фыркнула девушка. – Иди-ка сюда.
И действительно, всего пару минут так постояли и на душе стало легко и спокойно. А после они бесцельно бродили по улицам. Молчание казалось непринужденным и даже приятным. Под конец прогулки Антон поинтересовался:
– Ты выполняешь практики?
– Э… – спохватилась Катя. Она только сейчас поняла, что после событий на крыше не просто не делает, она вообще забыла о них! И сразу автоматом включила режим оправданий: – Они вроде как начали получаться… а потом такая тоска навалилась… депрессия, как ты верно заметил… совсем руки опускались… и по утрам еле вставала…
– Только преодолевая себя можно стать сильнее. В такие моменты нужно прикладывать максимум усилий и выходить за пределы возможностей. Это достигается Волей… и Верой. Воля позволяет двигаться, а Вера указывает направление. Жизнь человека с неразвитой Волей подобна листку, который зависим от ветра.
Словно в подтверждение кроны деревьев всколыхнулись, сбрасывая сотни разноцветных листьев. Они, кружась, оседали на асфальт и почти сразу втаптывались в грязь людьми или машинами. Другие же ложились поближе к бордюрам, терялись под лестницами и в пересечениях углов зданий, оседая в более труднодоступных местах. Но на следующий день или немного позже их равнодушно сметал в кучу дворник, чтобы, наравне с останками первых, сделать частью большого погребального кострища… Иным же счастливчикам везло: обладая менее ярким окрасом, они умело маскировались в подвядшей траве газонов и, старательно прячась, благополучно сгнивали там до весны. Парень на лету поймал листок и протянул девушке.
– Держи. Правда, не уверен, хотел ли он этого…
Повертела в руках улов – ярко-желтый, без изъянов, с идеальным рисунком прожилок.
– Спасибо, – и уже мысленно добавила его в икебану.
Глава 27. Катя старается
Катя ворвалась в квартиру Ольги, как разбушевавшейся торнадо. Хлопнула входной дверью, заставив заходить ходуном мебель, и попыталась выровнять дыхание. Не шуточки – пешком на восьмой этаж вскарабкаться. Ее прям-таки трусило от переполняющих эмоций.
– Вот козлины!!! Лифт отключили! – Зацепила сумку за край крючка, призывно тянущего нос из-под вороха одежды. Но лямка оказалась шире и почти сразу раздался характерный шлепок.
– Ууу… Ррр.... – начала скидывать обувь. Но и тут засада – на левом сапоге заклинило змейку. С красным от жары лицом, чертыхаясь и подпрыгивая, она старалась сбросить злополучную обувь. Но безуспешно. Стянув теплую куртку, швырнула на пол и, психуя, яростно задергала язычок змейки. Из комнаты выглянул Антон и тут же верно оценил ситуацию.
– Погоди… спокойнее! – подошел и, присев рядом, мягко расстегнул молнию, освобождая ногу.
Позади распахнулась дверь и в прихожую ввалился Нил, на ходу расстегивая пальто и напевая под нос какой-то веселый мотивчик. Окинув взглядом груду тряпья на стене, ловко пристроил свое в шкафу.
– И даже не запыхался! – завистливо протянула девушка. – Будто каждый день пешкодралом на восьмой этаж взбираешься.
– Что? – удивился тот. – Зачем мне это? Я на лифте приехал. – И, обойдя препятствие в виде двух человек, прошел в комнату. Сегодня группа наконец собралась в полном составе.
– Я что, одна по лестнице поднималась? – возмутилась девушка. Красноречивые взгляды присутствующих подтвердили эту догадку.
– Вот же невезуха! – она не смогла скрыть досаду. – В последние дни вокруг царит полный хаос, – плюхнулась на свободное место и, обхватив руками коленки, принялась раскачиваться и жаловаться на жизнь: – Все летит кувырком: родители скандалят пуще прежнего, в институте завал, на голову пригоршнями сыплются мелкие беды и большие булыжники. Вчера сломала каблук, застряв в решетке ливневки, пока выдергивала измазалась в грязи и потеряла шапку. А сегодня утром голуби обгадили. Перед зданием кафедры есть тропинка – всегда по ней бегала, чтобы срезать. Раньше без последствий, а тут три снаряда поймала. Сразу три, представляете?!
– Это к деньгам, – хихикнула Саша.
– Ох, если бы! Наоборот, одни расходы. И люди как с ума посходили. Даже сейчас, пока ехала в маршрутке, водитель с пассажиркой из-за рубля сцепились, потом бабка проклятья изрыгала, что ей место не там уступили…
– Ты серьезно взялась за практики? – снова вклинилась Саша.
– Да. А как ты догадалась? – действительно, после последней встречи с Антоном Катя собралась, подключила старание и вновь начала ежедневно заниматься. Вняла-таки его доводам.
– Я проходила через подобное, да и другие рассказывали похожие вещи.
Мила с Пашей согласно закивали.
– Это влияние Системы, – неожиданно заговорил Антон, – или матрицы. Название не меняет сути. Она управляет материальным миром: ресурсами, событиями, а главное – людьми. Однако осознанный человек перестает следовать ее программе. И какое-то время она пытается починить шестеренку, подбрасывая негативные события и эмоции, чтобы вернуть обратно, заставить вновь скрипеть и вращаться…
– И судя по состоянию Кати, – вмешался Нил, – как раз сейчас Система берет реванш. – Он захихикал и уставился на девушку, ожидая реакции.
Ох, как же захотелось ему врезать! Ну хоть метнуть что-нибудь…
– Не поддавайся на провокации, – Антон в упор посмотрел на Нила и нарастил громкость: – Система управляет спящими, дергая за ниточки, заставляя подпрыгивать и бросаться словами. Она старается вернуть пробудившихся назад через их окружение.
Нил открыл было рот, но передумал говорить. Лишь пробормотал под нос:
– Не тот случай…
– Попробуй тут не поддаться, – заворчала девушка, – никаких нервов не хватит.
– А ты поставь практики на первое место, тогда подначки Системы будут восприниматься как шанс преодолеть свои слабости.
– И что? Она отступит? – Катя недоверчиво прошлась по собеседнику взглядом.
– Нет. Этот материальный мир – ее территория. Но даст определенную передышку. Ведь фактически это сложная программа, которая следует определенным алгоритмам. Когда вычислит, что возвращение беглеца на прежнее место слишком энергозатратно, перестанет подбрасывать такие провокации. Однако, отбросив кнут, она достанет пряник…
Его речь резко оборвалась. Наверху что-то грохнуло об пол так, что с потолка посыпалась штукатурка. Пронзительный женский голос взвизгнул:
– Че творишь!!! Сволочь!!!
А следом мужской, явно в хмельном угаре, разразился нецензурной бранью.
– Опять соседи нажрались и дерутся, – Ольге не впервой было выслушивать подобные разборки. – Он вахтами работает, а жена дома сидит. А как возвращается, все деньги и пропивают. Орут, дерутся, крушат купленную в кредит мебель… а квартира ему от тетки досталась, сами-то с области. Милейшая была женщина, да инсульт сгубил…
Около десяти минут все дружно молчали, слушая разборки нерадивых соседей и подробный пересказ их жизни. Затем последовал глухой удар сверху и все стихло.
– Как-то они подозрительно быстро закончили… – Ольга озабоченно уставилась на потолок. – Может, сегодня что-то нехорошее случилось? – в голосе забрезжила скрытая надежда. И тут же добавила, уже более нервно и с презрением: – Мы тут к высокодуховному стремимся, а над головой, за тонкой бетонной перегородкой алкаши совсем оскотиниваются… Иногда размышляю: ведь в доме сотня квартир
