Василиса в ответ.
— Виноват, сэр! Простите, сэр! — театрально отчеканил Костя, вложил мне в руку серебристый браслет и добавил чуть тише, — в видах контрацепции я мастер, ты же знаешь. Никаких побочных эффектов. Суй свой поток куда хоче...
— Повтори как ты меня назвал?! — не поверила своим ушам Василиса.
Но его сиятельство рядовой уже ничего не слышал и замер в одной позе. Серебристые потоки Константина Адлерберга едва заметно мигнули красным, кулаки сжались до белых костяшек, а острый взгляд полный лютой ненависти смотрел на мужчину в цилиндре, что с ноткой интереса наблюдал за развитием событий.
— Ты-ы... — первобытным зверем прорычал мгновенно изменившийся Костя, вибрируя от ярости.
Осознав, что сейчас произойдет, я сблизился с молодым хозяином Великого Княжества Финляндского, положил руку ему на плечо и показательно сжал Силой, не позволяя дернуться.
— Отпусти, самозванец, — совершенно без эмоций сказал Костя, а моя рука начала покрываться коркой льда.
Неподалеку разносились вопли Зеркального. Волны силы накатывали одна за одной, ежесекундно пытаясь нас убить. Уже знакомый скрежет тихо нарастал в воздухе, оповещая о скорой третьей волне Хаоса.
Хуже места и времени чтобы начать мстить боярину за смерть семьи и придумать нельзя. Но кто я такой чтобы решать за человека как ему совершать самоубийство?
Хотя, почему бы и нет.
Я прекрасно понимал чувства Кости.
Куда лучше, чем он думает. И первой мыслью было приказать. Так просто и так естественно. Артефакт с гербом Романовых, которым я принципиально так ни разу и не воспользовался, Силой Императора мог заставить Костю оступиться.
Эффективно? Более чем.
Но для подарка Гавриила у меня была иная цель и я решил действовать иначе.
— Готов ли ты ради мести обречь на смерть миллионы людей?
— Да, — не задумываясь прорычал Костя.
— В том числе родного Княжества, всех до единого кто доверил тебе свою жизнь, — тут же уточнил я, Адлерберг вздрогнул и впервые скосил взгляд в сторону Зеркального, что уже отступил практически к самому барьеру.
Исходящую от существа опасность Князь точно чуял за сотни километров отсюда. Иначе бы не пришел.
— Я-я... — не мог найти слов Адлерберг.
— Давай заключим сделку, Костик. Завалим вон то Лазурное существо, и боярин сам даст себя убить, — улыбнулся я.
— Этот трус сбежит, — зло хмыкнул Адлерберг и у молчавшего до этого Коня едва заметно дернулся глаз.
— Сутки можешь пытаться! Хоть тысячу раз! Он не будет сопротивляться и атаковать в ответ! Я проверял, — поднял я палец вверх.
— Тридцать секунд, — словно гром среди ясного неба раздался сухой голос Валеры, который был явно недоволен тем, как мы распоряжаемся данным нам временем.
Сложно быть довольным, когда ты рискуешь жизнью и находишься уже при смерти пока другие болтают.
— Одна попытка, — в образовавшейся тишине меланхолично проговорил Коновницын, глядя в глаза Кости, — за сутки стояния на одном месте убить меня сможет только скука.
— Я же сказал он трус!
— Каждый год по одной попытке, — холодно бросил Конь, — на этом самом месте. Будет время подготовиться и развлечь меня чем-нибудь оригинальным. Не люблю банальности. Если хоть раз заставишь меня использовать боевой поток, сможешь передать право мести потомкам.
— Пятнадцать секунд! — напряженным голосом выпалил имперец, отцепил пальцы от Арсения и начал пятиться назад.
— Идет, — неохотно кивнул Костя и отвернулся от боярина, чтобы не сорваться, — так что за таймер? — недоуменно поднял бровь Адлерберг, заметив, как все присутствующие почему-то отходят подальше.
— Ноль... — прохрипел Валера и свалился на колени от энергетического истощения.
Серый туман исчез, и Арсений со звериным ревом поднялся на ноги, судорожно осматриваясь вокруг. Его кроваво-красные глаза с нескрываемой угрозой окинули всех присутствующих, но вместо атаки берсерк лишь выпустил алый пар из носа и шагнул в сторону Зеркального.
— Арсений, это я, — дрогнувшим голосом нарушила тишину Василиса и робко потянулась рукой вперед.
— Не двигаться, — жадно хватая ртом воздух прошипел Валера, — иначе он атакует.
— Плевать, — упрямо бросила Василиса и встала у Арсения на пути.
Здоровяк остановился, выпрямил спину, хрустнул шеей, и волна красной энергии угрожающе уплотнилась. Не прошло и секунды, как за спиной Богдановой оказались Вика, Олег и Семен, готовые остановить упрямого Архимага любой ценой.
— Он вас просто убьет! — не сдавался имперец, — дайте ему пройти!
— Там убьют уже его, — резко ответил Олег Голицын, выпуская в землю вокруг себя багряные частицы, — мы не позволим.
Коновницын развел руками, показывая что сделал достаточно и это не его проблема. Костик хлопал глазами, пытаясь понять, что вообще происходит. Валера сверлил осуждающим взглядом и очевидно винил во всем меня, который так бездарно потратил подаренные им три минуты.
Я же невозмутимо достал из внутреннего кармана врученный Гавриилом артефакт. Кожу приятно кольнула хлынувшая в тело аметистовая струйка энергии, а сплав лирия растекся по ладони, чтобы замкнуться массивным перстнем с гербом Романовых внутри.
— Стоять, — разнесся оглушительный властный голос, впивающийся в сознание и подавляющий волю каждого кто давал клятву служить Императору.
Сами того не заметив, присутствующие раболепно припали на колено под мощью голоса.
Кажется, переборщил с Силой, — поморщился я про себя. Вот поэтому и не хотел использовать. Но как остановить Арсения иначе я просто не знал.
— Мы. Тебе. Не. Подчиняемся, — прогрохотало слитым воедино десятком мертвых голосов.
Яростные кроваво-красные глаза берсерка были устремлены на меня, а разбухшие от чистой силы ручищи сжаты в кулаки. Колено здоровяк не приклонил. Странно. Может, все-таки мало Силы вложил?
— Ошибаешься, Извольский, — покачал я головой, тщательно выделяя из своих лазурно-сине-аметистовых потоков именно частицы последнего. Никогда не пользовался до этого родовыми артефактами дома Романовых, но принцип укрощения потоков всегда один. Правда в моем теле их сейчас три и поди еще разбери где какой. Если пустить через артефакт другой поток можно и коньки отбросить от вшитой защиты, — ты, как и твои вассалы давали клятву служить. ТАК СКЛОНИСЬ И СЛУЖИ!!! — чужим властным эхом приказал я и земля содрогнулась под коленом Арсения.
— Долго. От. Мести. Не. Удержишь, — прогремели упрямые голоса.
— И не планировал, — отмахнулся я и бросил к его ногам серебристый артефакт, — надень!
Существо даже не шевельнулось и это начинало бесить.
— НАДЕНЬ! — приказал я и только тогда Арсений неохотно
