я с завистью провожал взглядом семью с детьми или оглядывался на крепких парней, выходящих из спортзала. Мне хотелось семью и подтянутое здоровое тело, но я ничего не делал для этого, а вновь окунался в свои изобретения.
На этот раз я решил прожить так, как мечтал. Что бы ни случилось, я всегда выберу близких мне людей, а не работу.
Я очень ценил то, что досталось мне от Тэджуна, и мысленно благодарил его. Возможно, он не был так амбициозен, как я, и не стремился занять должность начальника отдела, зато у него были близкие люди, наполняющие его жизнь теплом.
* * *
Хан Рим всю ночь провел в разговорах с Чо Никкуном. Оказывается, начальник службы безопасности был в курсе того, что Ван занимается поисками убийцы отца. Именно Чо Никкун находил тех детективов, которых они, как ищеек, пускали на поиски свидетелей. Теперь у них был главный свидетель, который видел тех, кто крутился у вертолета. Также он мог подтвердить, что вертолет был исправен до того, как к нему подошли чужие люди, ведь собственноручно проверял и осматривал его перед предстоящим полетом.
Еще одним свидетелем был патологоанатом, который, тогда будучи студентом медицинского института, присутствовал на вскрытии тела второго механика, найденного в ущелье. Следы удушения на горле явно свидетельствовали, что это был не несчастный случай. Кстати, в первоначальных результатах так и было написано, но потом, к его удивлению, тот патологоанатом, который делал вскрытие, изменил свои записи и написал, что механик умер от множества увечий, полученных при падении.
Сейчас же этот уже взрослый мужчина был готов дать показания и рассказать обо всем. К сожалению Вана, тот врач, который делал вскрытие, вскоре погиб в автомобильной катастрофе. Скорее всего, на него было оказано давление или даже поступили угрозы, именно поэтому он изменил результаты вскрытия. А, возможно, его просто подкупили. Этого уже не узнать.
Третий свидетель, который был готов дать показания — это кухонный работник, работающий в столовой у аэродрома. Юношей он подрабатывал на кухне, выполняя разную грязную работу от мытья посуды до чистки овощей.
В тот день возле окна сидела компания мужчин, которые неотрывно смотрели на аэродром и будто ждали чего-то. Он несколько раз подходил к ним то забрать грязную посуду, то протереть стол и с любопытством наблюдал за ними, поэтому запомнил лица некоторых.
У одного был характерный грубый шрам на щеке, у второго такие голубые глаза, что они казались искусственными. Также он обратил внимание на то, что у человека со шрамом не было двух пальцев на левой руке. Чо Никкун по своим связям разыскал этого человека. Он находился в тюрьме за убийство и осужден на пожизненное. Хан Ван надеялся, что тот за большие деньги расскажет о том, что они сделали.
Под утро Хан Рим прилег на кровать в комнате отдыха и незаметно для себя уснул. Разбудил его телефонный звонок. Номер был незнакомый.
— Алло. Кто это? — спросил он сонным голосом и, прищурившись, посмотрел на часы.
Девять утра.
— Господин Хан, доброе утро. Это главврач Со Ин Гук. Извините, если разбудил, но у меня к вам срочные новости.
— Что-то с Ваном? — Рим резким рывком сел. От сонливости не осталось и следа.
— Нет-нет, не волнуйтесь. С ним все хорошо. Я по другому поводу, — он замолчал, будто собирался силами сказать то, что намеревался. — Мы взяли анализы у Ли Тэджуна и кое-что обнаружили.
— И что же это? — Рим с облегчением выдохнул, узнав, что дело не в Ване.
— Вам лучше подъехать. Это не телефонный разговор.
— Хорошо. Скоро буду.
Глава 21
Хан Рим не понимал, что такого важного обнаружили в крови Тэджуна, о чем нельзя сказать по телефону. Всю дорогу до больницы он только и думал об этом. Из всего многообразия вариантов он остановился на том, что у Тэджуна могли выявить какую-то болезнь, поэтому требуется тщательно подумать о том, как его известить об этом. Вероятно, для него это будет удар, поэтому главврач не хочет брать на себя ответственность и сам рассказывать об этом. Или хочет попросить, чтобы я связался с родственниками и с их помощью подготовил Ли Тэджуна к тяжелым вестям.
Припарковавшись у здания больницы, Хан Рим вышел из машины и устало вздохнул. От очередной бессонной ночи щемило сердце. В последнее время так много волнений и переживаний, что сердце начало шалить. Это плохо, очень плохо.
Он решил, что нужно заняться своим здоровьем, если не хочет оказаться в соседней палате с Ваном и Тэджуном. Брату с каждым днем все хуже, и все дела корпорации легли на плечи Рима, поэтому нет места болезням, нужно стараться ради Биотеха, ведь это единственное, что осталось от отца и что они обязаны сохранить.
Хан Рим зашел в приемную и увидел автомат с кофе. Он уже хотел купить стаканчик, но остановил себя, чтобы еще сильнее не нагружать сердце. Кабинет главврача находился на четвертом этаже, поэтому Рим поднялся на лифте и зашел в приемную. Секретарь уже была предупреждена о его приходе, поэтому сразу доложила о нем и распахнула дверь кабинета.
— Господин Хан, проходите, — главврач поприветствовал поклоном и указал на кресло у своего стола. — Присаживайтесь.
— О чем вы хотите поговорить? Что нашли в крови Ли Тэджуна? — нетерпеливо спросил Хан Рим.
— У меня для вас две новости. Одна хорошая, а вторая… это уж вам решать, хорошая она или нет.
— Я вас слушаю. Хватит говорить загадками, — Рим потер уставшие глаза.
— Во-первых, хочу поздравить, — улыбнулся главврач и взял в руки лист бумаги. — Пришли результаты. Ли Тэджун идеально подходит быть донором для Хан Вана.
— Серьезно⁈ Это правда⁈ — Рим буквально вырвал из рук Со Ин Гука документ и пробежался по нему глазами. — Отличная новость! Надо сказать об этом Вану.
— Это еще не все. У меня есть вторая новость, — остановил его главврач.
— Только не говорите мне, что по какой-то причине Тэджун не сможет помочь моему брату, — упавшим голосом проговорил Рим.
— Нет, с этим все хорошо. Если Ли Тэджун даст согласие, то мы проведем операцию. Дело в другом, — Со Ин Гук откашлялся и вытащил из папки на столе еще один документ. — Мы провели еще раз исследований после того, как обнаружили, что он может стать донором,
