это одна большая палуба посреди бушующего моря. Ну, пойдем уже!
— Буквально минутку подожди. Мне нужно отдать парням пару распоряжений и проследить, чтоб они не натворили чего.
— Не, — фыркнула девушка, — Не могу ждать. Я пойду, пожалуй, присяду и закажу нам чего-нибудь выпить.
— Тогда мне бери безалкогольного. Квас, сок или просто воду, — пожал плечами я, наблюдая за тем, как на двор заезжают наши телеги. Выглядели они куда менее внушительно, чем гружёные товаром возы купцов. Ну да и мы сюда не торговать приехали.
— На нас же алкоголь не действует, — с удивлением в голосе напомнила девушка.
— Действует, но не так сильно, как на людей, — возразил я, немного помолчал и добавил, — Утром будет похмелье. Чувства притупляет. А я пожалуй, не хочу сегодня их притуплять.
— Вот значит, как? — многозначительно хмыкнула девушка, а затем хитро улыбнувшись стрельнула в мою сторону глазками, — У тебя какие-то планы на вечер?
— У меня большие планы на этот вечер и на всю оставшуюся ночь, — я невольно ухмыльнулся и подмигнул ей. Девушка ничего не ответила. Лишь ещё раз многозначительно хмыкнула, подмигнула в ответ и весьма выразительно покачивая бёдрами пошла ко входу в корчму. Не знаю, что именно она хотела этим сказать, но ожидание потихоньку начинало становиться просто невыносимым.
— Так, ладно, парни, — бросил я, помотав головой, — Давайте разгружайтесь поживее, да пойдем уже внутрь. Одрик, твой десяток занимается лошадьми. Эйст — разместите повозки вдоль забора и разверните так, чтоб их было удобней разгружать. Остальные переносят вещи внутрь. Не стоит лишний раз привлекать внимание воров и всяких проходимцев.
Парни тут же принялись за работу. И только маги остались стоять в стороне, удивлённо оглядываясь по сторонам. Ну нет, ребятки. Так дело не пойдет. Тунеядцев в отряде не держал и не собираюсь.
— Альберт, — махнул я рукой магу, — Бабы с детьми пусть идут внутрь. Остальные — на разгрузку телег.
— Ты серьёзно? — удивлённо посмотрел на меня колдун, — Ты предлагаешь трёхсотлетним магистры магии, которые видели ещё становление Эйденвальда и указывали Родрику Великому, таскать тюки с наёмничьим барахлом.
— Вы давно уже не магистры, а тот король, которому вы указывали гниёт в земле, — я криво ухмыльнулся и сплюнул под ноги, — Можете не таскать, но ночевать тогда будете на конюшне всем скопом.
— Вам же сказали…
— Вас охранять, это правда, — кивнул я, — Но никто не обязывал нас обеспечивать вам приличные условия проживания. Если вы не хотите трудиться вместе с людьми, то и жить будете со скотом.
Со стороны моих ребят послышались сдавленные смешки. Колдун по натуре своей был высокомерным засранцем и за время плавания много с кем успел переругаться. Так что, теперь немало ребят порадовалось тому, что этому выскочке напомнили про его место.
Альберт выругался. Тихо и неразборчиво. Единственное, что я сумел расслышать — это обрывок фразы «ё***ый демон». Но, по существу возразить ему было нечего. Колдуны зависели от нас во всём, так что Альберту пришлось подчиниться.
— Я рад, что это у нас взаимно, сладкий! — ухмыльнулся я подходя к ближайшей телеге и подхватывая с неё тяжелый тюк, с десятком завёрнутых в нём гамбезонов. Со стороны наёмников послышалось громкое ржание нескольких десятков глоток, — А теперь давайте, хватайте мешки. Раньше начнём, раньше закончим. «Arbeit macht frei», как говориться.
— Чего? — колдун уставился на меня непонимающим взглядом.
— Труд, говорю, освобождает, — хмыкнул я, поудобнее пристраивая тяжелый тюк себе на спину.
Колдун ничего не ответил. Лишь ещё раз тихо и невнятно выругался. Затем вскинул руку и… я буквально кожей ощутил возмущение в магическом фоне. Несколько увесистых тюков поднялись над телегой и неторопливо поплыли к двери, ведущей в корчму. Остальные маги последовали его примеру. Руки пачкать они не хотели и не собирались.
— Вот ведь шайка грёбаных позеров, — хмыкнул Бернард, забирая с телеги связку оружия, — Чую, хлебнём мы ещё с ними неприятностей.
— Это да, проблемные ребята, — согласился я, немного подумал и добавил, — Но нам платят за то, чтоб мы решали чужие проблемы. А за эту платят особенно неплохо.
Сержант лишь многозначительно хмыкнул, покачал головой и потащил свою ношу ко входу в корчму. Мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.
Возвращаться за вторым мешком я уже не планировал. Не было нужды. С собой мы тащили не так много скарба, так что и спор с предводителем магов был скорее… Необходимостью поставить этих высокомерных выскочек на место, и сразу обозначить их положение в отряде. Не «почётные гости», а такие же работяги, как и все прочие.
Внутри корчмы было тесно, тускло и дымно. Под потолком кованная люстра чадила четырьмя жировыми коптилками. В дальнем конце помещения жарко потрескивал очаг, то и дело плюясь в чёрный зёв дымохода стайками огненных мотыльков. Со стороны кухни доносился аромат жареного мяса.
Людей в главном зале собралось удивительно много. Помимо нашего отряда тут сидел ещё с десяток других гостей, да несколько пьянчуг, ошивавшихся возле стойки. Наверное, выселили лишь постояльцев. А местных, которые пришли перекусить, пообщаться и выпить, трогать не стали. Впрочем, большая часть из них благоразумно старалась держаться подальше от наших ребят. Большая часть, но не все.
— Эй, красавица, — к Айлин подсел какой-то щегольски разодетый пижон, — Позволишь угостить тебя выпивкой. Знаешь, в этой корчме подают лучшее вино к югу от Варенны. А ведь оно так подходит под цвет твоих волос.
Судя по его пурпурному берету с заткнутым в него павлиньим пером, лёгкой курточке, отороченой золочёными пуговицами и туго набитому кошельку у пояса, он был либо каким-то богатым купцом, либо вовсе — дворянином. Изрядно набравшимся дворянином.
— Нет, спасибо, — мягко, но настойчиво отказалась девушка, пересев на соседний стул, — Я не в настроении, и вообще я тут не од…
— О-о-о, — щёголь снова подсел поближе и положил руку ей на плечо, — Так ты сразу предпочитаешь пойти наверх и продолжить там? В таком случае…
— Руки убери! — в голосе Айлин послышались раздражённые нотки. Девушка заметно напряглась. Складывалось впечатление, что ещё немного, и она возьмёт увесистую деревянную кружку, стоявшую перед ней на стойке, а затем съездит ей засранцу по морде. Нехорошо. Не хотелось бы устраивать скандал и ссориться с местными в
