Ошеломленные люди не сводили с него глаз; он понял, что нужно объясниться подробнее.
— Неужели вы не способны просчитать, что случится дальше? Если я останусь, и мы победим тех солдат, которые сейчас идут убивать вас, вскоре придут другие, и в большем числе. Не можете же вы задерживать меня здесь до бесконечности, чтобы спасать вам свободу всякий раз, когда Джегань будет присылать своих солдат на захват Алтур-Ранга? Вы более не рабы — но, научившись вести житейские дела, теперь вы должны научиться самостоятельно защищаться. В мире полно таких мест, как Алтур-Ранг, и всем им предстоят такие же испытания. Раньше или позже вам придется взять ответственность на себя — так почему бы не сейчас?
— Значит, вы покидаете нас, когда мы больше всего нуждаемся в вашем присутствии? — прозвучал голос из толпы.
Его никто не поддержал, но было ясно, что многие подумали то же самое. Кара незаметно придвинулась ближе к Ричарду. Но прежде чем она успела стать, заслоняя его, он исподтишка взмахнул рукой, предупреждая, чтобы она не двигалась.
— Ну-ка опомнитесь, люди! — прорычал Виктор. — Ричард никого не покидает, и я не допущу подобной болтовни! — Стоявшие рядом горожане попятились, учуяв угрозу в его тоне. От одного только гневного взгляда Виктора бывало, бледнели здоровяки вдвое крупнее его. — Он уже сделал для нас больше, чем кто бы то ни было прежде. Всю свою жизнь прожили мы под властью Ордена. Ричард показал нам, кто мы на самом деле, доказал, что мы — гордые люди и можем сами устраивать свою судьбу. Мы взяли на себя ответственность за наши собственные жизни и добились свободы. Это не он пришел и даровал нам ее. Мы выковали ее сами!
Люди, стоящие на ступенях лестницы и внизу, на траве, выслушали эту отповедь молча; кое-кто пристыженно поглядывал на соседей. Но как только Виктор договорил, собрание взорвалось возбужденными выкриками согласия, предложениями, что нужно предпринять. Никки дернула Ричарда сзади за рукав и отвела его в сторонку, где можно было поговорить вполголоса.
— Ричард, эту битву сейчас следует считать наиболее важной!
— Я не могу остаться.
Ее голубые глаза сверкнули еле сдерживаемым гневом:
— Здесь твое настоящее место, ты должен возглавить народ! Ты — лорд Рал. Они рассчитывают на тебя!
— Независимость означает ответственность. Мы все боремся за то, во что верим. Они сделали свой выбор, когда подняли восстание, я — свой. Я намерен сделать то, что считаю своим первостепенным долгом.
— Ты бежишь от боя с врагом ради погони за фантомами?
Ее язвительные слова остались без ответа. Ричард отошел от чародейки и обратился к народу:
— И Древний, и Новый мир охвачены войной. — Разговоры в толпе мало-помалу стихли, люди поворачивались к Ричарду, чтобы и слышать, и видеть его. — Войско, идущее сюда, состоит из вояк, закаленных и испытанных в этой войне. Проходя по разным землям севера, они разоряли их, они орудовали своими мечами, секирами и булавами, убивая и вооруженных, и безоружных людей Нового мира. Эти войска набрались опыта в захвате городов и убиении мирных жителей. Явившись сюда, они будут пытать, насиловать и убивать граждан этого города, как они поступали и с теми городами… если вы не сумеете их остановить.
Он сделал паузу, чтобы перевести дыхание.
— Но даже если вам удастся выстоять, на этом не кончится. Орден пришлет новых солдат. Если вы победите и их, в следующий раз придет еще большее войско.
— Ричард, как тебя понимать? — спросил Ицхак, нарушив всеобщее молчание. — Значит ли это, что положение безнадежно и нам нужно сдаться?
— Нет. Я хочу, чтобы вы отчетливо осознавали, что значит воевать против Имперского Ордена — видели подлинные размеры предстоящей вам работы. Если вы хотите остаться свободными перед лицом такого противника, недостаточно просто стоять на месте и оборонять город. Ни одна война еще не была выиграна обороной. Вам нужно дать врагу такой отпор, чтобы отбить у него охоту снова посягать на вашу свободу. Заботясь о себе, вы поможете и всему миру избавиться от Имперского Ордена.
Ричард медленно покачал головой.
— Сейчас только Д’Хара, земля, которой я правлю, еще противостоит Ордену, Но в одиночку у нас нет шанса на успех. Как только Д’Харианская империя падет, император Джегань использует освободившиеся от этой войны войска и со всей силой обрушится на те островки сопротивления идеям Ордена, какие еще останутся. И первым в списке непокорных будет Алтур-Ранг. Это его родной город. Он не позволит, чтобы здесь оставались противники его убеждений. Он напустит на вас своих самых свирепых псов — уроженцев Древнего мира. Вас окружит и обескровит войско Джеганя, составленное из ваших же соплеменников. Вы умрете все до единого, ваших сыновей вырежут, а ваши жены, сестры и дочери станут наградою для тех мерзавцев, чьей силой поддерживается власть Ордена.
В потрясенной толпе не слышно было ни звука. Страх читался на всех лицах, белеющих в сумерках. Накануне битвы они ожидали бодрых, хвастливых речей, а не этой суровой правды.
Виктор прокашлялся.
— Ты еще что-то хочешь сказать нам, Ричард?
Ричард посмотрел на море голов, окружающее площадку, где он стоял, и кивнул.
— Да. Я пытаюсь объяснить, что просто стоять и защищаться, когда к вам придут, недостаточно. Вы должны сами нанести болезненный удар Имперскому Ордену и способствовать его падению.
Ицхак поднял руку:
— Способствовать его падению? Каким образом?
— Как все вы хорошо знаете, под властью Ордена у народа было мало работы, мало еды, мало надежд… кроме надежды на лучшую жизнь в посмертии — но только в обмен на самоотверженное служение в этой жизни. Жрецам Братства Порядка нечего предложить вам, кроме нищеты — потому они возводят страдание в ранг добродетели и великодушно обещают вам неслыханные, вечные наслаждения в неком ином мире. Эту награду нельзя заранее увидеть, об этом мире ничего не известно никому — кроме, якобы, самих жрецов. Никто из вас не стал бы продавать даже собаку за такие пустые обещания — и все же набрались целые легионы обманутых, готовых отдать свои жизни, единственные и неповторимые, в этой нечестной сделке!
Ричард оглядел примолкшую толпу и продолжил:
— Джегань взывает к воле Создателя. Он призывает бороться за будущее всего человечества и объявляет уничтожение всех, владеющих особым даром, весомым поводом для вторжения войск Древнего мира в Новый мир. Он убеждает своих подданных, что жители далекого севера — развратные язычники, и ради любви к Создателю их следует покорить. Но на самом же деле Джегань всего лишь отводит внимание народа от бедности и безработицы, к которым привели действия и учение Имперского Ордена. Вину за падение Древнего мира он возлагает на предателей — например, таких, как вы, — и на их сообщников на севере, якобы еще более злобных. Так Джегань дает отчаявшимся молодым людям выход, предмет, который можно ненавидеть, которому можно мстить за их собственные несчастья. Вы сами видели, как много таких юных и преданных «благородному делу» ребят покинули Алтур-Ранг, чтобы присоединиться к армии Джеганя. Они полностью уверовали в учение Ордена и теперь считают, что во всех их бедах виноваты инакомыслящие. Большинство из них уже недоступны доводам разума или раскаянию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
