных – у нас таких нет, это точно. Даже в каких-нибудь амазонских джунглях.

– Ты же фотограф, Машенька, – сказал Женька, – а не биолог. Но дело вовсе...

– Я-то, конечно, не биолог, – перебила его Маша, – однако и не полная дура. Сегодня мы видели десятки видов животных и растений. И все они – я подчёркиваю: все – абсолютно никому из нас не знакомы. Ни тебе оленя, ни дикобраза с муравьедом или какой-нибудь долбаной пальмы, не говоря уж о берёзке. Нет, не Земля это, и не фиг мне голову морочить.

– Маш, – примирительно сказал Женька, – ты, главное, не волнуйся. Никому я голову морочить не собираюсь. Просто стараюсь учесть все варианты. Представь на минуту альтернативку, где история пошла по другим рельсам не сто, не двести и даже не тысячу лет назад, а, скажем... ну, не знаю... десять миллионов.

– Или пятьдесят, – негромко сказал Влад.

– Да хоть сто! – с энтузиазмом воскликнул Женька. – Или даже тысячу!

– Ух ты, – восхитилась Марта. – Тысячу миллионов лет назад... Миллиард?

– А почему бы и нет? – В глазах Евгения плясал огонь костра. – Или ещё раньше – три, а то и четыре миллиарда лет назад, когда на Земле только-только зарождалась жизнь. Вот и представьте, что какая-то из альтернативок и возникла тогда и стала развиваться самостоятельно. Могли там через сотни и сотни миллионов лет появиться совсем другие виды живых существ и растений, не те, которых мы знаем? Да запросто! Мало того, я допускаю вариант, что существуют альтернативки Земли, где и вовсе нет человека, а то и жизни как таковой! А что? Теоретически вполне возможно, – Женька с победным видом оглядел всех нас.

– Теоретически возможно, – заметил Влад, – что история пошла по другим рельсам, как ты выражаешься, вообще сразу же после Большого Взрыва. И тогда мы будем иметь дело не с альтернативными Землями, а с альтернативными Вселенными, где Земли и даже Солнечной системы может не быть вовсе. А если они и есть, то там исконными хозяевами являются... да хоть бы и эти наши пятиглазые урукхаи! Соответственно и животные там такие же. Пятиглазые и с пучком щупалец вместо ушей. То есть я хочу повторить и, возможно, усилить мысль, твою мысль. Расстояние вообще может не играть здесь никакой роли. Я имею в виду расстояние, измеряемое в километрах или световых годах. Значение имеет лишь то расстояние, которое отделяет одну альтернативку от другой. Хотя вряд ли здесь подходит вообще слово «расстояние».

– Дистанция? – предложила Марта.

– Может быть, – кивнул Влад. – Или промежуток.

– Ну... да, – сказал Женька. – Нечто в этом роде я и имел в виду.

– Оскар, между прочим, сказал, что мы не на Земле, – напомнил Никита.

– Он сказал, «это не ваша Земля», – уточнила Марта. – Я помню очень хорошо. Вот и пойми, что он имел в виду. Ваша, наша... Я вот с какой Земли? А вы по отношению ко мне? То-то и оно.

– Сам чёрт ногу сломит, – подал голос Никита.

– Не говоря уже о том, что Оскар этот самый непонятный мог и соврать – недорого взять, – сказала Маша.

– Все эти рассуждения весьма интересны, – сказал я. – Но с практической точки зрения мало что нам дают. Вернее, совсем ничего не дают. Не знаю, правду ли говорил Оскар, но уверен, что в одном он не соврал.

– Это в чём же? – поинтересовался Женька.

– В том, что нам надо выжить. Помните? Кто выживет, тот и станет хозяином во Внезеркалье. Вот мы и выживаем.

– Э-э... но ведь Оскар погиб, – сказал Женька. – На наших глазах практически. И это Внезеркалье вместе с ним. Разве не так?

– А бог его знает, – сказал Влад. – Предположения можно строить до бесконечности, Мартин прав. Если Оскар погиб, то почему с нами по-прежнему Локоток? Живой и здоровый, если, конечно, к нему применимы эти понятия.

– Верно, – припомнила Маша. – Оскар говорил, что Локоток – это как бы его неотъемлемая часть. Или что-то в этом роде.

Мы все, как по команде, посмотрели на Локотка.

Он сидел на корточках рядом с нами, взобравшись на обломок толстой сухой ветки и, казалось, завороженно глядел в огонь. Красно-оранжевые блики играли на его «коже», отражались в ней, и создавалось впечатление, что сам Локоток принадлежит этой огненной стихии и вот-вот превратится в пламя и сольётся с костром, исчезнет в нём, как до этого он исчезал в полу и стенах покинутого нами и погибшего в извержении вулкана загадочного «дворца».

– Локоток, а Локоток! – позвала Маша. – Что нам делать?

Искусственный человечек повернул к ней голову, будто слушая, что она говорит, затем слез с ветки, лёг на бок и замер, поджав под себя ноги.

– Мать честная! – засмеялся Влад. – Да он же нам показывает, что утро вечера мудренее, не иначе.

– Точно, – сказал Никита. – Лёг и, типа, уснул. Хороший ответ!

– Не хуже любого другого, – сказала Маша. – Локоток и так помогает нам как может. Он не виноват, что не умеет говорить. Хотя, помнится, Оскар утверждал, что говорить он может. Только редко. Ну, мало ли. Считает, наверное, что так наглядней и понятнее.

– По-твоему, он живой, что ли? – недоверчиво покачал головой Никита. – Брось, Маша. Помнишь, Оскар говорил, что его создали некие хозяева больше миллиона лет назад? То есть Оскар – искусственное существо. Значит, и Локоток – тоже. Как часть Оскара.

– Если на то пошло, то мы вообще не знаем, существо Оскар или кто, – с вызовом ответила Маша. – Кто или что. Я с тобой, Никита, спорить не собираюсь. Потому что с вами, мужиками, спорить вообще бесполезно. А лучше всего послушать, что говорит сердце, и соответственно поступить.

– И что же оно говорит? – с самым внимательным и серьёзным видом осведомилась Марта.

– У тебя в рюкзаке есть какая-нибудь тряпка, не очень нужная прямо сейчас? – спросила в ответ Маша.

– Например?

– Например, майка.

– Есть.

– Давай.

Марта покопалась в рюкзаке и протянула Маше майку:

– Держи.

– Спасибо, – поблагодарила Маша и бережно укрыла майкой Локотка. – Вот так.