Барон послушно нырнул в образовавшуюся брешь, надеясь, что под проволокой нет того, что ученый называл «противопехотные мины».
Похоже, подозрительное позвякивание снизу насторожило охранника на дальней вышке — наверху с треском вспыхнул прожектор, и по стальным спиралям пополз бело-синий круг света.
— Нитумха, скорее!
Гоблин послушно нырнул под проволоку, напоследок дернув за веревку, привязанную к поясу.
— В стороны! — прошипел он, отвязывая от пояса веревку и припуская по узкой дорожке между рядами заграждений. Со склона посыпался песок и камни, и в спираль врезался труп лошади, загодя припрятанный на гребне. Проволока заскрежетала на все лады, и секундой позже застрочил пулемет, проделав в кауром боку добрый десяток дыр.
— Тихо! — Нитумха, прищурившись, глянул наверх — прожектор застыл на трупе, как приклеенный. — Сейчас он успокоится. Труп есть — а большего ему и не надо.
Действительно, минутой позже со стороны бараков послышались ленивые шаги.
— Что шумишь, спать не даешь?
— Лошадь пристрелил, — часовой на вышке разочарованно сплюнул. — Из наших, похоже.
— Молодец. Теперь она вряд ли расскажет, почему пришла одна, — послышался протяжный зевок. — В общем, ты должен арсеналу сотню крон.
Часовой снова сплюнул и замысловато выругался. Похоже, он уже жалел, что пустил в ход супероружие. Секундой позже прожектор погас, погрузив заграждения в непроглядную тьму.
— Ждем еще минуту, и начинаем, — прошептал Нитумха. — Он теперь до утра будет ворон считать — хоть в барабаны бей. Проверял.
Тигу вдруг стало крайне интересно, так ли были успешны походы против гоблинов, как ему рассказывал тот же Грац. Впрочем, если повезет, он успеет спросить генерала об этом лично.
— Помоги, — старший гоблин принялся расшатывать следующий кол, который поддерживал стальную спираль у самого подножья ближайшей дозорной башни. — Не стоит шуметь лишний раз. У меня нет второй лошади. Тодатха, Дирутха, Мретатха — на другую. Остальные — в караулку. Внутрь не соваться — просто не дайте поднять шлагбаум, понятно?
Тиг нырнул под проволоку и принялся карабкаться по лестнице. Его изрядно удивило, что дозорный на этой башне не подавал никаких признаков жизни, полностью полагаясь на напарника. Впрочем, эта загадка разрешилась сразу же.
Тесное пространство бронированной кабинки оказалось буквально пропитано винными парами — судя по всему, генерал окончательно развалил дисциплину в дивизии. Лицо солдата показалось барону незнакомым, и это его порадовало — Тиг отчаянно не любил убивать знакомых.
— Скинь его вниз, — голос барона прозвучал неожиданно властно, и Нитумха торопливо исполнил приказ, даже не задумавшись, что главный, вообще-то, именно он, а не пришлый. Тиг ласково погладил вороненую сталь пулеметной спарки — подобной хищной красоты он не видел даже у гномских оружейников. — А теперь мы немного постреляем!..
* * *
Троица гоблинов, буквально взлетев по лестнице, исполосовала ошалевшего дозорного прежде, чем тот успел нажать «тревожную кнопку» — еще один дар пришельцев.
— Ну, что дальше?
Тодатха, самый старый воин в десятке Нитумхи, почесал рукоятью ятагана исполосованную шрамами голову.
— Найти пулемет. По сигналу — стрелять.
— А… шеф, а что это?
Гоблин пожал плечами, напустив на лицо хитровато-снисходительное выражение: мол, проявите смекалку, а я посмотрю.
— Эй, может, это? — Дирутха ласково погладил металлическое устройство на турели в углу, похожее на двуствольную кулеврину. У противоположной бойницы стояла пустая турель, покрытая тонким налетом ржавчины, а рядом громоздились ящики, исписанные странными символами.
Тодатха выглянул из бойницы, откуда торчало дуло пулемета и задумчиво потер заросший жесткой седой щетиной подбородок. Оружие смотрело на разбитую грунтовку, которая выходила из балки в степь — отсюда не было видать даже караулки.
— Надо переставить, — старший первым ухватился за ствол, предоставив напарникам самостоятельно разбираться с устройством запорного механизма турели. Впрочем, тот оказался на удивление прост. — Глядите там — выстрелите, с живых шкуру на барабан пущу.
Дирутха торопливо убрал пальцы от блестящей гашетки и покрепче ухватился за полированные деревянные рукояти. Поднатужившись, троица осторожно перетащила тяжеленную спарку на другую турель, к бойнице, которая смотрела на спящий лагерь. Замок сухо щелкнул, закрепив пулемет на месте.
— Готово, шеф.
— Мретатха, приготовься. Если у пулемета отдача, как у кулеврины, в одиночку тут не справиться. Потому — ты стреляешь, Дирутха тебя держит, я свечу.
Прожектор на соседней вышке вспыхнул, высветив караулку. Мигом позже загрохотала спарка — из дул пулемета вырывались настоящие огненные ливни, за какие-то десять секунд превратившие хибарку в пылающие обломки. Потом сине-белое пятно переместилось к баракам, и пулемет заревел снова.
* * *
Форты на северной границе Небосводной считались синекурой — основную работу по прикрытию границы выполняла Дикая дивизия, и от десантников требовалось лишь присматривать за отребьем. Флигг ссылала сюда тех, кто по каким-то причинам не мог оставаться в Орбитаре, но и ссылки на Керналл не заслуживал. Посему контингент подобрался тут самый разнородный, и единственное, что спасало хрупкий мир «стражи Севера» — то, что миниатюрных крепостей было много, очень много — более двухсот.
ДОТ номер шестнадцать служил местом ссылки для интендантов — тех, кто оказался недостаточно ловок, приторговывая ворованными продуктовыми пайками и обмундированием. В частности, именно поэтому «шестнадцатый» никогда не знал нужды — «торговое братство» не забывало даже тех, кто попался, взамен получая практически бесконтрольный доступ к богатствам Волшебных земель. Именно поэтому, в частности, через этот форт шло общение с «Дикой дивизией».
Сигнал тревоги, полученный из лагеря, оказался для персонала ДОТа совершенно неожиданным. Судя по коду, сработала сигнализация на пулеметных турелях — словно их сняли с оговоренных мест. Минутой позже пришел сигнал «нападение на лагерь», активированный тревожной кнопкой в командирском бараке.
Телеметрия показывала натуральный кошмар, который сержант Остров, заслуженный ветеран интендантской службы, до сего момента видел только в кинохронике. Наблюдательные башни плевались огнем, расстреливая мечущиеся в панике фигурки. Судя по тому, насколько легко вспыхивали иссушенные солнцем бараки, стреляли трассирующими, которых у местных не могло быть в принципе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
