Я прямо не мог удержаться и не посадить Её Высочество Анну Голицыну за руль этого чуда.
Что до поломок и неисправностей — так недаром же мы маги, а я так вообще Охотник. Пять минут и Баклажановая Хулиганка стала как новенькая. Но нет, я не стал копаться в движке и сращивать порванную в хлам резину. Я сделал проще — вселил в неё душу.
Не носорога!
Миссия у нас сейчас не боевая, и в этом нет никакой нужды.
Для аутентичности, я запустил под капот душу волчицы. Не самого сильного разломного монстрика, который чалился у меня в Океане ещё с прошлой жизни, столь долго, что волчица была готова на всё. Особых способностей у неё не было, зато какой же охренительный, какой утробный, угрожающий и прямо вот-аж-до-мурашек-по-коже рёв начал производить мотор после этой компиляции — словами не передать.
— Ваше Высочество, — открыл я перед Аней дверь. — С некоторым опозданием поздравляю вас с прошедшим днём рождения.
— Чего? — удивилась принцесса.
— Оно ведь когда-то было, верно? А вот подарочек с запозданием. Пользуйтесь.
— Спасибо, — улыбнулась Аня.
Сели.
Поехали.
Проехали через мост, и Чита открылась для меня с другой стороны. С менее гламурной и урбанистической, зато душевной. Место здесь явно не экономили, и в какой-то момент жилые районы пропали вообще. Ни единого домика в зоне видимости, а ведь, по сути, самый центр города.
Покрутились немного и выехали к нужному месту.
Справа ограда парка, которой конца и края нет. Слева — ледовый дворец с огромной парковкой. И где-то между ними — нужное мне кафе. Ничего особенного, отдельно стоящее здание. И это хорошо. Это удобно, если дойдёт до неприятностей.
А прямо — мост, через который мы приехали.
Чтобы не светиться лишний раз, да и потом не ходить далеко, квартиру я решил искать прямо за этим мостом. Да-да, квартиру. Нам ведь где-то нужно переждать несколько часов, да и в себя прийти с дороги.
Снимать что-то, что сдаётся посуточно или, упаси Кодекс, по часам — брезгливо. Брезгливо, негигиенично и вообще опасно для здоровья. В гостиницу с нашими ориентировками нельзя. Покупать хатку ради того, чтобы скоротать пару часов — бредово, даже учитывая то, что в бюджете мы не ограничены.
А потому решено было искать что-то пустующее.
Уверен, немало народу свалило из города в первые дни начала японского нашествия. Те, кто сохранил лояльность Российской Империи и при этом имел возможность свалить подальше — непременно ей воспользовался.
Паника, она ведь такая.
Стоило пересечь мост, как застройка стала, мягко говоря, разреженной. Оно как бы прикольно, когда окна не выходят на окна соседей, не спорю. Но тут у меня сложилось такое впечатление, что многоэтажки пересрались друг с другом о чём-то своём многоэтажном, и разошлись подальше.
А ещё через пару кварталов начинался частный сектор. Заборы, резные наличники, остовы парников, с которых к зиме сняли плёнку, чтобы не порвалась. Их хоть Их Высочества вроде и не неженки, а готов спорить, что в таких местах они и не бывали никогда.
— Стой-стой-стой, — попросил я Аню, когда мы проезжали мимо очередного домика.
Баклажановая Хулиганка свернула на обочину, а я присмотрелся повнимательней: почтовый ящик, приляпанный рядом с калиткой, был настолько забит письмами и прочей корреспонденцией, что того и гляди рванёт.
Вывод — нет здесь никого.
Это в квартирных многоэтажках почтовый ящик может быть так забит при наличии хозяев и ничего такого в этом нет — рекламный спам чистится раз в месяц, когда приходит платёжка на коммуналку.
А вот частник себе такого не позволит. Это же его фасад, а не коллективный, на который, в общем-то, насрать. Да и потом! Частно ли в частный сектор листовки заносят? Беготни много, а выхлопа мало. Просто не выгодно для рекламодателей.
Если только у них нет роты невидимых гоблинов, которым не надо платить за работу. Кстати, Чип в Чите реально упахивался, и за час с лишним, что мы сидели в кафе и болтали с Фирсовым, не покрыл даже четверти города.
— Дом свободен, — подвёл я итог своего осмотра. — Уверен на все сто процентов.
Тем более, что не остановившись на внешнем осмотре, я ещё и астральным зрением всё просканировал. Нет здесь никого. И давно.
А ещё выше по улице я увидел точно такой же забитый ящик, а ниже вообще расположилась заброшка без окон. Как по мне — идеальное место, чтобы залечь на дно.
Так оно и вышло.
Аня припарковала Хулиганку у продуктового магазина неподалёку, так чтобы она не мозолила глаза дальним соседям, а в сам дом мы прошли тенями.
Два этажа. Две спальни наверху, ещё одна внизу, нереально-здоровенная кухня-гостиная и раздельный санузел.
Без излишеств, таких как камин, джакузи или встроенный бар, но чтобы восстановить силы — самое оно.
— Какая прелесть! — ахнула Нага при виде пузатого телевизора, накрытого сверху кружевной салфеткой. — Это что, шар для гаданий⁉
— Нет, радость моя, — умилённо погладил её по голове Володя. — Это телевизор.
— Как телевизор?
Рогатая подумала, что её разыгрывают, и начала рассматривать бандуру со всех сторон. Ха! Инферны-то в этот мир поспели к плазмам, и видели только современную технику. Да и в казармах у них с начинкой был полный порядок.
— Да вы мне всё врёте, — махнула Нага рукой. — Как на нём гадать? Ну как? Интересно же! Вы чо, не верите в гадания? Чо вы ржёте-то⁉
Самым трудным в нашем заселении было разобраться, где включаются свет и вода. Да и отопление не помешало бы из дежурного режима перевести в нормальный, если уж начистоту. Не май месяц всё-таки. Помыкавшись по дому, я наконец-то нашёл все нужные вентили и переключатели за кухней. Эдакий узенький коридор, который образовался из-за того, что шкафы не придвинули вплотную.
— Магия? — опять влезла любопытная Нага и уставилась на негаснущий огонёк в небольшом котле.
— Магия, — ухмыльнулся я. — Сугубо русская. Газ называется.
Следующие несколько часов я в кои-то веки провёл как нормальный, обычный человек, которому не нужно никуда спешить, ни от кого убегать, никого ловить и — вот тут даже не верится — ничего взрывать.
Володя с Нагой первыми пошли мыться. По отдельности и по очереди, чтобы не задерживать остальных. Но всё равно с тем самым умыслом, чтобы потом приятней было уединяться. Комнату на втором этаже они себе уже забили.
Есть у
