Эти слова не были пустым проявлением вежливости. Ицхак был искренне готов помочь. У Ричарда потеплело на сердце: он знал, что этот человек ради него бросит все. Но сейчас был неподходящий момент для объяснений, и Ричард сказал только:
— Все не так просто.
— Ричард, — протиснувшись вперед, вмешался Виктор, — у нас неприятности…
Ицхак раздраженно прервал Виктора:
— У Ричарда жена пропала. Зачем морочить ему голову еще какими-то неприятностями?
— Не кипятись, Ицхак, Виктор уже знает про Кэлен, — Ричард положил левую руку на рукоять меча и обратился к Виктору:
— Что случилось?
— Только что вернулись разведчики. Они обнаружили отряды Имперского Ордена, которые идут в нашем направлении.
Ицхак снова сдернул шляпу с головы:
— Войска?
— Еще один обоз с провиантом? — спросил Ричард.
— Нет. Боевые подразделения, и они движутся на нас.
— Солдаты идут? — округлив глаза, воскликнул Ицхак. — И скоро они тут будут?
По растущей толпе прошел шумок: люди передавали друг другу тревожную новость.
— Судя по скорости марша, им потребуется еще несколько дней. У нас есть время подготовить оборону. Но времени не слишком-то много.
Никки подошла к Ричарду. Прямая, с высокой поднятой головой и пронзительным взглядом, она привлекла всеобщее внимание. Гомон толпы утих. Даже люди, не знавшие, кто такая Никки, обычно умолкали в ее присутствии — не понимая, почему такая привлекательная женщина пугает их.
— Разведчики точно определили направление? — спросила она. — Возможно, они пройдут мимо нас, направляясь на север?
— Они не направляются на север, — буркнул Виктор, уверенно мотнув головой. — Они идут с севера.
Пальцы Ричарда крепче стиснули рукоять меча.
— Идут с севера? Ты не ошибаешься?
— Это закаленные боевые части, — подтвердил Виктор. — Еще хуже, что по дороге они подобрали одного из своих жрецов.
Люди заволновались. Раздались возбужденные голоса, и каждый, желая быть услышанным, старался перекричать другого.
Никки вскинула руку, призывая к тишине. Других усилий ей не потребовалось — на склоне темнеющего холма, на мраморных ступенях мгновенно все стихло. Брови Никки сошлись на переносице, словно у ястреба, высмотревшего добычу. Подойдя вплотную к угрюмому кузнецу, она прошипела:
— С ними идет чародей?
Виктор не попятился — один из немногих — и ответил:
— Говорят, что он — жрец высокого ранга в Братстве Порядка.
— А в братстве вообще все чародеи, — заметил Ицхак. — Эту новость доброй не назовешь. Нет в ней ничего доброго!
— Это уж точно, — вздохнул Виктор. — Судя по донесениям разведчиков, там несомненно есть чародей.
В толпе снова поднялся гомон. Одни уверяли, что в любых обстоятельствах сумеют отразить попытку Ордена вновь захватить Алтур-Ранг. Другие, не столь самоуверенные, задавали растерянные вопросы.
Никки, обдумав новости, обратилась к Виктору:
— Удалось ли разведчикам узнать имя или какие-нибудь подробности, определить, кто он?
Засунув пальцы за пояс, Виктор кивнул утвердительно:
— Этого жреца зовут Кронос.
— Кронос… — задумчиво повторила она.
— Наши ребята поработали с умом, — сказал Виктор. — Они ухитрились незамеченными опередить солдат и, прикинувшись местными жителями в городишке, лежавшем на пути легиона, дождались их прихода. Солдаты стали лагерем на краю городка на несколько дней, для отдыха и пополнения припасов. Понятно, что горожан они обобрали дочиста. Напившись допьяна, солдаты выболтали достаточно, чтобы мои ребятки уловили суть их намерений. А они намерены не только положить конец восстанию в Алтур-Ранге. Они получили приказ сокрушать крамолу повсюду и не проявлять при этом излишнего милосердия. Учинить, так сказать, образцовую расправу. Задача не представляется им слишком сложной — и они заранее предвкушают, как позабавятся после победы.
Глухое молчание воцарилось в толпе.
— А как там насчет чародея? — спросил Ицхак.
— Видимо, этого Кроноса считают весьма благочестивым. Он среднего роста, голубоглазый. С солдатами не пил. Зато долго и нудно проповедовал горожанам о необходимости следовать истинным заветам Создателя и жертвовать всем, что они имеют, на благо ближних — то есть Имперского Ордена и возлюбленного императора. Но когда он не проповедует, то занимается совсем иными делишками. Он распутник, и, судя по всему, ему все равно, какая женщина ему попадается и хочет ли она этого. Одну девушку по приказу Кроноса схватили прямо на улице, ее отец возмутился, поднял шум и собрал толпу; тогда добрый брат вышел и вспышкой своей силы поджег отцу кожу. Оставил его в назидание другим кричать и корчиться от боли, а сам пошел дальше развлекаться с дочерью. Бедняга умирал несколько часов. Мои ребята говорили, что ничего страшнее не видывали. После этого, понятное дело, никому уже не хватало духу возражать, когда Кронос выбирал себе новую женщину.
Толпа зароптала. Многих потряс и возмутил этот рассказ. Мысль о том, что орденские изверги собирались «образцово» покарать их самих, также не прибавила никому радости.
Никки не удивило сообщение об этой жестокой выходке. Она надолго погрузилась в задумчивость, потом покачала головой:
— Этого брата Ордена я не знаю — их много, и я не могу знать всех.
Темные глаза Ицхака перебегали с Ричарда на Никки.
— Что будем делать? Войска и чародей…. Это плохо. Но вы что-то придумаете, да?
Из толпы раздались возгласы одобрения и согласия с Ицхаком. Люди хотели знать, что думает Ричард. А он считал, что тут обсуждать нечего.
— Вы боролись за свободу и победили, — сказал Ричард. — По-моему, сдаваться вам нельзя!
Люди и с этим согласились. Они знали очень хорошо, каково жить под пятою Ордена, и уже распробовали вкус свободы. И все же страх начал закрадываться в сердца народа.
— Но вы здесь, с нами, лорд Рал, — послышалось из толпы. — Вы видали переделки и похуже, чем эта. С вашей помощью мы победим вражеских солдат!
Однако среди сгустившихся сумерек раздались совсем не те слова, каких ожидали все.
— Боюсь, что остаться здесь я не смогу, — медленно проговорил Ричард. — У меня есть неотложное и крайне важное дело. Мне придется уехать завтра на заре.
Потрясенное молчание стало ему ответом.
— Но войско противника будет здесь через два-три дня! — наконец воскликнул кто-то другой. — Лорд Рал, уж столько-то вы можете подождать!
— Если бы мог, то остался бы с вами и устроил достойную встречу этим солдатам, как раньше устраивал — но сейчас не могу себе позволить даже лишнего часа промедления. Битва ждет меня в другом месте. Но враг у нас один, и душою я буду здесь, с вами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
