- Я бы не останавливался. Чего они встали, гаденыши? Максим, съезжай в кювет, объедем их под дорогой. Если кинутся за нами, будем знать, что это плохие парни.
Максим медленно скатился с дороги и, прикрываясь полотном, миновал красный автомобиль. Отъехав примерно на километр, немного удалился от трассы, чтобы увидеть, что предпринял экипаж встречной машины. Красная точка стремительно скрылась за поворотом. Видимо, её экипажу эта встреча тоже далась нелегко. Максим посмотрел на Рустама и застал его с засунутыми в уши пальцами.
- Когда я буду рулить, ты тоже сможешь так делать, – произнес он громко.
Это рассмешило Максима. Смех очистил чувства от нервного напряжения, готового вылиться в страх.
- Не вынимай, пока я не передам тебе руль, – не переставая смеяться, пошутил он.
Рустам, естественно, не выполнил его просьбу.
- Вот раньше как было? Ну встречка и встречка, а сейчас? В штаны можно наложить! Был бы у нас броневичок, не так страшно было бы на дорогу выезжать.
- Соляры на него не напасешься, а так вещь хорошая, – согласился Максим.
Больше до самого водохранилища им никто не препятствовал. Появилась даже мысль, что люди намеренно не пользуются трассой, выбирая менее значимые дороги или вовсе проселки. Артерия, питающая регион до катастрофы, воспринималась теперь, как место для людей, от которых стоило держаться подальше. Эпизод с красной машиной этот вывод только подтвердил. На дороге каждый боялся всех.
На повороте к водохранилищу стоял дорожный знак «Миролюбовское водохранилище», а под ним была приписка, сделанная недавно через трафарет белой краской: «Территория мира». Однако в условиях суровой действительности это воспринималось не как констатация, а как предупреждение о том, что здесь лучше вести себя мирно.
Через пару километров по грунтовке парни наткнулись на мощный блокпост. Дорогу преграждали бетонные блоки, выложенные в шахматном порядке, а объезду препятствовали железные ежи, выставленные в ряд от леса и до леса. За блокпостом стоял вкопанный по башню БТР. Ствол КПВТ смотрел прямо в лобовое стекло их машины. К водительской стороне подошел мужчина, держа обе руки поверх автомата, висящего на ремне.
- Шалом, ребятки. С чем пожаловали? – спросил он, заглядывая в салон.
- Радио ваше поймали, вот и приехали разузнать подробнее, – ответил Максим.
- А-а, понятно. Багажник открой, – мужчина цепким взглядом пробежался по лицам Максима и Рустама. – Оружие есть с собой?
- Пистолеты, – признался Максим.
- Пистолеты… – усмехнулся мужчина.
Он перешел к багажнику, поднявшемуся на сервоприводах. Осмотрел огромное пустое нутро машины, поднял коврик, отогнул обшивку, заглянул под днище и вернулся к водительской двери.
- Значит так, хлопцы, вам здесь никто и ничто не угрожает. Выньте обоймы из оружия и выщелкните, если остался патрон в стволе. С заряженным оружием у нас запрещено ходить. Езжайте еще с километр, там встретите второй блокпост, они вам скажут, с кем пообщаться. Давайте, пока! – мужчина махнул рукой, пропуская машину.
Максим тронулся вперед, аккуратно объехал блоки и поехал дальше. Лес закончился, открылась гладь огромного водохранилища, по поверхности которого к берегу катились барашки невысоких волн.
- Красота, – произнес Рустам. – Чувствуешь, тьма пропала?
- Да, чувствую, – Максим тоже заметил, как пропало ощущение прессинга.
Следующий блокпост находился в домике со шлагбаумом. Максим остановился перед ним и посигналил, потому что никто не вышел им навстречу. Вскоре из домика показался заспанный толстяк. Он был без оружия, или же просто забыл его взять.
- Здорово, – он подошел и заглянул в салон. – Кто такие?
- По радио сказали, что мы можем получить у вас ценную информацию касаемо оружия и противодействия «черному спектру».
- Вы что, так и приехали сюда вдвоем? – спросил он удивленно.
- А что такого? На дороге свободно, ни души.
- Молодые, глупые и смелые. Только два дня назад в десяти километрах от нас слышали перестрелку. Молотили из всего подряд.
- Мы ничего такого не видели. На дороге только брошенные машины.
- Повезло. Лучше такого не видеть. Хотелось бы верить, что отношения выясняли все эти медикаментозные банды, от которых житья нет. Поклонники тьмы еще, сектанты чертовы.
- Которых «страховщиками» называют? – вспомнил Максим о том, что им рассказывали месяц назад в райцентре.
- Да, они самые. Вроде пропадали, а теперь снова появились. Вы сами-то не под кайфом? В глаза смотри, – толстяк посмотрел в зрачки Максиму, затем Рустаму. – Вроде, нет, – он поднял вручную шлагбаум. – Вон в той палатке у нас человек сидит, который ответит на любые ваши вопросы. Или не ответит, если вы ему не понравитесь.
