— Без прически, без одежды… — продолжил шептть мне в шею Макс.
Я снова ахнула от неожиданности. Макс рванул платье на моей груди. Тонкая ткань поддалась с легкостью и ворохом сползла к моим ногам. Точно так же он разорвал свою рубашку и скинул ее на пол. Вжавшись в холодную стену, я наблюдала, как Макс снимает остальную одежду. Оставшись совершенно нагим, он опустился передо мной на колени и развел руки в стороны.
— Вот он я, весь настоящий и весь твой! — воскликнул Макс. — Твой муж, защитник и поклонник! У твоих ног!
Макс подполз на коленях вплотную и взял меня за лодыжки, прикасаясь к ним своими горячими губами. Он поднял на меня свои красивые огромные глаза.
— Я безумно люблю тебя! — продолжил он. — Как еще мне доказать, что ты для меня самое важное в жизни? В реальной жизни!
Мужик, которого час назад вожделела большая часть женщин на той злосчастной тусовке, сейчас валялся голый у меня в ногах! Я должна была завидовать сама себе! На секунду мне показалось, что у Макса раздвоение личности.
— Макс, заканчивай спектакль, и дай мне умыться! — потребовала я.
Он пугал меня… И невероятно возбуждал. Я хотела его так же, как впервые. Нет, сильнее. И так же тряслась от страха.
— Пиздец, — усмехнулся он. — Я перед тобой тут ползаю, а тебе не терпится умыться? Какая же ты сука!
Макса обидело то, что я не оценила представления. Его руки потянулись к моим трусикам, я попыталась отступить на шаг, но Макс уже вцепился в них мертвой хваткой. Запутавшись ногами в платье, я потеряла равновесие и упала прямо на своего мужа, который, казалось только этого и ждал. Он с легкостью подхватил меня и посадил меня верхом себе на колени. Тяжело дыша, я уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как член Макса твердеет подо мной.
— Я хочу тебя даже зареванную, — горячо шептал Макс мне в ухо, продолжая рвать мою одежду — трусики постигла та же участь, что и платье. — Зачем ты делаешь это со мной? Я теряю рассудок, разве ты не видишь? — продолжил Макс так же шепотом, горячо целуя мою шею и грудь.
Я вцепилась пальцами в его плечи, выгибаясь назад. Рассудок покинул не только Макса. Я уже стонала и ерзала на нем от нетерпения. Страсть и животное желание захлестнули меня настолько, что я неосознанно прикусила его плечо. Макс глухо застонал, и в это же мгновение оказался внутри меня. На мгновение я отключилась, пребывая в каком-то другом измерении. Смачный шлепок по заднице вернул меня к реальности.
— Какая же ты мокрая! — прохрипел Макс мне в ухо. — Я сейчас порву тебя! Боже, попроси меня остановиться! Скажи, что больно!
— Глубже, Макс! — требовала я. — Ну давай же!
Макс, подхватив меня за бедра насаживал меня на себя, будь здоров! Очень быстро это безумие закончилось.
Мы лежали на полу в коридоре изнеможденные, мокрые от пота, среди изорванной одежды. Моя голова покоилась на все еще тяжело вздымавшейся груди Макса.
— Ты довольна? — спросил Макс.
Я подняла голову и посмотрела на него. Он самодовольно улыбался.
— Ты же знаешь, что да! — ответила я и тоже улыбнулась.
— Я не знаю, кто из нас более безумен, но это ни чем хорошим не закончится, — сказал Макс, покосившись на свое достаточно сильно укушенное плечо.
— Я не буду извиняться, — стервозно рассмеялась я. — И я больше не пойду с тобой ни на какие вечеринки!
— Сука! — тоже рассмеялся Макс, обнажив свои белоснежные зубы. — Ни на что другое я и не рассчитывал.
— Перестань называть меня сукой, — попросила я, ласково погладив его по щеке. — И… я тоже люблю тебя!
Моя собственная известность, поначалу вдохновившая меня, со временем начала жутко раздражать. Повышенное внимание к моим соцсетям, ебанутые комментарии полные зависти и злости, мелкие статейки со сплетнями о нас с Максом, выводили меня из себя. Макс, видя мое очередное расстройство по-поводу какой-нибудь ерунды, подшучивал надо мной, а я, в отличие от него, не была готова к беспричинному хейту.
Моя жизнь превратилась в сплошное безумие. В ней смешалось все: любовь, известность, тщеславие, одиночество, страх, страсть, ревность, счастье, пустота. Круговорот в моей душе делал мою жизнь невыносимой. Спрятаться было негде и передышку сделать нельзя. Так мы с Максом и жили. Оба.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Макс потянулся и открыл свои красивые глаза.
— Привет! — улыбнулся он.
Трижды в неделю мой муж ходил в спортзал. Он набрал почти десять килограммов, и теперь его тело было еще более рельефным и совершенным, чем раньше. 116 килограммов красоты. Я не удержалась и провела рукой от его шеи до живота, наслаждаясь твердостью мышц и бархатистостью кожи. Затем прикоснулась языком к шрамику на плече, оставленному мною же. Мне было немного совестно, что я «подпортила Максу шкурку» в порыве страсти.
Эта метка останется с ним навсегда, в память о том вечере и обо мне, если только он не закроет ее очередной татуировкой, как он поступил с пятном от пулевого ранения. Макса же след от моих зубов совершенно не парил, по крайней мере, он не спешил от него избавиться. Интересно, что именно он вспоминает, когда видит его в зеркале? Вспоминает ли о том, как прекрасно было то безумие, которому мы предались? Или ему все равно?
— Любимая… — прошептал Макс, притягивая меня к себе.
Мне нравилось заниматься сексом по утрам. Мой муж, сонный и горячий был особенно нежен и нетороплив, а ещё ленив, он предпочитал, чтобы я была сверху.
— Да, моя девочка! — подбадривал он меня, придерживая своими сильными руками мои бедра.
Потом мы ещё долго нежились, целуя и лаская друг друга.
— Кажется, мне, и целой жизни не хватит, чтобы тобой насытиться… — с нежностью сказал Макс. Он с таким упоением рассматривал моё лицо, мягко поглаживая меня по попке.
— Да ты просто жадный сукин сын! — поддразнила я его.
Мне нравилось, когда он говорил мне такие вещи. Макс делал это крайне редко. Только в эти минуты я чувствовала, что хоть что-то да значу для него.
— Тебя это удивляет? Теперь ты моя, и только моя. И я собираюсь пользоваться всеми своими супружескими привилегиями, — Лениво протянул Макс, проводя рукой по внутренней стороне моих бёдер. — Малышка, порой я завидую сам себе. Как мне не жадничать, когда в моем распоряжении такие сладкие титички? — Макс осыпал поцелуями мою грудь. Кажется, я снова начала заводиться, но Макс перестал меня ласкать и откинулся на подушку. — Знаешь, не хочу, чтобы мы превратились в одну из таких пар, которые занимаются сексом раз в месяц, — задумчиво сказал он.
— Раз в месяц? — удивленно переспросила я.
Макс повернулся ко мне, чтобы видеть моё лицо.
— Да, моя милая. Сенька (барабанщик группы), например, спит со своей женой и реже. Они женаты уже лет восемь. Их объединяет только ипотека и двое детей. Зато на гастролях он в ударе. О, нет! — Макс увидел, как я поджала губы. — Зря я тебе это рассказал. Теперь ты будешь подозревать и меня. — Он рассмеялся, видя мое лицо, полное сомнений. — Я слишком самолюбив, чтобы пренебрегать своим выбором, а свой выбор я уже сделал.
Макс чмокнул меня в нос и поднялся с кровати. Он открыл шкаф-купе и принялся искать себе одежду. Я смотрела на Макса, испытывая эстетическое наслаждение от того, как грациозно он двигается, а ведь он всего лишь одевался.
Мускулы буграми перекатывались на его широкой спине. Макс неспеша натянул боксеры на свой упругий зад, поправив резинку на животе с идеальными рельефными кубиками. Длинные, сильные, стройные ноги…
Тайно хотеть своего мужа? Вот это безумие! Совершенство в нашей спальне! Никогда не могла назвать «мой». Просто сечас здесь. Со мной.
Мой? Я не знала. Даже подумать об том было страшно, поэтому я ни ему ни себе таких вопросов не задавала.
Макс заметил, что я его разглядываю, открыв рот, как будто вижу впервые, и самодовольно ухмыльнулся. Я улыбнулась в ответ, немного смутившись тому, что он застукал меня за этим занятием. Макс покорял женские сердца даже не своим идеальным телом и красивым лицом, а своей дьявольской ухмылкой и взглядом, которым он, казалось, способен раздеть и заглянуть в душу.
