Читаем без скачивания УАЗДАО или ДАО, выраженное руками - Павел Иевлев

- То есть ты не глойти грёмленгов?

- Они меня отрекомендовали так? – Андрей не очень натурально засмеялся, - Экие собственники! Они, некоторым образом, мои клиенты, это верно, но нет – я не вхожу в их забавную диаспору, и наши отношения чисто договорные. Они хотели покинуть этот мир, и я это устроил. В ответ они обещали оказывать мне некоторые услуги там, куда я их направил, и оказывали их. Однако через некоторое время они стали требовать пересмотра договорённостей. На мой взгляд, у них нет для этого никаких оснований, но они настаивают. В данный момент наши отношения заморожены до разрешения накопившихся противоречий. Надо полагать, тебе они обрисовали ситуацию иначе?

- Да, некоторые аспекты были освещены с другой точки зрения, - очень осторожно сформулировал я.

- Разумеется, - пожал плечами Андрей, - тут моё слово против их. Однако хочу обратить твоё внимание, что они уже показали себя не очень честными переговорщиками, и полученная от них информация тебя дезориентировала. Так что ещё раз предлагаю подумать о том, чьи интересы тебе ближе.

- Я пока не знаю, в чём состоят твои интересы.

- Ничего сверхъестественного. Мне не нужны приношения девственниц в жертву, или исполнение кровавых ритуалов. Тем более, что есть срезы, где с девственницами и ритуалами попроще, чем в вашем. Я практичный человек, в каждом срезе я беру то, в чём он превосходит остальные.

- И чем же мы знамениты в мультивселенной? – заинтересовался я.

- Автомобилями на двигателях внутреннего сгорания. Так вышло, что ваши средства передвижения требуют относительно легкодоступного топлива, при этом обладают приемлемой надёжностью и ремонтопригодностью. Есть более технологичные срезы, чем ваш – да хоть вот этот. Но они шли сразу путём электрической тяги, которая требует развитой инфраструктуры выработки и подачи электричества. Нам же, путешественникам, гораздо проще возить с собой запас бензина. Кроме того, из всех известных мне срезов, только ваш имеет концепцию «внедорожника» - транспортного средства для передвижения вне дорог.

- Серьёзно? – я сильно удивился, мне всегда казалось, что легковушки произошли от внедорожника путём его постепенной деградации, а не наоборот.

- Да, как правило, внедорожник – это порождение военного мышления и военного заказа. У вас, из технически развитых срезов, самый воинственный.

Интересное кино, странно себе представить, что где-то люди не убивают друг друга тысячами ради хрен пойми чего.

- В нормальных срезах, - продолжал Андрей, - сначала строят дороги, потом транспорт – это же естественно, дороги требуют технологий меньшего уровня. Только уникально высокий уровень конфликтности вашего среза породил концепцию универсального военного автомобиля. И это делает ваши транспортные средства востребованным товаром для путешественников, которым часто приходится пересекать неразвитые или даже вовсе незаселённые пространства.

- Ну… - протянул я, - у нас теперь тоже всё больше паркетники…

- Да, - согласился Андрей, -ваши военные уже отказываются от универсальных автомобилей, переходя на MRAP[2], а значит, и гражданские внедорожники вскоре исчезнут. Но даже одних УАЗиков достаточно для нашего небольшого спроса.

- Так гремлёнг должны были поставлять вам УАЗы? – иногда я всё же туплю не слишком долго.

- Не только УАЗы и не только нам. Запчасти, расходники, масла, топливо – подо всё это есть устойчивый спрос и налаженные каналы сбыта. Кроме того, они необычайно талантливые механики, их ремонтная база, натурализованная в вашем срезе, стала бы золотым дном.

- Дайте угадаю… Что-то пошло не так?

- Да, - не принял моей иронии Андрей. - Они оказались очень слабо адаптабельны в социальном смысле. Куда меньше, чем я от них ожидал. Они не сумели встроиться в социум, хотя я предоставил им базу в самой гибкой и малотребовательной в этом отношении стране. Уже одно это сильно ограничило их возможности. Кроме того, вскоре они решили, что отработали свой долг и потребовали новой сделки, не выполнив условия предыдущей, а когда я заморозил отношения, ухитрились связаться с теми, с кем не стоило. Увы, оказалось, что у них есть слабый и не обученный, но всё же проводник. Они называют их «глойти».

- Да, я знаю…

- Грёмленг – некогда кочевой народ, который задержался достаточно долго. Они не автохтоны в этом мире, но прижились и осели. Когда срез стал деградировать, они вспомнили о своих бродячих привычках, но не смогли уйти сами и обратились ко мне. Я поставил определённые условия, они их не выполнили, теперь требуют новой сделки – им, видишь ли, не очень нравится ваш мир, они хотят в другой, более им подходящий. При этом они имеют наглость засылать тебя, чтобы ты вломился в мой дом и передал их абсурдные пожелания в ультимативной форме…

- Я извиняюсь…

- Не надо, у меня нет к тебе претензий. Ты выглядишь разумным парнем, но, мне кажется, ты ставишь не на ту сторону.

- До сего момента я вообще не знал, что сторон больше чем одна… - признался я.

- Ну что же, теперь тебе есть о чем подумать. А пока пойдём – я вижу, ребята с охоты вернулись. Посидим, поболтаем у костра. Поедим свежего мяса. Сможешь освоиться с новой информацией и задать уточняющие вопросы. Не обещаю, что отвечу на всё, но у меня не так уж много секретов, и они тебе не особо нужны.

Мы встали из-за стола, и Андрей крикнул:

- Криспи! Цур обром, цуэ, цуэ!

Из коридора выбрела мрачная девица и начала убирать со стола. Движения её казались слегка заторможёнными и не вполне чёткими, но, в целом, она справлялась удовлетворительно.

На улице я увидел её товарищей по несчастью – сильно заросшего худого паренька, который с отрешённым видом тащил какие-то дрова, и блондинку вида вполне сексапильного, но с таким помороженным лицом и снулыми глазами, что «поябывать» такую можно разве что на правах резиновой куклы. Девушка изображала нечто вроде уборки территории – во всяком случае, в руках у неё была метла с синтетическим ярким помелом, и она совершала ей не очень эффективные, но всё же попытки, подметания листвы. Чуть дальше обнаружилась ещё одна особь в сером комбезе, настолько невзрачная и запущенная, что принадлежность к женскому полу я определил только по контексту, вспомнив рассказ Андрея. Она сидела на скамейке, уставившись вдаль в позе зайки, брошенного хозяйкой, и не делала ровным счётом ничего, даже глазами не повела в нашу сторону.

- Да, эта совсем плоха, - сказал за моим плечом Андрей, - Только ест и гадит. Хорошо, что хоть не в штаны, на это рефлексов хватает. Но мыть её уже приходится другим девушкам, да и кормить тоже. Дашь еду – поест, не дашь – так и будет сидеть. Но и остальные тоже в полном параличе мотиваций – прикажешь покормить – покормят, нет – сами не догадаются. Что с ними делать – ума не приложу…

- А почему нельзя отправить их в этот… Ну, тот город, в котором твой дом? Или в другой какой-нибудь город? Надели бы снова свои намордники и жили бы дальше счастливо в своей виртуальности…

- В какой ещё другой? Ах, ну да... Нет никаких других городов. Один остался. И в него их не примут, раз сразу не вывезли. Их аккаунты недействительны, их больше нет в базе. А того, чего нет в базе, для них не существует. Там можно ходить голым и ссать им в карманы – и они тебя не заметят, потому что тебя нет в базе.

- Я уже пробовал…

- Ссать в карманы? – изумился Андрей.

- Нет, конечно, - я рассказал историю столкновения с барышней, которая впала в шок, лишившись маски.

Андрей покивал:

- Да, неожиданное отключение может их даже убить. Ну, или сделать вот такими – выгоревшими. Они адаптировались к жизни в инфосреде, прекращение информационного потока очень травмирует. Но всё равно, в Кендлере им могли бы дать хотя бы шанс... А им отключили тепло, воду и еду, оставив виртуальность. Дополненная реальность их обманывала до тех пор, пока реальное обезвоживание не доконало, да и холодно тогда было, осень. Так и умерли от жажды, упиваясь иллюзией напитков и замёрзли в виртуальных дворцах. Самые стойкие дотянули до отключения сети и лишь некоторые сумели пережить такой стресс. Так что у нас, можно сказать, собраны здешние чемпионы по выживанию… - Андрей грустно улыбнулся своей шутке.

Я был шокирован:

- Но почему с ними так поступили? Ты говоришь, что это не катастрофа, значит, их целенаправленно убили?

- Это долгий разговор, - ответил Андрей, - Пойдём к костру, посидим, выпьем. Печальную историю этого среза лучше воспринимать не на сухую.

Одну из декоративных площадок этого большого и некогда дизайнерски-ухоженного участка варварски превратили в походный бивак троглодитов. Посередине горел большой костёр, рядом с которым расположились четыре человека. Одного из них я уже видел – тот самый эталонный наёмник с рекламного плаката. Остальные выглядели попроще, но куда более кровожадно – уже потому, что здорово перепачкались, разделывая здесь же, на выложенной красивой мозаичной плиткой дорожке, небольшого оленя. К костру были подтащены лёгкие садовые скамейки из витого прутьями золотистого металла, рядом располагался и грубый самодельный мангал, явно вырубленный из корпуса какого-то прибора. Один из присутствующих, бородатый квадратный мужик лет сорока, в старом выцветшем камуфляже, перекладывал туда недогоревшие угли из костра, оперируя изящным каминным совочком. ещё один, маленький и чернявый, в кожаной жилетке, татуированный по всем видимым поверхностям - чисто Los Zetas, - отрезал от туши куски весьма опасным на вид ножом, подавая их четвёртому, который тоже орудовал немаленьким свинорезом, разрезая их на кусочки поменьше и насаживая на какие-то монструозные шампуры. Этот четвёртый был и вовсе негр баскетбольных пропорций. Разгрузка на голое тело, длиннющие ноги в роскошных коркорановских берцах и неизменная бейсболка, надетая козырьком назад. Он весело скалился, сверкая белыми зубами в сгущающихся сумерках, и единственный отреагировал на моё появление, помахав приветственно рукой и сказав: «Хай». В руке был зажат нож, но ничего угрожающего в жесте не было. «Хай» было сказано типично по-американски, но делать выводы я не спешил. Кстати, у всех четверых на поясах были пистолеты – я не слишком разбираюсь, чтобы определить какие, но определённо не ПМ. У меня есть несколько знакомцев, неистово дрочащих на короткоствол, которые немедленно определили бы производителя, модели и калибр, а потом битых полчаса перечисляли бы их достоинства и недостатки, по сравнению со своими любимыми пушками, которые они, как и полагается знатокам, видели только на картинках. Я же не вижу смысла забивать себе голову информацией, которая мне никак не может пригодиться в стране, где личное оружие запрещено.