с ними в дороге ничего не случилось.
— Ага, — скептически хмыкнул я, — А в особенности за тем, чтобы они сами по пути ничего не натворили.
— Схватываете на лету, — улыбнулся толстяк. Заложил руки за узорчатый пояс и шумно выдохнул. По его лбу катились крупные бисеринки пота. Ничего-ничего, засранец, тебе полезно иногда и ногами пошевелит, — Так что подумайте ещё раз над предложением. Вы уверены, что хотите от него отказаться?
Думать тут было особо не над чем. Мы и так собирались сопровождать магов. Но тут нам за это ещё и заплатят. Деньги отряду сейчас будут очень кстати. Да и союзника, пускай и довольно сомнительного, терять не хотелось. Хотя его погруженность в наши дела откровенно пугала. Скорее всего среди бойцов отряда затесался его шпион, который периодически докладывал святоше о положении дел. Что, в общем-то не удивительно. У нас до сих пор оставалось несколько храмовников, шедших с караваном аж из Деммерворта.
— Деньги нам не помешают, — кивнул я, чуть притормаживая. Толстяк за нами не успевал, — И сколько Альрейн готов заплатить за эту задачу?
— О, более чем щедро, — улыбнулся толстяк, вытирая пот со лба тыльной стороной кожаной перчатки, — Тут можете не сомневаться.
— И всё-таки хотелось бы узнать конкретную сумму, прежде чем заключать этот контракт, — продолжил настаивать я. Прошлый опыт уже научил, что условия всегда нужно обговаривать настолько чётко, насколько это вообще возможно. Нас всё равно попытаются поиметь, но так хотя-бы у нанимателя будет куда меньше свободы манёвра в этом плане.
— Двадцать серебряных Альдингов вас устроит? — поинтересовался толстяк.
Я аж невольно присвистнул. Сумма и впрямь получалась внушительная. На такую можно было снарядить небольшую армию в пару сотен человек. Конечно, обмундирование вышло бы средненьким, но сам факт…
— Есть ещё одна деталь, — я решил немного дожать этого чиновника. Сопровождать до столицы новоявленной империи группу этих засранцев у меня не было никакого желания, — Отряд идёт только до скалы воронов. Дальше вам придётся искать для этого детского сада на выгуле других сопровождающих.
— Нас это вполне устроит, — чиновник даже не попытался спорить, — Главная ваша задача провести их в целости и сохранности через степи Истланда. Конечно, работа может показаться простой, но я бы на вашем месте не рассчитывал на лёгкую прогулку, — он на мгновение замолчал и тяжело опёрся на каменные перила живописной набережной.
Канал тянулся «по центру» главной улицы, прямо к замковому рву, разделяя её на две довольно широкие дороги. Дороги эти были соединены многочисленными мостами, под которыми плавало несколько небольших лодочек. В двух сидели и клевали носом рыбаки, в ещё одной стоял какой-то красиво разодетый пижон. Он держал в руках шест, которым отталкивался от дна канала и гнал лодку вперёд, в сторону моря. На носу его посудины сидела не менее красиво разодетая девушка.
— Так почему нам не стоит ждать лёгкой прогулки? — напомнила ему Айлин. Толстяк шумно выдохнул. Достал из сумки шёлковый платочек, отёр им лоб и, наконец, соизволил ответить.
— Потому что не так давно у нас прервалось сообщение по зелёному тракту, — сказал он, снова потихоньку шагая вперёд, — Это, можно сказать, главная торговая артерия юга, соединявшая порт Дрейк со столицей Вестланда. И если раньше по ней мог проехать практически кто угодно — хоть вестовой, хоть захудалый купчишка с парой кляч и одним возом, то теперь такой путь может преодолеть только крупный и надёжно охраняемый обоз. И дело не в степных налётчиках, пустынных котах или стаях землероев. С ними отлично справлялись наши разъезды и торговые посты, на которых дежурила стража. Однако с недавнего времени в степь начали просачиваться летучие отряды Алерайцев. С разъездами пришлось покончить, а посты с тех пор стоят покинутые.
— А как же лорды или королевская армия? — поинтересовался я, ещё раз косясь на своих ребят. Те уже начинали с интересом поглядывать по сторонам, то и дело подмигивая местным девушкам или присматриваясь к товарам, оставшимся на торговых прилавках. Некоторым из них, похоже, деньги жгли карман, а наиболее «предприимчивые» уже подмечали, что можно просто стянуть или «отжать» не тратя на это кровно заработанное. Их прошлое, в котором было и браконьерство, и мародёрство, и откровенный бандитизм — все ещё давало о себе знать. А ведь если посмотреть, налог на пребывание наёмничьего сброда в городских стенах — не такая уж плохая идея. Так сказать, превентивная компенсация ущерба, который мы скорее всего нанесём.
— Королевская армия, как вы могли заметить, находится не в лучшем состоянии. — покачал головой чиновник, тоже поглядывая на моих ребят. На мгновение на его невозмутимом одутловатом лице промелькнула недовольная гримаса. Он тоже прекрасно понимал, чем именно наш визит обернётся для города, — У неё нет сил защитить даже собственную столицу. Что же до маркграфа и баронов — они решили сосредоточить усилия на обороне собственных городов и деревень. И их можно понять. Не так уж много воинов есть на свете, способных догнать Алерайцев в степи. А тех, кто способен догнать этих сукиных детей, а после ещё и разбить — и того меньше.
— Ясно, — кивнул я, и немного помолчав, добавил, — Что ж, нас и впрямь ожидает непростой путь.
Некоторое время шли молча. Солнце окончательно утонуло в густых, тяжелых тучах. Город накрыла пелена серой хмари. То тут, то там начали загораться крохотные квадратики окон. Попадавшиеся навстречу стражники доставали небольшие, масляные лампадки. Встретилась нам и бригада фонарщиков. Двое мужиков тащили лестницу, другой нёс бутыль с топлёным жиром или маслом. Они то и дело останавливались возле высоких деревянных столбов, располагавшихся по самому краю набережной. Один, тот что с бутылкой, поднимался наверх и заливал в железные чаши дурнопахнущую субстанцию. Затем чиркал кресалом о кремень, и на каменной мостовой начинали плясать оранжевые отблески пламени. Город был достаточно богатый, чтобы позволить себе освещение главной улицы.
— А что вы имели ввиду, когда говорили «в том, что грядет»? — наконец нарушила молчание Айлин, — Что именно грядет то?
— Вы не знаете? — чиновник удивлённо покосился на нас. Отдышка у него потихоньку проходила. Должно быть, приноровился к нашему темпу ходьбы, — Как бы это вам помягче то сказать… — он снова надолго замолчал, задумавшись над тем, стоит ли разглашать такую важную, и в то же время очевидную информацию. Затем, всё-таки решив,
