другой и распевал:
⠀⠀ ⠀⠀
Пусть клубится дымок,
Пусть печётся пирог —
Славный выкуп мне завтра дадут!
На земле никому, никому невдомёк,
Как меня под землёю зовут.
А зовут меня Гном,
А зовут меня Гном,
А зовут меня Гном —
Тихогром!
⠀⠀ ⠀⠀
Можете себе представить, как обрадовалась королева, услыхав это имя. Она щедро наградила гонца и села у колыбели поджидать человечка.
Он скоро появился, потирая свои длинные руки и посмеиваясь.
— Ну, госпожа королева, — сказал он, — как меня зовут?
— Может быть, Франц? — спросила она.
— Нет.
— Может быть, Кунц?
— Нет.
— А может быть, Гейнц?
— Нет.
— Ну так, может быть, Гном-Тихогром?
— Это тебе сам чёрт подсказал! Сам чёрт подсказал! — закричал человечек и от гнева так сильно топнул ногой, что она ушла в землю по самое бедро. Тогда он обеими руками схватился за левую ногу и в ярости разорвал себя пополам.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Белоснежка и Краснозорька
⠀⠀ ⠀⠀
а краю леса, в маленькой избушке, одиноко жила бедная вдова. Перед избушкой у неё был сад, а в саду росли два розовых куста. На одном из них цвели белые розы, а на другом — красные. И были у неё две дочки — одна белее белой розы, другая румяней красной. Одну прозвали Белоснежкой, другую — Краснозорькой.
Обе девочки были скромные, добрые, работящие, послушные. Кажется, весь свет обойди — не найдёшь лучше! Только Белоснежка была тише и ласковей, чем её сестра, Краснозорька любила бегать и прыгать по лугам и полям, собирать цветы, ловить певчих птичек. А Белоснежка охотнее оставалась подле матери; помогала ей по хозяйству или читала что-нибудь вслух, когда делать было нечего.
Сёстры так сильно любили друг дружку, что всюду ходили вместе, взявшись за руки. И если Белоснежка говорила: «Мы никогда не расстанемся», — то Краснозорька прибавляла: «До тех пор, пока живы!» А мать заканчивала: «Во всем помогайте друг дружке и всё делите поровну!»
Часто обе сестры уходили вдвоём в дремучий лес собирать спелые ягоды. И ни разу ни один хищный зверь не тронул их, ни один маленький зверёк не спрятался от них в страхе. Зайчик смело брал капустный лист из рук сестёр, дикая коза, как домашняя, паслась у них на глазах, олень весело прыгал вокруг, а лесные птицы и не думали улетать от девочек — они сидели на ветках и пели им все песни, какие только знали.
Никогда никакой беды не приключалось с ними в лесу. Если, бывало, они замешкаются и ночь застанет их в чаще, они укладывались рядышком на мягкий мох и спокойно засыпали до утра. Мать знала это и нисколько не тревожилась о них.
Белоснежка и Краснозорька так чисто прибирали всегда свой домик, что и заглянуть туда было приятно.
Летом за всем присматривала Краснозорька. Каждое утро, прежде чем просыпалась мать, она ставила возле её постели букет цветов, а в букете непременно было по цветку с каждого розового куста — белая роза и красная.
А зимой в доме хозяйничала Белоснежка. Она разводила в очаге огонь и вешала над огнём котелок на крюке. Котелок был медный, но блестел, как золотой, — так ярко он был начищен.
Вечером, когда за окнами мела метель, мать говорила:
— Поди, Белоснежка, закрой поплотнее дверь!
И они втроём усаживались перед очагом.
Мать доставала очки, раскрывала большую толстую книгу и принималась читать, а обе девочки сидели за своими прялками, слушали и пряли. Подле них на полу лежал барашек, а позади, на нашесте, дремал, спрятав голову под крыло, белый голубок.
Вот как-то раз, когда они сидели так перед огнём и коротали вечер за книгой и прялкой, кто-то робко постучался у дверей, словно просил впустить его.
— Слышишь, Краснозорька? — сказала мать. — Отопри поскорей! Это, наверное, какой-нибудь путник ищет у нас приюта и отдыха.
Краснозорька пошла и отодвинула засов. Она думала, что увидит за дверью усталого человека, застигнутого непогодой.
Но нет, на пороге стоял не человек. Это был медведь, который сразу же просунул в дверь свою огромную чёрную голову.
Краснозорька громко вскрикнула и отскочила назад. Барашек заблеял. Голубок захлопал крыльями. А Белоснежка спряталась в самый дальний угол, за кровать матери.
Медведь посмотрел на них и сказал человечьим голосом:
— Не бойтесь! Я не сделаю вам никакого зла. Я просто очень озяб и хотел бы хоть немного обогреться у вас.
— Ах ты, бедный зверь! — сказала мать. — Ложись-ка вот тут, у огня… Только смотри поосторожнее — не подпали как-нибудь ненароком свою шубу.
Потом она закричала:
— Белоснежка! Краснозорька! Идите сюда поскорей! Медведь не сделает вам ничего дурного. Он умный и добрый.
Обе девочки подошли поближе, а за ними и барашек и голубок. И скоро уже никто из них не боялся медведя.
— Дети, — сказал медведь, — почистите-ка немного мою шубу, а то она вся в снегу.
Девочки принесли метёлку, обмели и почистили густой медвежий мех, и медведь растянулся перед огнем, урча от удовольствия.
А Белоснежка и Краснозорька доверчиво примостились возле него и давай тормошить своего неповоротливого гостя. Они ерошили его шерсть пальцами, ставили свои ножки к нему на спину, тянули его то вправо, то влево, дразнили его ореховыми прутьями. А когда зверь начинал рычать, они звонко смеялись.
Медведь охотно позволял играть с ним и, только когда его уж очень донимали, ворчал:
— Белоснежка! Краснозорька! Пощадите!
⠀⠀ ⠀⠀
Долго ль, дети, до греха?
Вы убьёте жениха.
⠀⠀ ⠀⠀
Когда наступила ночь и пришло время ложиться спать, мать сказала медведю:
— Оставайся-ка тут, перед очагом. Здесь ты, по крайней мере, будешь укрыт от ветра и стужи.
Мохнатый гость остался.
На рассвете девочки отворили дверь, и медведь медленно побрёл в лес по снежным сугробам.
Но с той поры каждый вечер в один и тот же час он приходил к ним, ложился перед очагом и позволял обеим сёстрам тормошить его сколько им вздумается.
Девочки так привыкли к нему, что даже дверей не закрывали, пока не придёт их косматый чёрный приятель.
И вот наступила весна. Когда всё вокруг зазеленело, медведь сказал Белоснежке:
— Прощай. Я должен уйти от вас, и целое лето мы не увидимся.
— Да куда ж ты идёшь, милый медведь? — Спросила Белоснежка.
— В лес — охранять свои сокровища от злых карликов, — ответил
