Все приведенные выше цитаты предельно ясно показывают, что Ланц-Либенфельс и его окружение стремились рассматривать себя в качестве идеологических предтеч Гитлера. Впрочем, они приписывали себе успехи итальянского фашизма и даже американских клансманов. По поводу ку-клукс-клана можно сказать вполне однозначно — Ланц не имел никакого отношению к его созданию, хотя бы в силу того, что тот возник задолго до рождения главы «новых тамплиеров». По большому счету никто, кроме самого Ланца-Либенфельса, не видел Гитлера с «Остарой» в руках. Вся версия о том, что Гитлер был читателем «Остары», держится только на словах самого Ланца, известного тем, что он любил преувеличивать собственное влияние на известных людей. Растиражированная во множестве книг и статей версия о том, что Ланц-Либенфельс «дал идеи Гитлеру», выглядит, мягко говоря, неубедительной. Если бы Ланц оказал решающее влияние на Гитлера, то фюрер был бы «расовым мистиком». Однако Гитлер был напрочь чужд всякого мистицизма. Чего нельзя сказать о Гиммлере.
До настоящего момента не имеется никаких сведений о том, что Гиммлер был знаком с работами Ланца-Либенфельса или читал «Остару». Однако именно рейхсфюрер, единственный из всех властителей Третьего рейха, пожелал встретиться в Ланцем. Более того, между Ланцем и Гиммлером было очень много общего. Оба в юности были истовыми католиками, но потом разочаровались в католичестве (Ланц как в церковном институте, Гиммлер как в мировоззрении). Оба были женаты на женщинах значительно их старше. Оба предпочитали называть собственные организации орденом. У Ланца был «Орден новых тамплиеров», у Гиммлера «орден СС» (как он сам любил выражаться). Оба были одержимы селекционными проектами, которые должны были закончиться выведением новой высшей расы. Однако если Ланц-Либенфельс только разрабатывал эти идеи, то Гиммлер пытался реализовать их на практике. Под началом рейхсфюрера СС был создан целый селекционный комплекс, начиная от Главного управления СС по вопросам расы и поселений, заканчивая организацией «Лебенсборн» («Источник жизни»). Оба придерживались идей панарийского расизма. Ланц планировал объединить все белые народы в борьбе против низших рас. Гиммлер планировал объединить все нордические народы Европы для борьбы против «азиатского большевизма». Принцип «паннордизма», которого придерживался Гиммлер, больше всего проявился в добровольческих формированиях Ваффен-СС, куда стекались волонтеры со всей Европы. Ну и, наконец, и Ланц, и Гиммлер были расовыми мистиками, которые совмещали в себе на первый взгляд противоположные черты. Ланц был изобретателем и в то же время толкователем мистических текстов. Гиммлер мог вполне рационально планировать политические действия, но быть абсолютным мистиком при проектировании того, что в исследовательской литературе называется «эсэсовской эрзацрелигией». На первый взгляд между Ланцем и Гиммлером не было контактов. Однако «переходный» мостик все-таки имелся. Им был австрийский полковник Карл Мария Вилигут[11], известный в СС под ритуальным именем «Вайстор» (нередко его называли «волшебником при дворе рейхсфюрера СС»).
Карл Мария Вилигут стал известен благодаря своей «родовой памяти». При ее помощи он черпал сведения из древней истории. По большому счету история XX века знала лишь нескольких человек, с которым Вилигут поделился своими «доисторическими знаниями». Одним из них являлся Теодор Чепль, правая рука Ланца-Либенфельса по «Ордену новых тамплиеров». Забегая вперед, надо сказать, что после смерти Ланца главой ордена станет именно Теодор Чепль. От него записи попадут к Рудольфу Мунду, который руководил «Орденом новых тамплиеров» «после войны» и «до настоящего времени». Речь шла о неопубликованных записях входившего в «Орден новых тамплиеров» «брата ГН». Это были рифмованные фразы, которые должны были наизусть заучивать неофиты ордена. Более тридцати изречений были сделаны в форме так называемых «хальгарит». Их странная нумерация может произвести впечатление, что этих «хальгарит» — изречений в руническом стиле — изначально было более тысячи. Однако в действительности ситуация выглядела иначе. Согласно Рудольфу Мунду в 1908 году Карл Мария Вилигут благодаря своему двоюродному брату Вилли Таллеру в Вене устанавливает тесные контакты с национально-эзотерическими кругами. Как правило, встречи происходят на квартире у Вилли Таллера, являвшегося придворным актером, и его супруги Марии. Именно на этих встречах Вилигут знакомится с людьми, которые входили в «Орден новых тамплиеров». Несколько позже Вилигут был представлен Ланцу фон Либенфельсу и Теодору Чеплю.
Кроме этих откровений в своих ежедневных продолжительных беседах Карл Мария Вилигут рассказывал Теодору Чеплю о своих видениях древнего германского мира, которые являлись благодаря «родовой памяти», которой якобы обладал полковник. Вилигут рассказывал посланнику «Ордена новых тамплиеров» о судах Фемы, о военной организации и государственном устройстве древних германцев. Позже Рудольф Мунд обратит внимание на то, что эти сведения во многом совпадали с версиями, которые были изложены в 1911 году Гвидо фон Листом в книге, посвященной «арманизму ариогерманцев». Однако между Вилигутом и Гвидо фон Листом существовала принципиальная разница. Гвидо фон Лист фактически ратовал за восстановление германского язычества. Вилигут, напротив, провозглашал, что Библия была первоначально написана в Германии, и у немцев в древние времена имелся свой собственный «Крестос». Теодор Чепль поспешил сообщить братьям «Ордена новых тамплиеров», что Вилигут был для идеи ариософии «огнем и пламенем». Полковник же в свою очередь очень высоко оценил издаваемый фон Либенфельсом журнал «Остара», так как тот «проповедовал истинное арийское древнее христианство».
Как видим, различия в мировоззрении Гвидо фон Листа и Карла Марии Вилигута были весьма существенными. Лист разрабатывал неоязыческую систему «вотанизма», в то время как Вилигут придерживался «ирминистского вероисповедания». Полковник считал эту веру германским протохристианством, что во многом совпадало с положениями ариософской идеологии, приверженцы которой пытались найти истину в расово обусловленном христианстве. Рудольф Мунд в беседах с Теодором Чеплем, который сменил фон Либенфельса на посту гроссмейстера «Ордена новых тамплиеров», не раз слышал о том, что между создателями ордена и Карлом Марией Вилигутом существовало полное взаимопонимание, что с полковником были знакомы почти все видные ариософы.
В середине 20-х годов Вилигут попал в психиатрическую клинику, откуда был выпущен только несколько лет спустя. 16 декабря 1931 года в Зальцбурге в очередной раз состоялось слушание по делу Вилигута, который был опять признан «ограниченно дееспособным». В то время он ожидал к себе в гости Вильгельма Тойдта и Германа Вирта. Однако вместо их прибывают другие посетители. Осенью 1932 года в Зальцбурге в доме Вилигута, который на тот момент проживал по адресу Бергенхаймерштрассе, 7, на несколько дней останавливается фройляйн Фрида Доренберг. Эта женщина интересовалась не только «тайными знаниями», но считалась одной из основательниц национал-социалистической партии. Она была обладательницей весьма почетного партийного билета № 6. Она не только хотела познакомиться с «тайным немецким королем», но и получить у Вилигута некоторые консультации. Затем в доме Вилигута появляется Вернер фон Бюлов, который после смерти Горслебена стал редактором журнала «Хагал» и фактическим руководителем «Общества Эдды», в котором числились очень многие братья «Ордена новых тамплиеров». Из записей, которые были сделаны фройляйн Доренберг 17 сентября 1932 года, следует, что представители «Общества Эдды» постоянно поддерживали контакт с Вилигутом как «носителем тайного знания».
Указанный выше адрес, по которому в Зальцбурге проживал Карл Мария Вилигут, однозначно указывает на то, что его семья была все-таки вынуждена переселиться из особняка, который располагался в Морцге. Некоторое время спустя Карл Мария Вилигут сделал то, что давно грозился совершить — он покидает Австрию и переселяется в Баварию. Здесь он под ритуальным именем Ярл Видар присоединяется к правой эзотерической группе, которая называлась «Вольные сыны Северного и Балтийского морей». Позже Вилигут стал использовать имя Ярл Видар в качестве псевдонима, которым подписывал свои статьи и материалы, публиковавшиеся на страницах журнала «Хагал». Если говорить о причинах, по каким Вилигут покинул Австрию, то, скорее всего, это была ссора с супругой, которая не испытывала никаких восторгов по поводу «восхищенных визитеров», которые постоянно приходили в гости к полковнику. Принимая во внимание стесненное финансовое положение семьи Вилигут, постоянные гости, которые иногда жили неделями в доме Вилигута, были весьма накладны.
