удар ногой, и Портной покачнулся. Сверкнула коса, и её рукоятка ударила Страховида прямо в челюсть. Он упал на колени.
– Страховид! – завопила Стефани. Скалдаггери открыл дверцу, собираясь выйти, но Страховид поднял глаза и покачал головой.
– Мы тебя не бросим! – крикнул детектив.
Косарь шагнул к Страховиду, готовясь занести косу.
– Вы должны уезжать, – чуть слышно произнёс Страховид.
Он опустил голову, сжал кулаки и закрыл глаза. Косарь взмахнул своим оружием, и в этот момент асфальт будто вскипел и начал подниматься по Страховиду жидкой массой, превращая его в камень. Сначала ноги, затем туловище, руки, голова – и всё это за долю секунды, пока его соперник замахивался для удара. И когда Косарь попытался отрубить Портному голову, ему удалось отколоть лишь крошку от каменной шеи статуи. Стефани инстинктивно поняла, что сделал Страховид, – он использовал свой магический дар Элементаля, силу земли, которую Скалдаггери называл оборонительной тактикой, используемой в исключительных обстоятельствах.
Скалдаггери тронулся с места, и Белый Косарь посмотрел на Стефани. Они оставили Косаря и Страховида и помчались по городским улицам.
Глава 26
Последний рубеж…
Эйхан Мериториус ждал в тени дублинского собора Святой Троицы и наблюдал, как жизнь вокруг него шла своим чередом. Когда-то он чувствовал вину за то, что ему приходилось скрывать магию от обычных людей, ведь тогда он был уверен, что они поймут её чудо и красоту, если дать им шанс. Но потом он пришёл в себя и понял, что у человечества достаточно других проблем и без этой неведомой культуры, которую они могут счесть угрозой самим основам своего существования. Будучи Старейшиной, он должен был защищать внешний мир от истин, которые тот ещё был не готов узнать.
К нему подошла Морвенна Кроу. Её тёмное одеяние волочилось по траве. Она была такой же безупречной и элегантной, как в первый день их знакомства.
– У Скалдаггери Плезанта нет привычки опаздывать, – заметила она.
– Умникус сказал, что он очень спешил, – ответил Мериториус. – Возможно, у него какие-то проблемы.
Морвенна выглянула из-за угла собора и посмотрела на оживлённую улицу за оградой. Её лицо освещали яркие жёлтые и янтарные огни. Она была почти похожа на ангела.
– Мне не нравится, что мы встречаемся на открытом месте. Мы слишком уязвимы. Ему стоило это знать.
– Скалдаггери выбрал это место по какой-то причине, – успокоил её Мериториус. – Я ему доверяю. По крайней мере это он заслужил.
Они повернулись, когда рядом будто из ниоткуда возник Умникус Том.
– Умникус, – спросила Морвенна, – Скалдаггери сказал, почему хочет встретиться с нами именно здесь?
Материализация Умникуса завершилась, и он обеспокоенно посмотрел на Морвенну.
– Прости, Морвенна, он только попросил меня удостовериться, что вы оба будете рядом с собором.
– Надеюсь, это что-то важное, – ответила она. – У нас мало времени. Серпин может нанести удар в любой момент.
Мериториус увидел, как Умникус печально улыбнулся.
– Это верно, – ответил он. – И позвольте мне использовать эту возможность и сказать вам, что те времена, когда мы были друзьями, были поистине хорошими временами.
Морвенна засмеялась.
– Мы ещё не умерли, Умникус.
Он повернулся к ней, и его улыбка исчезла.
– Вообще-то, Морвенна, ты уже мертва.
В этот момент перед ними возникли Полые Люди, и Умникус растаял. Мериториус ещё не успел осознать, что коллега их предал, когда увидел, что к нему направляется Серпин со Скипетром в руке. Инстинктивно он окружил себя защитным полем, от которого воздух вокруг замерцал, но когда кристалл сверкнул, чёрная молния пронзила щит, как будто его и не было, а потом наступило…
Ничто.
Администратор пробирался сквозь толпу у театра «Олимпия» в сопровождении хора рассерженных голосов и ругательств. Он споткнулся, но устоял на ногах и продолжал бежать. Потом он оглянулся.
Его никто не преследовал. Он не думал, что его видели, но не был в этом уверен. Он как раз стоял у машины, когда появился Нефариан Серпин. Администратор видел, как Мериториус превратился в облако пыли и пепла, увидел, как чёрная молния ударила в Морвенну Кроу, когда она попыталась атаковать врагов.
Администратор в ужасе пригнулся. Умникус предал их. Он предал их всех. Администратор бросил машину и побежал.
Он должен был вернуться в Святилище. Он должен был предупредить остальных.
Глава 27
Никакого затишья перед бурей
Скалдаггери дал ей денег, и Стефани пошла платить за бензин, пока он заполнял бак «бентли». В ожидании сдачи она посмотрела на выставленные в витрине шоколадные батончики и попыталась вспомнить, когда в последний раз ела шоколад. Она всегда ела его, когда случалось что-то плохое, но в последнее время шоколада было недостаточно.
Всё шло не так. Танит была ранена, Страховид превратился в статую, и теперь им надо было ломать голову над тем, что делать с Белым Косарём. Стефани была на грани того, чтобы задаться вопросом, зачем они вообще сражаются, хотя она никогда не призналась бы в этом детективу. Кажется, он думал, что она такая же, как он, – никогда не сдаётся. Но это было не так. Единственная причина, по которой она промолчала, заключалась в том, что ей нравилось, что он так думал о ней, и она не хотела его разочаровывать. Но по правде говоря, Валькирия Каин, которую Скалдаггери якобы знал, была намного сильнее Стефани Эджли.
Стефани вышла на улицу. Скалдаггери вставлял носик шланга обратно в колонку. Танит пошла вымачивать руку в исцеляющей смеси, которую она подарила Стефани.
Когда они оказались одни, Стефани не знала, что сказать. Скалдаггери завинтил крышку бензобака и замер. В шляпе и шарфе, скрывающем лицо, он был похож на манекен.
– Простите, – сказала Стефани. Детектив посмотрел на неё. – Если бы не я, Страховид… был бы с нами. Это я виновата, что ему пришлось использовать магию земли. – Она пыталась унять дрожь в голосе. – Как думаете, долго ещё он будет таким?
Скалдаггери ответил не сразу.
– Не знаю, Валькирия. Это самая непредсказуемая сила. Он может оставаться статуей день, неделю или сотню лет. Никто этого не знает.
– Я всё испортила.
– Нет…
– Этот Косарь охотился за мной. Страховиду пришлось…
– Страховиду ничего не пришлось, – перебил Скалдаггери. – Это был его выбор. И это не твоя вина. Серпин прислал своего убийцу за тобой, чтобы причинить боль мне. Он всегда так поступает.
– Он прислал его ко мне, потому что знал, что я не смогу себя защитить. Он знает, что
