машет рукой.
– Не успокоится, будет один доживать! Это ж надо, куда полез! Не его собачье дело.
Да, мама Кости с характером. По возрасту ей чуть за пятьдесят. Ее и правда могли воспитать в старых традициях. Но мне нет дела до взаимоотношений родителей Кости. Надеюсь это самое "собачье дело" старшего Козырева в итоге будет в нашу пользу.
Мы больше не поднимаем тему мужа Татьяны Павловны. Женщина признается, у нее не так много времени – скоро нужно вернуться домой и вести кулинарный онлайн–урок. Так что все оставшееся время она посвящает внуку.
Лёва толком ничего не понял, а вот я стала счастливее. И в то же время стала с большим трепетом ждать результат ДНК. Ведь теперь у моего сына не только лучший папа, но и классная бабушка. Хочется закрыть тему родства раз и навсегда.
Татьяна Пална успела уехать, пока нам позвонил Александр. Костя вывел его на громкую связь и видео. Брюнет с чуть суровым взглядом начал вещать.
– Ребят, скажу сразу – отцовство подтверждено. Нет там никаких сомнений. Все стандартно. Практически стопроцентная вероятность родства. Лев – сын Константина.
На меня одновременно накатывает облегчение и шок.
– По почему первые два теста были отрицательные?! – не выдерживаю.
– С этим нужно разбираться, Элина.
Замолкаю в прострации. Смотрю то на экран Костиного телефона, то на его самого. В глазах Козырева шальной блеск и вроде бы радость. А я до конца не могу поверить, что можно выдохнуть. И нужны ли теперь какие–то разборки?.. Ведь самое главное произошло! Но решать тут явно придется не мне.
– Виновные за все ответят, – тихо, но со зловещей твердостью обещает мой мужчина.
Наш собеседник по видеосвязи качает головой.
– Не представляю, как они умудрились. Такой удар по репутации.
Я выдыхаю.
– Наш случай никому не интересен. Мы же не звезды…
Александр снисходительно смеется.
– Я не про СМИ, а о профессиональных кругах. Адвокаты города будут в курсе. Медики будут знать. В общем, не понимаю, как ребята могли так опарафиниться.
Козырев сбоку угрожающе сопит. А вот во мне нет жажды мести. Я счастлива! И может быть, поэтому хочу защищать всех вокруг.
– Но ведь экспертизы были сразу в двух лабораториях? Неужели на обоих останется пятно?
Специалист думает.
– Хм… Скорее всего, кашу заварил тот центр, который забирал материал и передавал его другому.
– Значит, – продолжаю мысль, – неправильно взяли мазок у Кости! Ведь от малыша была соска.
Александр щурится.
– Соска?.. Зачем, если тест по договоренности? Да и вообще эти передачи/перевозы. Нужно было делать всё максимально просто и прозрачно.
Тут не выдерживает Козырев.
– Ну прости, я не сталкиваюсь с подобным каждый день!
Он не говорит подробности, не унижает меня. Но я понимаю, далеко не каждый день у его ворот появлялась девица с малышом. Мы оба тогда были в неадекватном состоянии. Костя очень шокирован. Я безумно боялась.
– Ладно, ребят, будем разбираться! – смягчается Александр. – Остаемся на связи, а сейчас мне пора.
Мы от души благодарим его и прощаемся. Экран смартфона гаснет. Мы сидим и просто молча смотрим друг на друга. Костя тянется ко мне, берет за руку. Усаживает к себе на колени.
– Если бы я знал, ни за что бы не обратился к этим балбесам! – на эмоциях говорит он.
– Дождись хотя бы того, что они скажут.
– Меня злит то, сколько тебе пришлось дергаться из–за них! Все могло быть по–другому…
Вот тут мне хочется протестовать.
– Я не хочу по–другому! Пойди все по правилам, мы могли бы общаться спокойно, отстраненно. Эмоции бы не возникли! А я не хочу, чтобы ты просто был добросовестным отцом Лёвы. Воскресным папой.
Мой голос становится грустным. Костя же вдруг смеется.
– Ну, этого ты не дождешься! – он обнимает крепче. – Но ты права, нужно выслушать позицию лаборатории.
И только Костя это проговаривает, звонит его телефон. Сразу понимаю, это тот самый первый медцентр. Козырев слушает, вскидывает брови. Морщит лоб, поджимает губы.
– Хорошо, я попрошу переслать вам новый результат. Да, я ценю вашу открытость к диалогу. Сначала попытаемся разобраться без суда. До связи.
Поговорив, любимый спускает меня с колен. Встает на ноги. Прохаживается по гостиной. Наконец, поворачивается и объясняет всё.
– С их стороны не было никакой ошибки! ДНК проведен, забор и сам материал были нормальными. Результат однозначный, без всяких аномалий!
Мне становится плохо. Неужели мы снова откатились назад. Хватаюсь за лоб. Костя моментально оказывается рядом.
– Эй? Не думай, что я снова сомневаюсь. Контора, где работает Александр, не ошибается в принципе. Иначе… В общем, они давно отвыкли косячить. Плюс, я целиком и полностью верю тебе. Вон там, – он указывает рукой вверх, – спит мой сын, и это даже не обсуждается. Но мне, черт возьми, хочется во всём разобраться!
Я киваю, сглатываю. Костя убедителен.
– Хорошо, что у вас нет никаких мутаций, – улыбаюсь.
Козырев смеется.
– Наш мелкий точно идеален. А у меня, возможно, ты с годами и найдешь какие–то отклонения. Но имей в виду, никуда тебе уже не деться! Не опущу.
Я тянусь к его губам.
– Не отпускай.
Костя целует меня и увлекает за собой.
– Идем к Лёвке.
Уже у кроватки я замечаю, в глазах нашего папы стало еще больше гордого блеска. Хотя куда бы больше… Но экспертиза все–таки была не лишней.
Да, мне ценно, что Костя полюбил малыша и без нее! Однако он имеет право знать точно.
– Кость, я не жалею, что всё произошло именно так. Потому что очень сильно тебя люблю.
– Я рад, что у меня хватило ума никуда тебя не отпустить.
