с братом, расспросить обо всем дядю, найти ответы на вопросы, которые мучали меня всю жизнь. И в Монблан. Мне очень нужно посетить фамильное поместье…
Фамильное поместье Монбланов, но не мое, судя по всему. В любом случае, сейчас я жаждала узнать ответы на столько вопросов, что с трудом могла сдерживать себя, чтобы не сбежать отсюда к ближайшему порталу и не отправиться домой.
– Время обеда, – внезапно произнесла Владычица огня, словно не услышала моих слов, и, взяв под руку мужа, отправилась на выход.
Диали негромко хихикнула и, когда мы с ней остались наедине, призналась:
– А ты еще не поняла? Ты – пленница дракона. Теперь тебе отсюда не выбраться без разрешения Дарена. Но не волнуйся, мы – самые приятные надзиратели, которых только можно представить! Пойдем.
И я действительно пошла. Не высказывать же сестре все, что я думаю о её деспотичном брате? Вот вернется, я ему всё, абсолютно всё выскажу! Сам отправился с принцессой заигрывать, а меня оставил здесь, со своей семьей. Вот и что прикажете мне думать обо всем происходящем?
И тревога, тревога за любимых людей не покидала меня, сидела болью внутри похлеще боли в спине еще час назад.
Также нельзя отбросить и то, что Диали вновь дала мне надежду своими неосторожными словами. Они словно уверяют меня в том, что именно я – настоящая избранница. Но знает ли Дарен о мнении своих родных и одобряет ли его?
И еще одно… Диали сказала, что Дарен оставил принцессу в картине. Это ведь не то, о чем я думаю? Он ведь не может быть еще и анимагом? Потому что его дракона я уже видела, и могла сказать определенно о его расовой принадлежности.
Я никогда не слышала о подобных случаях “двурасовости”, поэтому подобное не укладывалось у меня в голове. Но теперь, когда я думаю об этом, вспоминаю одного тигра, спасшего меня на площади, а потом оказавшегося в спальне Дарена. А что если все действительно так и Дарен еще и анимаг, способный прыгать по картинам? Тогда он сильнейшее существо в этом мире, ведь способности анимагов – феноменальны, уникальны, бесценны, а сила и магия драконов – заставляет всех других склоняться перед их мощью.
Обед у драконов – о чем еще можно мечтать? Пожалуй, о вкусных плюшках и игре в шарады, которая последовала в саду. Время в Дракмаре было иное – здесь рассвет наступает позже, чем у нас, поэтому к ужину я уже клевала носом. Никто меня мучить не стал и я отправилась в выделенные гостевые покои.
На самом деле, я была не просто приятно удивлена, а очарована вниманием и заботой родителей Дарена и его сестры. Они действительно проявляли участие, старались развеселить меня и всячески поддерживали, но не забывали выгораживать своего сына, представляя его в лучше свете. Дарен то, Дарен се… в общем, типичные любящие родители. Для каждого свой ребенок – идеальный.
Но едва я вошла, как увидела у противоположной стены Дарена. Он сложил руки на груди и смотрел в окно. Почувствовав моё приближение, он медленно перевел взгляд на меня.
– Ты решил все свои дела? – спросила я тихо. – Мы можем поговорить?
– Для этого я и вернулся, – кивнул Дарен и прошел ко мне, взяв меня за руку, и утягивая в сторону кресла, желая, чтобы я села к нему на колени.
– Ваше высочество, заходить в выделенную для меня спальню без приглашения – еще полбеды, но подобная близость – уже за гранью приличий. Я – чужая невеста, вы – чужой жених. Вряд ли вашей дражайшей невесте понравится подобное.
– Плевать, – тихо произнес он и дернул меня за руку, все-таки усаживая к себе на колени. Провел подушечками пальцев по моей щеке, словно единственное, о чем он мечтал весь день, это тактильная встреча со мной. – Мне абсолютно плевать, что думают эти людишки о своих мелких, ничего не значащих обрядах и традициях. Драконья связь – выше всего.
– Ты слишком добр, чтобы мучить меня, – пробормотала я, чувствуя, как дыхание сбивается с ритма. – Диали, твои родители… их намеки зажгли во мне надежду, но прежде, чем ты окончательно разобьешь мои мечты или же наоборот дашь уверенность в завтрашнем дне, я хочу спросить о том, что было в театре. Узнал ли ты что-нибудь об Аделин Лазарской?
На последних словах мой голос дрогнул. Я весь день гнала от себя дурные тяжелые мысли, ведь Дарен пытался убедить меня, что все в порядке. Диали на вопросы не отвечала, лишь отшучивалась. Я понимала, что драконы не хотят лезть в чужие дела. Дракмар всегда стоял особняком, даже двадцать лет назад во время государственного переворота они не вмешались, за что Аделин два десятка лет хранила на них обиду.
Но не я. Даже сейчас, анализируя все произошедшее когда-то, теперь уже зная о своей сопричастности, я понимала, что дракмарцы поступают правильно. Если бы они вмешивались в каждый конфликт на континенте, то весь континент давно бы стал дракмарской империей и все народы тихо ненавидели бы их, а может и когда-нибудь пошли бы войной. Нейтралитет и здравый пацифизм драконов вызывали восхищение.
– В театре был теракт, – ответил Дарен и переплел наши пальцы. – Многие семьи, поддерживающие Рошархов и питающиеся из их кормушки, исчезли бесследно, растворились в магическом небытие. К сожалению, эта ловушка безвозвратная. К тому же едва не погибла принцесса, которую по счастливой случайности успел спасти я…
– Благодаря своим способностям анимага, – озвучила я свою осведомленность.
Дарен смущенно улыбнулся.
– Простишь меня за эту маленькую недосказанность между нами?
– Я подумаю, – шутливым тоном ответила я и продолжила уже серьезно. – Как ты считаешь, этот теракт подстроил мой брат?
– Возможно. У меня есть несколько предположений, но волновать тебя пока ими не хочу. Были использованы множественные артефакты магического уменьшения – здание буквально схлопнулось за несколько секунд.
Это ужасно! Настолько ужасно, что я даже боюсь представить количество жертв. Не важно, что они поддерживали Рошархов, они – такие же люди, дети создательницы, которые всего лишь могли оступиться. Это все равно не повод отбирать у них жизнь так жестоко.
– Хоть кого-нибудь еще успели спасти? – спросила я с надеждой. Дарен молчал, и с каждой секундой его молчания мое сердце сжималось все тревожнее и тревожнее. Значит, спасти всех точно не успели. – А что с Аделин Лазарской? – обеспокоенно уточнила я и попыталась встать, но дракон не дал, лишь сильнее обхватил меня руками, прижав к себе.
– Не елозь, ты делаешь только хуже, если понимаешь, о чем я, – серьезно произнес Дарен, и мы встретились взглядами. Я поняла, о чем он, поэтому мгновенно замерла, ужасно
