Читаем без скачивания Бегство от Бессмертия - Алекса Марина

У меня получилось. Я умерла!

***

Я продолжала подниматься все выше и выше. Белое плотное облако, окутывавшее меня, становилось все плотнее, но дыханию это не мешало. Вдруг я поняла, что мой полет замедлился, и я стою на твердой поверхности. Туман рассеялся, и вокруг не было ни чего. Только под ногами что-то вроде зеркала в котором не отражалось ничего, кроме меня.

– Мы все-таки встретились, – прозвучал голос Аарона слева от меня.

Я повернулась без страха. Внутри у меня было пусто и холодно, болезненно холодно, будто я вновь стояла на вершине башни, перед обращением под порывами ледяного ветра. Все последние события истребили последние человеческие чувства, я была выжата и пуста, мне было все равно.

Все тот же внимательный взгляд, теперь уже белых прозрачных глаз.

– Аарон?

– Да, Дели, это – я. Все произошло, как я и предполагал. Ты уничтожила Осколок Сердца Дьявола. Я долго медлил и позволил Гаюсу зайти так далеко. Я предупреждал Гаюса, что его мудрости и силы не хватит, чтобы совладать с тобой. Но он всего лишь бывший человек, он слишком самонадеян. Хотя, если бы Филипп не отступил в последний момент, может быть, у него что-нибудь и получилось

– О чем ты говоришь, я не понимаю. Причем здесь Гаюс, Филипп, что ты предсказывал?

– Ты дочь Скотта Леннокса из Западной Шотландии. Он был соседом с Гаюсом. Тогда Гаюс с Филиппом вернулись из Индии, где искали в священных свитках пророчество о возрождении Отца нашего через тело недавно обращенного Высшего. Немного побыв с семьей, Гаюс снова отправился на поиски, а Филипп остался дома. Но ему не сиделось на месте, и, заглянув в ваше графство, он увидел тебя, в тот момент, когда ты свалилась в озеро и тонула. Спасши один раз, он подписал себе приговор, ему еще много раз приходилось вытаскивать тебя из различных передряг, куда ты постоянно влезала из-за своего неугомонного характера. Ему однажды даже пришлось побыть ангелом…

– Правда? Из-за меня?

– Да, ты помнишь, как зимой вы с мальчишкой из конюшни провалились под лед, и ты сильно заболела.

– Да, я помню. Мне было так жарко и больно было дышать, казалось, что дом горит, а потом пришел белый ангел и забрал меня на небо, где было прохладно и спокойно.

– Он унес тебя не на небо, а к нам домой и вылечил.

– А что сказали мои родители?

– Когда Гаюса не было, за господина оставался Альберт. Тебе тогда повезло. Альберт со слугами сделал вылазку в соседнее графство, они убили всех обитателей и взрослых, и детей.

– И все? Вот так спокойно пошли и убили? А где же хваленый контроль Высших?

– Случай был вопиющий, – продолжал спокойно Аарон, как будто рассказывал легенду о сотворении мира, а не о моих погибших родителях, – за такое не предусмотренное умерщвление людей, Альберту грозила смерть, а также Шарлотте и Гаюсу. Собрали совет Высших, чтобы судить и наказать виновных. Гаюса вызвали из Египта, откуда он привез настоящее пророчество, отпечатанное на глиняных табличках Древнего царства.

– Что за пророчество, и, причем здесь я и Филипп?

– Когда дочь Серебряной Луны и сын Мрака встретятся, то проснется Сердце Дьявола. Когда они сочетаются браком, Отец наш поднимется на землю из Страны духов. Когда дочь Серебряной Луны и сын Мрака возлягут на брачное ложе, и она примет его семя, надо вытащить ее сердце и вложить Сердце Дьявола в ее грудь. И тогда Наш Отец сравнится с Богом и наступит наш мир.

– А я как оказалась у Гаюса, ты говорил, что Филипп принес меня к вам домой?

– Ты знаешь, если собирается совет Высших, то всегда в зале присутствуют атрибуты власти «Священное оружие клана» и «Осколок сердца Дьявола» того Высшего, на чьей земле собирается совет. Пока решалась судьба Гаюса и его семьи, тебе человеческому ребенку, представлявшему обвинение на процессе, надоело сидеть на месте, и ты отправилась в путешествие по залу. А когда добралась до клеймора, нашего меча, все ахнули.

– Почему, и кто меня туда пустил? И при чем тут клеймор?

– Девочка, этот меч особый, это единственное оружие, которое может разрезать кожу вампира, поэтому он должен быть недоступен людям.

– И что это значит? Как недоступен?

– Человек его просто не поднимет…

– А два?

Аарон усмехнулся:

– Не один, не два, не десять… Дьявол держит его, и отпускает только в руки вампира, а ты не только держала его в руках, ты стащила его с пьедестала. Ты – человеческое дитя. Потом ты была обращена, вышла замуж за Филиппа и должна была стать вместилищем для новой могущественной жизни. Поэтому тебе были даны такие способности, что бы ты выжила. А, о том, что бы пускать или не пускать разговора вообще не было, ты была всего лишь человеческим ребенком, не выгонят же собаку или кошку из помещения, где идет разговор. А лежащий рядом Кристалл вампиров, раскалился докрасна. Это и решило судьбу Гаюса, человеческая девочка, достойная для возрождения Отца была найдена. Гаюсу оставили жизнь, он просил за Шарлотту, Шарлотта за сына. Всех остальных казнили. А тебя отправили в семью Гаюса с условием, что если хоть волосок упадет с твоей головы, казнят всю семью. Они должны были тебя вырастить и подготовить к обряду Возрождения.

А почему, я? Может, был еще кто-нибудь подходящий?

– Были, я и Ядвига. Но я не стал это делать, я люблю ее, и жертвовать ее жизнью, был не согласен. Поэтому я понимаю сына. И ты поймешь со временем и оценишь чувства и действия Филиппа.

– У Филиппа есть чувства?

– С Филиппом все проще и одновременно сложнее, он вырос с мыслью, что даст жизнь могучей сущности. Он постоянно находился рядом с тобой, спасая от смерти, когда ты тонула, когда на тебя напали собаки, спасал от вепря, который загнал тебя на дерево.

– От вепря меня спас Седрик!

– Седрик был загнан вепрем в расщелину и неизвестно, сколько бы он там просидел. Ты не видела раны нанесенные хищнику, они не по силе ни человеку, ни магу. Боль предательства вновь напомнила о себе, и я рассержено зашипела:

– Ну, конечно, но он спасал всего лишь тело, нужное нашему Отцу для возрождения.

– Да, не стал оправдываться Аарон, сначала он так и делал, но спасши тебя от Лукреции, он пришел ко мне и заявил, что больше не будет участвовать в реализации пророчества, что ты достойна жизни, а не смерти!

Я задумалась, тогда мне Седрик казался героем, и я даже не задумалась, как он в одиночку смог расправиться с вепрем, а Аарон продолжал:

– Он престал смотреть на тебя как на тело, он увидел в тебе равного, достойного внимания и уважения. Он полюбил.

– Полюбил? Да ему было все равно, я чуть не вышла замуж за Седрика, он не сказал ни слова, когда сразу после свадьбы я уехала домой… Он повсюду таскал с собой Лукрецию, а она чуть не убила меня.

– Он знал, что с Седриком у тебя ничего не получится, разная физиология, ведь тогда ты уже была вампиром, а, убив Седрика, он стал бы для тебя главным врагом. Он просто дал тебе возможность узнать все самой про предательство твоего друга. А когда ты уехала, он опять же дал тебе возможность остыть, и ему самому надо было подумать. Ведь если бы произошло возрождение, ты бы умерла, а твою жизнь он поставил на первое место. Лукреция это с одной стороны игрушка Мартины, а с другой напоминание о первой ошибке Филиппа. Когда он стал обращенным, то на первой охоте убил родителей Лукреции, а ее не смог. И притащил ее в замок. Теперь он чувствует вину перед ней. Хотя, зачем я все это тебе объясняю, в тебе его кровь, если хочешь, ты можешь все узнать сама.

– А если бы я не добралась до клеймора?

– Ты хочешь знать, что бы с тобой было?

– Да. Меня убили бы?

– Нет, скорей всего ты осталась бы у нас и воспитывалась до обращения, или бы тебя забрала Аиша, Высшая с Азии, ты ей понравилась.

Пока мы разговаривали, несколько раз около нас появилась тень Ядвиги, соткавшись из мелких частиц и улыбнувшись мне, пропадала.

– Но меня Филипп отдал?

– Филипп послушный сын, и такова была воля Совета – сказала Ядвига, – Сначала не хотел, но когда Гаюс приставил к тебе своего личного хранителя Аякса, он успокоился. И уехал к Ларо.

Аарон закончил разговор и, отвернувшись, стал удаляться. Я огляделась.

– Аарон, где мы, это рай?

Разлетающиеся было, частицы его образа вернулись на место, и он опять мягко подплыл ко мне:

– Нет…

– Ад?

– Это похоже на Ад?

– Не очень, – я с сомнением крутила головой. Густые клубы тумана перемещались без ветра в разных направлениях, плотно скрывая горизонт и не давая возможности определить, верх, низ, далеко, близко.

– Дели, – Аарон улыбнулся, – рай – это то, о чем человек мечтает, ад– это то, что он себе создает своими действиями, а после смерти нет ни ада, ни рая… как тело удобряет землю, так мысли и души удобряют тонкие формации.