Томми Забвение шагнул вперед. Он всегда был гораздо смелее, чем о нем думали. Его дар проявляется очень тонко, превращая каждое его слово в живое воплощение рассудительности и здравого смысла.
- Ну же, - мягко сказал он, распахивая руки, словно желая обнять кадого. - Давайте вместе рассудим...
- Давайте не будем, - ровно и невыразительно произнес Холодный Харальд и выстрелил Томми в живот с полдюжины раз. От ударов Томми отлетел, ударившись в стену церкви, и медленно сполз по ней, пока не осел на землю. Вся нижняя часть его кружевной рубашки была скользкой от крови.
- О, боже, - еле слышно сказал он. – О, боже.
Он закусил губу от боли, и я видел, что он пытается сосредоточиться и активировать свой дар, чтобы найти вероятность, в которой пули его не заденут. Но его лицо уже побелело и покрылось каплями пота, а дыхание стало прерывистым и поверхностным. Я чувствовал, как его дар вспыхивал и угасал, но боль и шок стояли на пути его концентрации.
Я не мог ожидать от него никакой помощи. Я мог рассчитывать только на самого себя..
Я достал из рукава зажигательный снаряд и бросил в середину насиупающих охотников. Он шумно взорвался, с огнем и дымом, и двое из охотников рухнули, истекая кровью. Оставшиеся рассредоточились. Доминик Флипсайд хихикнул, в каждой руке появилось по длинному ножу, и он исчез, лишь воздух с шумом заполнил оставшееся после него пространство. Мои чувства были напряжены настолько, что я услышал его появление позади меня, и быстро повернулся, закрываясь рукой. Он рассек ее от запястья до локтя и снова исчез. Рукав моего пальто по всей длине намок от крови.
Холодный Харальд шагнул вперед, нацеливая на меня оба автомата. Доминика Флипсайда все еще не было. Я запустил мой дар, чтобы найти, где он теперь появится, и шагнул навстречу Холодному Харальду. Он помедлил, ожидая какого-то подвоха, какой-нибудь магии. Доминик Флипсайд возник у меня за спиной, и молча бросился вперед со своим длинным ножом. В последний момент я шагнул в сторону, а Доминик, пролетев мимо, втыкая нож в сердце Холодному Харальду. Пальцы того сжали курки автоматов, прошив очередями Доминика насквозь. Они оба были мертвы еще до того, как упали на землю.
Со звуками, похожими на шорох растений и бормотание спящих сов, Шепчущая Айви вытянула руку из лепестков и шипов. Она покрылась агрессивными колючими растительными побегами, ее фигура изменялась и росла, возвышаясь надо мной, а потом она внезапно замерла. Появился треск пламени и запах дыма. Она оглянулась, выворачивая свою цветочную голову невозможным для человека образом. Пока она была занята мной, Томми подпополз к ней со спины и поджег ее своей золотой зажигалкой с монограммой. Шепчущая Айви дико завизжала, когда языки пламени, взметнувшись вверх, с невероятной скоростью охватили конструкцию, являвшуюся ее телом, и убежала прочь через пустые равнины, покрытые пеплом, пронзительно воя, уменьшающееся мерцание света во мраке.
Я взгянул на оставшихся охотников за головами. Все они застыли на месте, с ужасом наблюдая, с какой скоростью я вывел из строя их основных игроков. Они все уставились на Сандру Шанс, ожидая, что она будет делать. Отдать ей должное, - если она и была удивлена или шокирована, то уже оправилась от этого и вытащила из кобуры свой старомодный пистолет. Это было уродливое оружие, созданное ради функциональности, а не эстетики. Он был сделан из иссиня-черного металла, с непропорционально длинным стволом. Он выглядел именно тем, чем и являлся – инструментом для убийства.
- На этот пистолет наложены чары, - голос Сандры Шанс звучал уверенно. - Он никогда не промахивается. Первоначально он принадлежал знаменитому дуэлянту Запада Дику Мертвый Глаз, прославленному герою бульварных романов и, по крайней мере, одной песни. Чтобы заполучить этот пистолет, мне пришлось раскопать его могилу и взломать гроб. Я была вынуждена сломать ему пальцы, чтобы заставить его отпустить оружие. Я приберегала его для особого случая. Ты должен чувствовать гордость, Джон.
- Люди постоянно твердят мне об этом, - ответил я.
Я еще не закончил говорить, когда она нажала на спуск, трижды выстрелив мне в грудь. Было очень похоже, что меня лягнула лошадь, а сила удара выбила из моих легких весь воздух, отшвыривая меня назад. Боль была какой-то необычной, я чувствовал каждое отверстие от пули в отдельности. В голове стоял шум, и дыхание все никак не возвращалось. От боли я согнулся, словно кланяясь своему убийце, кланяясь неизбежному, а потом вдруг я снова смог дышать. Я сделал глубокий вдох, никогда прежде воздух не был таким вкусным. Моя голова прояснилась, а боль сошла на нет. Я медленно распрямился, не вполне доверяя своим ощущениям, и распахнул простреленное пальто, заглядывая под него. Под ним на рубашке было еще три дырки, но крови почти не было. Прикоснувшись к ним, я почувствовал только гладкую кожу. Чувствовал я себя прекрасно. Я посмотрел на Сандру Шанс, а она, тупо открыв рот, смотрела на меня.
- Если честно, - сказал я, - то я так же удивлен, как и ты. Но, по-моему, я знаю, что происходит. Однажды, спасая от смертельного ранения, я дал Сьюзи Стрелку кровь оборотня. А потом она дала свою кровь мне - по той же причине. И, кажется, я приобрел способности оборотня к самоисцелению. Кровь, наверняка, слишком разбавлена, чтобы дать мне что-то еще, но...
- Это нечестно, - воскликнула Сандра. - Ты ублюдок, Тэйлор! Ты всегда находишь выход.
У меня было ощущение, что серебряные пули все еще могут довести дело до конца, но вряд ли стоило говорить об этом Сандре. Я повернулся к другим охотникам за головами, замершим, как статуи, и смотрящим на все с открытыми ртами, и подарил им свою лучшую мерзкую улыбка. Пять секунд спустя были видны лишь их спины, уносящиеся в сторону ближайшего горизонта. Они знали, когда они проигрывают. Я повернулся к Сандре Шанс, и она выстрелила мне в голову. Удар развернул мою голову вокруг ее оси, и на мгновение мне показалось, что в ней зазвенели все колокола мира. А потом я испытал странные ощущения, когда пуля медленно выходила из моего мозга, отверстие за ним исцелялось, пока она не выскочил из моего лба и не упала на землю. Кость срослась почти беззвучно, словно ничего и не случилось.
Я улыбнулся Сандре.
- Ой, - сказал я, исключительно смеха ради.
Она топнула. - Ты никогда не играешь по правилам?
- Нет, если могу их обойти, - ответил я.
Мы какое-то время просто стояли и смотрели друг на друга. Сандра опустила пистолет, но не убрал его. Я знал, что она обдумывает возможности послать мне пулю в уязвимое место, типа глаза или паха.
- Мы не обязаны этого делать, - сказал я. - Все эти «убить или быть убитым» - полная чушь. Я не хочу убивать тебя, Сандра. На Темной Стороне достаточно смертей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
