обогащения. Бывало, доходило до того, что банда открывала ЧОП только, чтобы иметь доступ к легальному оружию охраны.
Подозреваю, что Сидаренко хочет переговорить со мной, чтобы понять, кто я, по факту, такой и чего хочу. Вполне возможно речь тут идет о какой-то взятке. В общем, нужно посмотреть.
— Только предупреждаю, — сказал Шнепперсон, — Денис Евгеньевич хм… Своеобразный человек и многим бывает с ним очень нелегко. Да что говорить? От Дениса Евгеньевича воет весь отдел, такой он противный. Но это человек, через голову которого вы, Виктор Иванович, никак не сможете перескочить. А если оставите о себе неприятные впечатления, сомневаюсь, что получите лицензию даже в обычном порядке.
— Это почему же? — Спросил я.
— Денис Евгеньевич бывает очень дотошным в своем деле, — перекладывая бумажки, уклончиво ответил Шнепперсон. — Лучше бы, конечно, заслужить его расположение.
— Ладно, — я нахмурился. — Посмотрим. Когда мы можем встретиться с вашим Денисом Евгеньевичем?
— Я пока не могу сказать, — юрист помотал головой. — В ближайшее время будет-таки видно. А сейчас мы можем приступить к оформлению устава. А вы, Виктор, можете приступать к тому, о чем мы с вами договорились.
— Хорошо, — я кивнул. — Завтра пришлю к вам кого-нибудь из моих. Кстати, все это время было тихо? Никто не заявлялся?
— Боже упаси! — Шнепперсон даже отпрянул от меня в своем кресле. Сделал такой вид, будто мои слова могли ударить ему пощечину. — Этого мне еще не хватало, чтобы какие-нибудь непорядочные люди околачивался у дверей моего офиса! Правда, Иегова пока что уберег. С другой стороны, я почти все время был не на месте. Возможно, что кто-нибудь из них таки захаживал.
— Плохо.
— Это еще почему? — Удивился Шнепперсон.
— Вы же хотите, чтобы я разузнал, кто устроил вашу травлю?
— Ну да.
— А сейчас я вижу единственный способ найти первую ниточку: поговорить с кем-нибудь из ваших обидчиков. Может и получится чего-нибудь узнать.
— Честно вам признаюсь, дорогой Виктор Иванович, что кулаками они машут, гораздо охотнее, чем разговаривают. Иногда, когда я смотрел в ихние нахальные морды, у меня создавалось такое чувство, будто они и вовсе не могу говорить. А только рычать, как какие-нибудь павианы.
— Возможно, у меня получилось бы разговорить их.
— Кто таки знает? — Пожал плечами Шнепперсон. — Ладно. Я приступаю к работе над вашими документами сегодня же. Вот здесь список того, что мне от вас может понадобиться. Среди прочего не забудьте в следующий раз ваш диплом о высшем образовании. Это будет важно для сбора документов на лицензирование.
Я покивал, и мы со Шнепперсоном распрощались. Внезапно раздался громкий, я бы даже сказал, настойчивый стук в дверь.
Юрист даже вздрогнул и побледнел. Медленно посмотрел на входную.
— Э, еврей! Выходи! — Послышался громкий голос.
Дверная ручка задрожала, заходила вверх-вниз. Тот, кто был за дверью пытался войти. Однако наученный горьким опытом Шнепперсон всегда держал дверь закрытой и замыкался, когда пускал меня внутрь.
— Открывай дверь, жидяра! — Закричали снаружи. — Харе там сидеть!
— Ага! У нас к тебе дело!
— Кажется, вы таки накаркали, — просипел Шнепперсон и пошамкал пересохшими от страха губами.
— Щас, погодите, — заговорил я шепотом и встал с места. — А лучше, спрячьтесь, где-нибудь.
Шнепперсона не нужно было долго уговаривать. Он буквально погрузился под стол, медленно соскользнув туда с сидения своего кабинетного кресла.
Я прошел к двери. Глянул на пустое место юриста, потом щелкнул замком, решительно открыл. На меня тут же вылупились две удаленные пары глаз. Вернее, сначала они были агрессивными, только что искрами не брезжили. Но когда перед их взглядом появился я, изменили выражение на удивленное.
— Чем могу помочь? — Спросил я ледяным тоном.
— А где еврей? — Тут же спросил один из двух детин.
Высокий и плотный с редкими темными волосами на неровном черепе, он поигрывал свинчаткой, которая сейчас застыла в его руках.
— Кто, простите? — Включил я дурачка.
— Ну, еврей, — подключился второй, толстый и лысый в кожаной куртке, которая была ему не по размеру, и обтягивала пухлую грудь. — Юрист Шнепперсон.
— Извините, я такого не знаю, — сказал я.
Жирный удивился снова. Отошел на два шага назад, всмотрелся в вывеску.
— Ну, юридическая фирма Астарта, правильно?
— Правильно.
— А где еврей? — Буркнул мужик со свинчаткой.
Мужики явно ожидали увидеть щупленького еврейчика, а когда перед ними появился я, они крепко призадумались решать ли вопросы силовым способом. По крайней мере, не решились на это сразу.
— Нет, тут только я, — сказал я холодно. — А вы что хотели? От кого будите?
— Че ты нам лечишь, — опомнился лысый. — Где Шнепперсон? Он внутри, по-любому!
Я молча открыл дверь на всю ширь, дал им возможность мельком увидеть кабинет, а потом снова прикрыл так, чтобы можно было с ними разговаривать, оставаясь внутри.
— Видели там хоть одного еврея? — Спросил я.
— Ну… — Лысый почесал лысину. — Нет, не видели.
— Кончай лечить! — Стал злиться мужик со свинчаткой, — я знаю, что он где-то там прячется! Ну-ка пусти! Мы щас с этой сукой пообщаемся!
Он попер на меня, думая, что я сдвинулся с места. Обдав его холодным взглядом, я не сдвинулся.
— А ну, пошел отсюда! — Набычился он.
Еще некоторое время мы смотрели друг на друга, сверлили взглядами. Сделав вид, что я сдаюсь, я вздохнул, распахнул дверь, жестом пригласил внутрь. Свинчатка сделал было шаг, но я тут же пнул дверь, и та с силой впечаталась ему в нос.
— М-м-м-м! — Замычал мужик и я услышал, как он рухнул на ступеньки за дверью.
— Ты че, попутал⁈ — Закричал второй, лысый, и кинулся внутрь, в открывшуюся по инерции дверь.
Я был тут как тут. Когда он схватился за косяк, чтобы толкнуть дверь, я толкнул ее первым. Мужик взвизгнул, когда дверь защемила ему пальцы. Я поднажал на нее, и пальцы, торчавшие с этой стороны, посинели.
— А-а-а–а! Пусти! — Закричал он.
Второй же мычал, катаясь у входа. Видать, дверь разбила ему нос.
— Кто вас прислал? — Спросил я.
— Пусти, мля!
Я поднажал снова. Мужик завизжал. Испуганный Шнепперсон показался из-под стола.
— Кто прислал, спрашиваю?
— Я не знаю! Не знаю!
—
